"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 163

Правильно, кстати, сделал, лишнее внимание нам совершенно ни к чему. Хотя пацаны, запуганные историей Черной руки, сладко спали на своих кроватях, будто убитые. Я нехотя продрал глаза, широко зевнув, встал с кровати и поплелся за толстяком.

Вылезли на улицу, к месту, где случилась стычка с пацанами. Сеня огляделся, вернул на меня взгляд. Я ежился от утренней прохлады, все-таки под одеялом-то куда теплее. Заметил, что к стене прислонен велосипед. Значит, Сеня собрался ехать. Только я-то тут при чем? Хотелось скорее вернуться в кровать и доспать положенный час или сколько там осталось.

— Тебе чего не спится? — недовольно спросил я, давя очередной зевок.

— Ты обещал помочь! — безапелляционно заявил толстяк.

— Чего…

Я запнулся, вспомнив — точно, матушка Сени ведь осталась без компота. Из-за меня осталась, кстати. И да, я действительно обещал пацану помочь. Что ж, слово не воробей, как говорится. Да и помочь действительно нужно. Блин, только где взять сухофрукты? Я задумался и припомнил вчерашнее яблоко. Солома с Седым собирались сегодня обносить некие сады. Хорька загонять, так это называлось. Конечно, яблоки еще не поспели, но черешня в моих краях уже ничего была.

— Слышь, а до сада с черешней колхозного тут далеко, не в курсе?

Сеня задумался, прищурился.

— Ну, километров пять… Только не говори, что ты собрался колхоз обносить.

— Сколько времени займёт съездить туда-сюда?

— Не знаю, минут сорок, — навскидку предположил толстяк. — Мих, ты че, на сады собрался?

— Не я, мы, — поправил я и кивнул на велосипед. — Запрягай коня. А я пока натяну шмотки. Время есть, мы все должны успеть.

Сеня так и остался стоять, хлопая глазами.

— Чего вылупился?

— А ниче, что там сторож в жопу солью из ружья стреляет, — растерянно прошептал толстяк. — Сыкотно так-то… говорят, что если попадёт, то потом целый день сидеть на ведре с водой, вымачиваться…

— А не сыкотно, когда твоей маме на ровном месте выговор впаяют? Скажут, что украла, например. Ничего, если придется, посидишь ради мамы.

— Ну-у… — Сеня озадаченно зажевал губу. — Ты-то сказал, что достанешь, я не думал, что придется в колхозе ягоду тырить!

Я твёрдо протянул руку.

— Давай тогда велик, я сам туда-обратно обернусь.

— Не… — протянул толстяк и обреченно вздохнул. — Ладно, поехали.

Я кивнул, перемахнул обратно через окно, чтобы переодеться. Через несколько минут мы уже катили на велосипеде Сени в местный колхоз.

От автора:

Друзья! Вышла горячая Новинка от Валерия Гурова! Попаданец в Древний Рим! Сулла вырезает сторонников Мария и всех сочувствующих. В теле патриция, внесенного в «списки смерти», оказывается наш современник.

https://author.today/work/353307

Глава 17

Какое здесь небо голубое, а еще солнышко светит и птички поют. Облака неторопливо проплывали над головой. Косая табличка с надписью «Достижения передовиков социалистического земледелия — всем колхозам» мерно покачивалась на ржавом заборе, чуть слышно скрипя. Красота одним словом.

— Мы на месте!

Сеня остановил велосипед у длинного, казавшегося бесконечным забора. За ним рядами тянулись кусты черешни. А между рядами уже стояло несколько зелёных эмалированных ведер. Не знаю, настало ли время сбора урожая, но часть этого самого урожая должна будет пойти на пионерский компот.

— Дальше сам, я на шухере постою! — заявил толстяк.

Это меня не удивило, я и не ждал, что он будет рваться, что называется, в первых рядах. Ну ничего, посмотрим.

— Через забор только? Нет никаких дыр или подкопов? — я решил на месте уточнить имеющиеся варианты, раз уж тут намечалось некоторое дезертирство со стороны моего друга.

— Угу… только через забор, — подтвердил Сеня.

Я кивнул, видимо, пацаны из нашего лагеря либо еще не успели прознать, что здесь есть такая сокровищница, либо знали, что без велосипеда добираться до колхоза далеко. Будь иначе, здесь были бы дырки в заборе… но у меня не осталось вариантов, кроме как перелезать через ограду. Ну, думаю, с таким препятствием я справлюсь без особого труда. Я критически осмотрел препятствие и вернул взгляд на своего друга.

— А ты чего не хочешь? Больше рук, больше ягод, — щедро предложил я. — Погнали вместе?

— Ну не-е… я пас, Миш, у меня сегодня болит живот. И вообще я себя неважно чувствую.

Ясно. Боится, что не справится через забор перелезть. Ну и не хочет на ровном месте опозориться, как ему кажется. Я почесал макушку. Самый обыкновенный дощатый забор, правда, чутка перекошенный. Перелезть через него не составит особого труда. Помню, в молодые годы через столько подобных оградок перелезал, что не сосчитать. Значит, тряхну сединой и полезу снова.

— Ладно, одна нога здесь, другая там…

Я запнулся, смекнув, что мы не озаботились, куда будем складывать улов.

— Слышь, Сень, а у тебя нет случайно с собой сумки?

— Да откуда!

— Тогда майку снимай, — распорядился я.

— Это еще зачем?

Он посмотрел на меня так, будто я его попросил отпечатки пальцев тут оставить. Я пояснил:

— Мешок сделаем, надо же куда-то черешню складывать.

— Вот ты и снимай, — буркнул Сеня, которому не хотелось оголяться примерно по той же причине, что и перелезать за забор.

— Я-то сниму, но у меня ягоды в ней поместится килограмма два-три от силы, а в твою раза в три больше войдет, — терпеливо объяснил я.

— Может, в руках понесем?

— А может, ты майку все-таки снимешь? Твоей же мамке компот нужен.

— Ладно, — толстяк вздохнул.

Слез с велосипеда, аккуратно его к забору прислонил. Начал снимать одежду, выходило скверно — футболка, несмотря на свои не самые малые размеры, была натянута на нем как на барабане. И чтобы её снять, надо ещё было поднапрячься.

— Тебе помочь? — уточнил я.

Сеня не ответил и с горем пополам таки стянул майку, от усердия даже запыхтел. С голым торсом он казался еще крупнее. И я подметил, что за немаленькой жировой прослойкой вообще-то скрываются неплохие физические данные.

— Держи, только не порви, — протянул Сеня, покраснев.

Я взял футболку и тотчас превратил ее в подобие мешка. Завязал рукава и горло. Сеня все это время критически оглядывал себя, старался втягивать живот и встать так, чтобы занять выгодный ракурс. Молодость зелена, лет через тридцать он перестанет смущаться своего тела. Я припомнил, что на редких встречах с одноклассниками, которые приурочивались к круглым датам и годовщинам, многие мои бывшие одноклассники немножко запустили себя и раздобрели далеко за сотку кило. Но никого из них это ни чуточку не смущало.

Проверив получившийся мешок, я заткнул его за пояс и двинулся к забору.

— Давай, постой на шухере, лады?

— Ага… слышь, Мих, только по чесноку ответь, — Сеня медленно набрал полную грудь воздуха и тяжело выдохнул.

— Спрашивай.

Я даже слегка развернулся к нему, показывая, что весь внимание, хоть момент и был неподходящим.

— Как думаешь, у меня правда сиськи как у бабы? — выдал вдруг толстяк.

Я сдержал улыбку.

— Пф… Это кто тебе сказал такое?

— Да одноклассники, — Сеня потупил взгляд. — Я им сказал, что на лето уезжаю в спортивный лагерь, а этот дебил Шулько принёс на следующий день… лифчик!

Толстяк аж кулаки сжал и брови свел так,что они «стукнулись» у него о переносицу.

— И че, ты ему по рогам за такое дал?

— Ну нет… — Сеня замялся. — Но сказал, что, когда обратно вернусь, у меня сисек больше не будет. Поспорили даже…

— На че?

— На десять музыкальных лосей!

— М-да… на фига спорил? Получать-то, небось, не хочется?

Такие щелбаны бывали побольнее обычных — зависит от мастерства ставящего, конечно.

Сеня ответил не сразу, задумался.

— Да думал, что здесь похудею, овощи там, фрукты. Оно ж, вроде, невредное и диетическое…

— Так оно и есть диетическое, — согласился я. — Смотря сколько и каких овощей и фруктов жрать, Сень. Картошка-то тоже овощ, но с ней не постройнеешь. И мамка тебя наверняка все время подкармливает?