"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей - Страница 1531

Вильгельмина ответила далеко не сразу. Но ответила! Правда — только звуком, без изображения.

Красивый мелодичный голос, в котором Зигфрид с трудом узнавал знакомые нотки — если это была его дочь, она явно уже не та, какой он её помнит — спросил несколько раздражённо:

— Да. Слушаю!

— Вильгельмина?

— Папа? Ты не со своего?

— Вильгельмина… Где мама?

На той стороне послышалось копошение. Спустя где-то полминуты перед Зигфридом появилась голограмма.

Замотанная в полотенце девушка, которая на него смотрела, была безусловно его дочерью. Заметно повзрослевшая, чем-то раздражённая, но это была она.

— Папа. Ты что, опять погиб?.. Ладно, не отвечай, и так вижу. Извини, сейчас говорить не могу, не одна. Но я уже давно записала специальный ролик, потому что устала раз за разом повторять одно и то же. Ты уж извини, я просто поставлю его, ладно?.. Всю информацию — адрес, где живёшь, счета, пароли, ссылку на виртуальный дневник, всё это тоже сейчас скину…

— Постой. Не надо ничего кидать пока.

— А… Поняла. Тогда сначала добудь личный коммуникатор, если надо занять денег — только скажи, пришлю. Ты мне специально на такой случай перечислял… Ролик-то запускать?

— Давай. И знаешь… Можешь прислать ссылку на тот мой дневник.

— Хорошо. Ах, да — извини, забыла… «Моя маленькая сверхновая». И его звали Василий.

— Пароль?

— Ну, ты раньше всегда просил какие-нибудь доказательства, что я — это я. И мы всегда приходили к тому, чтобы я назвала, как ты называл меня в детстве… И имя того хомячка. Ладно, всё, запускаю. До связи, пап…

После этого голограмма дочери, завёрнутой в полотенце, исчезла — а появилась она же, только одетая, причёсанная и накрашенная. Настоящая дама, ещё и очень похожая в таком виде на мать. Только волосы ярко-рыжие, почти красные… Как раз этим она пошла в него.

— Итак, пап. На момент, когда я решила записать этот ролик, ты погиб и вернулся с Той Стороны уже в девятый раз. И что-то мне подсказывает, что он не последний…

Вильгельмина мило улыбнулась. Точь-в-точь так же, как делала в детстве… На душе невольно потеплело.

— Ладно, начнём. Самое главное, пап… То, что тебе сказали, правда. Мир действительно поменялся безвозвратно. Ты сейчас не помнишь свои последние жизни… А я помню всё, потому что ни разу со времени Катаклизма не умирала. И получается, что сейчас я фактически старше тебя. Хотя выгляжу очень юно… Но мой биологический возраст не соответствует реальному. Взросление слишком дорого обходится. Мне и так пришлось много времени убить в Храмах Времени, оплачивая его. Так что больше не хочу, мне и так комфортно. И тебе надо привыкать. В нашем мире теперь не всё такое, каким кажется.

Ещё одна задумчивая, даже печальная улыбка.

— Ладно, не будем о грустном. Тот горох нас действительно здорово выручил. Мы им питались почти месяц. Потом ты нашёл какую-то работу в порту, а после восстановилось нормальное сообщение между мирами… Ты улетел от нас на каком-то грузовике, оставив задаток. И такого голода, как тогда, больше не было. Хотя жизнь ещё долго приходила в норму.

Зигфрид в последний момент удержался от неуместной реплики. Неуместной, потому что перед ним была запись…

Вильгельмина же продолжала говорить.

— Про то, что ты якобы не выполнил свой долг… Забудь. Мы искали твоих сослуживцев, историю гибели Тринадцатого флота. Но удалось выяснить сущие крохи. Выживших найти не удалось. Ни одного… И это с концами, ведь всё произошло до Катаклизма. И нет, пап. Даже не проси меня опять этим заниматься! С меня хватит!

Девушка оправила одежду, опустила и подняла взгляд, будто собираясь с духом — и продолжила.

— А если бы ты был с Ним до конца, тебя бы принесли в жертву Хаосу, как остальных. Это ужасная судьба, и я не хотела бы своему любимому отцу такой. Что-то мне кажется, ты и сам бы не хотел. Одно дело, погибнуть в честном бою, а другое — вот так, бесславно…

Зигфрид передёрнул плечами. Что ни говори, а дочь была права. Отдаться по своей воле Разрушителю… Уж лучше просто сдохнуть с голоду!

— Так что забудь про это. Ничего ты не мог сделать. И больше нет Империи, нет Императора, нет никаких долгов. Живи ради себя и в своё удовольствие. И не кори себя ни за что. Ты был рядом с нами в тяжёлые времена, и я этого никогда не забуду… Конечно, если кто-то меня не убьёт. Но на этот случай у меня настроена автоматическая рассылка писем в несколько частных сыскных контор, как ты сам мне и советовал. Так что меня найдут, тебя найдут… И вот тогда тебе придётся меня снова растить и воспитывать. Но очень надеюсь, этого не будет.

Дочь ненадолго замолкла, будто вновь собираясь для того, чтобы сказать что-то очевидно для себя неприятное. И всё же сказала.

— Про маму забудь. Понимаю, тебе тяжело сейчас это слышать, всё слишком внезапно… Но у неё давно уже новая жизнь.

Зигфрид выругался. Чего-то такого он подспудно ожидал с самого начала.

— Она ушла от тебя через восемь лет после Катаклизма. И это было действительно хорошо для вас обоих. Вы к тому времени уже даже не спали вместе, как мне потом мама говорила… Не знаю, может, когда-нибудь и случится несчастный случай, и уже тебе придётся объяснять ей, что произошло. Но ты даже не рассчитывай на подобный исход. Мама очень осторожна… В отличие от тебя. Сейчас у неё новая семья, устроенная жизнь, она счастлива. О тебе тоже всегда вспоминает с теплотой… Но убрала всю информацию о себе из открытого доступа, потому что ты каждый раз прилетал к ней и устраивал сцены. Она устала раз за разом проходить одно и то же.

Зигфрид не удержался — расхохотался. Да, оставлять всё так он бы даже и не подумал.

— Вот, вкратце, и всё. Главное — помни, мир изменился. Империи нет. Теперь власть в основном у одарённых, теней. Я знаю, ты не видишь жизни без службы — так что придётся искать среди них достойного покровителя. Конечно, они все одной кровью мазаны… Есть системы, где они закрепиться не смогли, может стоит поискать счастья там. Но в одну из прошлых жизней ты пробовал, не понравилось. Также не советую воевать против теней… Тоже кончилось плохо, их не так просто достать, и они ничего не прощают. Но ты слишком любишь ходить по граблям, так что смотри сам. И в любом случае — уверена, что где-нибудь и когда-нибудь ты обязательно найдёшь то, что ищешь. Обязательно. На этом всё… Люблю тебя. Пока!

Зигфрид какое-то время сидел, ошарашенный. К нему подошла Инга — он уже даже не обращал внимания на её прелести, полностью погружённый в себя. Хотя и отметил, что девушка на него посмотрела с улыбкой и даже какой-то гордостью, ну чисто учительница, радующаяся успехам своего воспитанника.

— Вы закончили? Узнали всё, что хотели?

Нет, всё-таки её чарующий голос сбил настрой. Ещё и эти сочные алые губки… Зигфрид поймал себя на том, что следит за каждым их движением, представляет, насколько они тёплые и мягкие, и какие звуки ещё может издавать этот прелестный ротик.

Пришлось крепко зажмуриться и потрясти головой, пытаясь привести себя в норму.

— Прошу меня простить, Инга… Немного не в себе.

— Всё хорошо, я понимаю. Вы ещё неплохо держитесь для того, кто вернулся с Той Стороны, даже ни разу не распустили руки.

Девушка смотрела с полным пониманием и будто бы даже сожалением. Мол, ну что же вы так, упустили возможность…

А Зигфрид внезапно поймал себя на том, что ему неприятно слышать, как кто-то касался этого прелестного создания. Осознать такую простую мысль оказалось совершенно дико. Ну какое дело ему до этой девки, работой которой является, судя по всему, соблазнение мужчин?

Вновь встряхнув головой, Зигфрид собрал всю свою волю. И хоть хотел сейчас обратного, попросил девушку:

— Инга. А можешь дать попользоваться своим коммуникатором ещё немного? Хотелось бы кое-что посмотреть.

Она сверкнула в ответ своими белоснежными зубками и радостно улыбнулась, будто услышала что-то для себя приятное.

— Да-да! Без проблем! Никуда не спешите, вас никто не торопит. Уж во всяком случае я точно подгонять не собираюсь. И, кстати, у вас очень красивая дочь!