Искаженный мир – Одержимые (СИ) - Кузьмин Марк Геннадьевич - Страница 11

— На суще ваша связь ослабнет, так что станет спокойнее, — хмыкнул он. — А уж когда мы выйдем в пустыню так вообще можно будет не волноваться. От амулета будет больше толку.

— Это верно, — ответил я, чуть коснувшись блокирующего амулета, что мне дала Бриэль в свое время. Без него ощущения Гаргана стало бы куда сильнее. В море наша связь усиливается, потому он и нападает, но на суще будет проще. Разве что у воды снимать амулетик не стоит, а то Кит меня быстро найдет и придет по мою душу.

Сражаться до конца я пока с ним еще не готов.

— Ничего. Еще найдем на него управу, — похлопал он меня по плечу. — Ну или какой еще способ найдем.

— А может просто подружиться с ним? — выдала подошедшая к нам Крес. — Было бы мило.

— Ага, и он бы на радостях нас на спине покатал, — фыркнул я. — Но скорее уж прокатит в желудке.

— Не, не, мы не вкусные, — как всегда позитивно отвечает девушка, — Может, ему как раз вкусняшек купить, чтоб на людей с голодухи не кидался?

Ну, эту ничем не проймешь.

— Скоро прибудем в Лотт… и у нас там много дел…

Глава 7

Жемчужина востока

Когда на горизонте показалась земля матросы были вне себя от радости. Мало того, что они добрались до цели, так еще и это кошмарное путешествие с Китом, наконец-то, закончилось. Гарган временно отстал от нас, скрывшись от меня где-то в пучине морской. Он точно ничего не забыл и возобновит преследование, но попозже.

«Ничего, сволочь, я буду готов к нашей следующей встрече… Хоть и не хочу её…»

Вскоре мы выйдем на сушу и станем менее удобной целью для кита и даже наша связь несколько ослабнет. Разумеется, если я по какой-то причине сниму амулет, то он меня сразу же найдет и придет убивать, но подарок Бри у меня находится всегда под одеждой, и веревочка что держит его очень прочная, так что сам по себе не сползет.

Наш корабль стремительно приближался к порту лицезрея все красоты сего прекрасного города.

«Лотт… Жемчужина востока…»

Так мне описывали это место.

Главный и самый богатый порт в Океане Кун-Пена, что является настоящим сердцем восточного континента. Место куда стекаются все торговцы и товары со всей Вольной Мортарии, чтобы торговать с западным континентом.

А причина тому проста — Ханумараки.

Северо-западный берег Ярнтории — восточного континента — весьма сложное место. Портов на западе всего три, а именно Двиа, Ойм и Нобунага. И все эти места отделены от Вольной Мортарии драконьей территорией Ханумана. Я как-то читал о нем и это считается один из самых неприятных драконов из всех. Крайне неприятная сила, позволяющая контролировать свою кровь и даже перезаписывать генетическую информацию существ, контактирующих с ней, вызывая ужасающие мутации. Собственно, всё, что живет в Ханумараки, так или иначе несет признаки генома сраной обезьяны. Ну, кроме людей, наши браслеты защищают нас… Но только до определенной степени. Слухи о ребятах, чьи браслеты не справились… Скажем, это не то, что следует слушать на ночь глядя.

Но не сила дракона — главная причина ненависти к этому существу. Леонид с этой точки зрения тоже не подарок, не зря его Чумным Львом кличут, однако с человечеством он прекрасно уживается. Хануман же был первым, кто отверг договор с человечеством. И, хуже того, является единственным драконом, не имеющим постоянного логова. Его можно встретить в любой точке его территории, и встреча эта обычно заканчивается для людей ничем хорошим. Лишь то, что драчливый макак нередко сцепляется со своей соседкой Кузунохой и освобождает местность от своего «сиятельного присутствия», удерживает людей от того, чтоб собрать-таки армию и прибить этого ублюдка. Это — и перспектива превратиться в безумного мутанта в битве, да. Просто смерть как-то пугает меньше.

Вот и получается, что пускай океан Саридии куда безопаснее и спокойнее океана Кун-Пена, но добраться с его побережья до самых обжитых земель куда сложнее. Потому Лотт и стал для самой большой восточной страны главным портом, а также торговой точкой едва ли не до всего.

И вот мы подбираемся к данному городу…

— Воу…

Лотт внушал уже издали, сияя словно настоящая жемчужина среди моря. Небольшие дома ввысь по крутому склону, что все поднимался прямо к огромному дворцу с золотыми куполами и высокими шпилями, что словно прорезали облака. Сам город напоминал собой какую-то ожившую арабскую сказку с песчаного цвета домами с плоскими или купало-образными крышами, что украшены самыми причудливыми и искусными разноцветными узорами дикой сложности. Множество шатров и навесов, исшитых сложнейшей выкройкой, словно множество флагов, реяли от морского ветра.

Сотни кораблей, стоящих в невероятно огромном порту, по-настоящему внушали и создавали впечатление, будто ты прибыл в самую настоящую столицу всего мира. Однако Лотт столицей Вольной Мортарии все же не был. Этот титул делили города-основатели, что располагались вокруг большого внутреннего моря, что именовался Черным озером.

И вот сейчас наше маленькое судно прибыло в порт.

Место нам отвели скромное, для обычных путников, что пришли и торговать.

На пирсе нас уже ждали какие-то люди, закутанные в черные свободные балахоны, с белыми масками-черепами.

— Это кохины, — пояснил Барти. — Говорящие с мертвыми. Вся Мортария — это огромный конгломерат химерологов и некромантов всех мастей. Они глубоко освоили глифы, позволяющие им управлять мертвыми. Это по сути биоинженерия в прямом смысле. Все это «наследие» Приливов, что губили тысячи местных людей… Их даже похоронить толком не получалось, а падальщики отравленные демонической скверной тела не трогали. И потому, когда кто-то сшил «Франкенштейна» и заставил двигаться, деятеля не прибили, как бывало в других местах, а попросили сделать еще и приставить к делу. Легенды гласят, что первые модели служили именно могильщиками… Можно б было сказать, что это иронично, но какая-то больно мрачная ирония получается.

Логика, в принципе, прослеживается. Вряд ли первые неуклюжие зомби могли что-то сделать на поле боя, зато им не грозили болезни, трупный яд и выше упомянутая скверна. Но как представишь горы трупов, которых у людей даже рук похоронить не хватает… Брр…

— Ну, нынешние «Франкенштейны» явно годятся на большее, — хмыкнул я, смотря на народ вокруг.

Солнце над головой жарило сильно, и температура стояла высокая, даже несмотря на прохладный морской бриз.

Вскоре отец и капитан закончили что-то обсуждать с кохинами и мы сошли на берег.

Мы это — я, Барти, Крес и наш купленный еще в Куртане личный вьючный кирин — невозмутимый Трой. Этот немолодой зверь весь путь провел в трюме спокойно жуя сено, и вообще ни о чем не волновался. Нападали элементали, появлялся кит, пальба и трупы, а Трой просто жует траву и спит. Мне кажется его перед драконом или Владыкой Демонов поставь, он даже взглядом их не удостоит. Когда появился Барблспью и Крофенольф я как-то не смотрел на кирина, но Барти сказал, что тот почти не испугался и быстро его отпустило.

«Может мы чего-то об этом животном не знаем?»

Ну, в будущем посмотрим.

Наш вьючный кирин нам тут особенно пригодится, в пустыне самое то. Кирины устойчивы к высоким и низким температурам, благодаря личной особенности они проходить могут как в песках, так и в снегах, да и прыгучие довольно, так что и в горах они спокойно двигаются. Наш пускай не молодой, но мы на нем ездить не собираемся, только припасы таскать.

Вскоре мы покинули порт, слезно попрощавшись с моряками, что едва ли не проклятья в наш адрес посылали. Народ ушел пропивать свое жалование в трактир, а мы углубились в город.

Лотт поистине центр торговли всей Мортарии и народу тут было крайне много. Все в основном местные, похожие на арабов, но немало и приезжих, кто приехал купить что-то или продать. Гражданские и приезжие носили яркие и свободные одежды, что защищали их от жары и пыли. Они носили цветастые ткани и старались украшать свои костюмы перьями и ювелирными украшениями, показывая свой статус. Обычным же жителям хватало и просто ярких оттенков.