"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 107

С утра Марк включился в повседневную жизнь легионера и заставил себя сосредоточиться на привычных вещах. Разумеется, ему очень хотелось снова оказаться с любимой наедине, но он понимал, что каждую неделю его не будут отправлять в дальние гарнизоны с поручениями, да и Агриппине будет сложно отпрашиваться у родителей и ждать поездки знакомого купца в нужную сторону.

Немного подумав, Марк обратился к кашевару Лукиану. Хитрый крестьянский сын не только ловко добывал всякую вкусную еду, но и вообще был пронырлив и обладал всякими полезными знакомствами. Вечером после ужина Марк подошёл к нему и напрямую спросил совета.

– Хм, понятно, – повар отнёсся к проблеме с пониманием, задумчиво почесал подбородок, – но я не вижу тут особых сложностей. Многие владельцы харчевен имеют номера для сдачи внаём, и охотно предоставляют их в аренду нашему брату на одну ночь или даже на час!

– Я знаю про эти номера, – смутился Марк, – но это не совсем то… Я очень не хочу огласки, а не все владельцы харчевен умеют держать язык за зубами…

– Ага, понятно, – кивнул Лукиан, – твоя девушка из семьи патрициев, и её родители против ваших встреч!

– Да и мои родители тоже… – вздохнул Марк, – точнее, ни те ни другие вообще пока не в курсе наших отношений, и не одобрят их в любом случае.

Марк не стал углубляться в тонкости ситуации, рассчитывая, что высказанной информации для Лукиана будет достаточно. Так и получилось. Немного подумав, повар сказал.

– Есть одно решение, но оно потребует от тебя затрат. Ты парень небедный, как я погляжу, поэтому, думаю, сможешь его применить. Когда пойдёшь в следующий раз в увольнение, найди Гранатовую улицу, она отходит от Форума в его северной части. Где-то посередине стоит харчевня «Четыре цесарки». Зайдёшь туда и спросишь хозяина, Клавдия Траяна. Я передам тебе письмо, ты отдашь ему. Потом изложи свои пожелания, а Клавдий назовёт тебе цену. Просит он дорого, но и комнаты предоставляет хорошие, даже с отдельным входом. Марк горячо поблагодарил и обещал в первое же увольнение решить все вопросы.

Такая возможность представилась через две недели, в очередное увольнение. С вечера Марк взял у Лукиана письмо, и сразу отправился искать Гранатовую улицу и харчевню «Четыре цесарки». Передал письмо Лукиана мрачному, заросшему густой чёрной бородой Клавдию Траяну. Хозяин харчевни предложил несколько вариантов, из которых Марк, не колеблясь, выбрал самый дорогой, но и самый удобный: комната предоставлялась в его полное распоряжение, имела отдельный вход и водопровод, большое окно, выходящее в тенистый сад.

Он заплатил Клавдию Траяну залог за первый месяц и получил два ключа от комнаты – для себя и для своих гостей. Больше никто, кроме служанки для уборки туда заходить не будет, заверил хозяин. Цену, конечно, заломил несусветную, но Марк заплатил, не колеблясь – такой вариант давал ему и Агриппине возможности для свиданий в любое время.

Покончив с арендой комнаты, он поспешил к дядюшке Публию. Там его уже ждал Рем. Друзья крепко обнялись, радуясь встрече. Марк отвлёкся на несколько минут, чтобы написать записку Агриппине и отправить к ней гонца, затем вернулся за столик.

– Как дела, легионер? – улыбнулся Рем.

– Хорошо дела, легионер, а у тебя? – ответил привычной шуткой Марк.

– А у меня ещё лучше!

– Так давай закажем что-нибудь? А то я смотрю, у тебя кроме чаши вина ничего нет.

– Увы, мой кошелёк пуст, а в долги залазить не хочется, – развёл руками Рем.

– Ладно, эту проблему мы решим. Я, правда уже потратился основательно, но на пару кувшинов вина и жареную курицу серебра хватит!

– О, тогда отлично! А куда ты ухитрился с самого утра деньги растратить?

– А… так, было на что… – смутился Марк.

– Ого! Тайны первой центурии, где уж нам, провинциалам!

– Я комнату снял в городе. Для себя и Агриппины…

– Ну, ничего себе! У вас настолько всё серьёзно? Постой, но ведь ты помолвлен?

– Даже не знаю, дружище… Помолвлен, да, но я всё время забываю об этом. Я помолвлен по государственным соображениям, свою невесту не люблю совсем, это необходимость. А с Агриппиной – совсем другое.

– Вы встречаетесь тайно, в этой комнате?

– Я ж говорю тебе, комнату я снял только сегодня. И встречались мы, ну так, чтоб серьёзно, как взрослые, – Марк смутился, – пока только один раз. Но я уже не могу жить без неё…

– А она? – напрямую спросил друг.

– Не знаю, – Марк потянулся за вином, которое поставил на стол слуга, – я устроил встречу с ней на постоялом дворе, когда ехал с поручением в отдалённый гарнизон, на обратном пути. Боялся, что она не сможет приехать, или не захочет. Но она исхитрилась отпроситься у родителей, найти какого-то знакомого купца, который ехал в ту сторону, отыскать этот самый постоялый двор. В общем, мы там встретились… До этого я думал, что она играется со мной и я для неё – просто развлечение на досуге, – Марк замолчал, отпил хороший глоток.

– И что? – тихо спросил Рем.

– И то! – буркнул Марк. – Мы даже не успели ни о чём поговорить, бросились друг к другу, ну и… А потом она заявила, что купец, с которым они ехали, будет только завтра, и осталась со мной на всю ночь… Такие вот дела, дружище! А как твоя подружка, Флавия? – перевёл разговор Марк.

– О, моя Флавия – это сама непосредственность! Ты знаешь, нам с ней гораздо проще: мы оба свободны, никому ничем не обязаны, я голодранец-легионер, она – голодранка, продающая на улице цветы и фрукты. У меня родителей нет, её мать только будет рада, если я возьму её замуж.

– А ты хочешь этого? – заинтересованно спросил Марк.

– Даже не знаю, дружище, – пожал плечами Рем, – нам с ней хорошо вдвоём, но если вдруг мы расстанемся, никто в Тибр топиться не побежит. Я подожду, пока стану центурионом, и, если к тому времени мы не разбежимся, то женюсь на ней. А нет, так и нет! – подвёл итог юноша, и взялся за курицу с кашей. – Прости, дико жрать хочется!

Вскоре прибежала Агриппина, расцеловала обоих ребят, весело болтая о пустяках, но в этот раз отчётливо демонстрируя разное к ним отношение: сидела рядом с Марком, прижималась к его плечу, заглядывала в глаза. Они поболтали ещё некоторое время, Рем практически один умял курицу, предложил прогуляться.

– Вы – как хотите, а я на Форум! Погуляю, потолкаюсь среди народа, Флавия тоже туда подойдёт!

– Давай. Если что, может, там увидимся!

– Я не хочу на Форум, – тихо сказала девушка, когда они вышли из корчмы и пошли в сторону набережной, – давай погуляем где-нибудь вдвоём, где нас никто не увидит…

– Давай погуляем немного, а потом пойдём в одно местечко, где нас точно не увидит никто! – воскликнул Марк.

– А что за местечко? – ещё тише сказала Агриппина, прижимаясь к Марку.

– Пойдём, увидишь… – хрипло прошептал юноша.

Они быстро дошли до Гранатовой улицы, прошли через тенистый сад, и поднялись по задней лестнице на второй этаж, так никого и не встретив по дороге. Марк открыл дверь ключом, и они оказались в комнате, совсем одни. Едва закрыв засов, Марк повернулся к девушке, и принялся жадно целовать, распутывая складки её одежды. Агриппина вся подалась навстречу его рукам, порывисто отвечая на поцелуи, жарко шепча: «О, Марк, о, мой любимый!»

Был уже одиннадцатый час дня[13], когда Марк, собрав всю свою волю, оторвался от любимой и отправился во дворец, к родителям. Девушка сама выставила его из комнаты, притворно сердито шепча: «Ну, Марк, ну, милый, нельзя тебе оставаться со мной так долго! Если ты не появишься у своих родителей, в следующий раз тебе не удастся выбраться! Да и я отпросилась только до восьмого часа. Ну будь же умничкой, родной!»

Собрав волю в кулак, юноша выбрался наружу и поспешил домой, оставив Агриппине ключ от комнаты, и пообещав выбраться к ней в ближайшее время. Он не видел, как девушка опустилась на кровать, разглаживая ладонью простынь, где совсем недавно лежал её возлюбленный, и плакала горько и безутешно…