Кларк и Дивижн - Хирахара Наоми - Страница 9

Два сильных удара костяшками пальцев. Лязгнул замок, и дверь открылась, явив мне худенькую нисейку с каштановыми волосами, собранными в низкий пучок. В коридоре свет не был зажжен, но из комнаты растекалось мягкое электрическое сияние. На женщине, которая выглядела совсем немногим старше меня, было бежевое платье в обтяжку и малиновая помада. Похоже, она знала толк в том, что выглядит привлекательно на ее тощей фигурке.

– Я сестра Розы, – сказала я.

У женщины вытянулось лицо. Глаза и яркие губы как бы опали, на мгновенье она замерла.

– Соболезную, – выговорила наконец. – Ну, входите, входите.

В комнате стояли три узкие кровати, две одна напротив другой, а третья почти перегородила собой дверь. На вбитых в стену гвоздях висели платья на вешалках. Обои над одной из кроватей отслоились, открыв длинную трещину в бурых пятнах, надо думать, следах протечки воды. В углу имелись маленький холодильник и плита, но раковина отсутствовала.

– Аки, верно? Я видела вашу фотографию. Роза все время говорила о вас. Меня зовут Луиза.

Дверь снова открылась, и вошла еще одна женщина, с полотенцем на шее. У нее были большие глаза и густые брови, которые казались нарисованными, но, скорей всего, были свои. Походила она на тех крепких деревенских девок, которых в работе обойдет не всякий мужчина.

– Привет, – жизнерадостно сказала она, увидев меня.

– Это сестра Розы, – вполголоса произнесла Луиза. – Ее зовут Аки.

– Ох! А я Чио.

Она протянула руку, которая производила впечатление мягкой, как подушка, пока не сжала мою. Я сосредоточилась, вспоминая. Не похоже, чтобы Чио была из Сан-Франциско, и ее имя мне не показалось знакомым.

– Сдается мне, у нее была другая соседка.

– А, вы, должно быть, говорите о Томи, – сказала Луиза. – Она переехала несколько месяцев назад. Сейчас работает горничной в Эванстоне. Не смогла приноровиться к жизни в большом городе.

– Я тут как раз вместо Томи. Раньше спала в прихожей, так что здесь, конечно, в тысячу раз лучше. – Сложив полотенце вдвое, Чио перекинула его через перекладину вешалки, а ту повесила на один из гвоздей в стене. Когда она снова повернулась ко мне, щеки у нее слегка раскраснелись. – Я не так уж и долго знала вашу сестру. Мы мало общались. Но я, конечно же, сожалею, очень.

Неужели с этих пор так и пойдет? Люди будут смотреть на меня и на родителей с жалостью? Я опустила голову в ответ на сочувствие.

Луиза достала откуда-то бежевый чемодан Розы.

– Она держала все свои вещи здесь.

– Ее зубная щетка и стаканчик все еще в ванной, – добавила Чио. – Я сейчас за ними схожу.

У меня голова шла кругом, и Луиза, должно быть, заметила, что мне плохо.

– Вот, садись.

Она указала на кровать, которая нескладно стояла посреди комнаты, и я опустилась на матрас. Пружины скрипнули под моим весом. Это здесь спала моя сестра?

Пытаясь отдышаться, я чувствовала на себе взгляд Луизы. Ее внимание ко мне скорее нервировало, чем вызывало признательность.

Чио вернулась с красной зубной щеткой и баночкой вроде тех, в каких продают клубничный джем. Я не знала, зачем они мне нужны, но сказала спасибо.

– Какая ужасная случайность, – сказала Луиза.

– Что, так все и говорят?

Луиза и Чио обменялись взглядами.

– Ну, конечно, а что же еще?

– Коронер считает, что Роза совершила самоубийство.

– Что?! – Луиза, казалось, искренне удивилась.

Но Чио, с другой стороны, удивления не выказывала.

– Роза бы так не поступила. – Нет, она бы меня не бросила. – Не могли бы вы рассказать мне, какой она была в тот день?

– В последнее время она неважно себя чувствовала, – сказала Чио.

– Да, норовила все полежать, – добавила Луиза. – Я думала, она подхватила грипп.

Это моя-то сестра, которая была сильной, как лошадь. Даже не заболела в лагере от прививок, из-за которых другие то и дело бегали в туалет.

– Она была у врача?

– Нет, не захотела. – В голосе Луизы слышалось сожаление, как будто ей следовало на посещении врача настоять. – В некоторых больницах нас, японцев, не принимают.

– Но достаточно и таких, где нас лечат, – сказала Чио.

Мне нужно было понять, что происходило с Розой.

– Не могли бы вы сказать мне, с кем она проводила время?

– Ну конечно же, с Роем. Вот почему я позвонила ему, когда приехала полиция, – объяснила Луиза.

– А с кем еще? Она еще с кем-то встречалась?

– Насколько я знаю, нет, – сказала Луиза. – На самом деле больше никого не было. Я имею в виду, мы все ходили на танцы и все такое, компанией. И вы же знаете Розу, вокруг нее всегда были парни.

Чио не подтвердила это наблюдение Луизы.

– А я вот на танцы не так уж и часто хожу.

– Они с Томи проводили много времени вместе, пока Томи не переехала в Эванстон.

– Вы дадите мне номер телефона Томи?

– Конечно. Однако должна предупредить, что леди, у которой она служит, не любит, когда ей часто звонят.

– В таком случае, ее адрес?

Луиза надула щеки, как будто я ей, вообще говоря, докучаю, но потом все-таки опустилась на колени у кровати, на которой я сидела, и вытащила из-под нее коробку. Полистала зеленую записную книжку, продиктовала адрес, который я записала на той сложенной газетной странице, что дома сунула в сумочку. Когда она поставила коробку на место под кроватью, я увидела стопку книг и ахнула.

– Это старые книжки Томи. Мы всё просим и просим ее их забрать, – сказала Луиза.

Но я узнала корешок дневника, который я на прощание подарила Розе.

– Это же дневник Розы!

Луиза посмотрела на меня с недоверием, когда я выдернула дневник из середины стопки, отчего верхние книжки свалились на деревянный пол.

– Я сама это для нее сделала. – Я погладила шершавую обложку дневника и буквы “Роза”, которые выжгла вместо заглавия.

– Как чудесно, что ты его углядела, – сказала Чио, когда я открыла чемодан Розы и положила дневник поверх ее вещей.

Я достала шарфик, который сестра заказала по каталогу, потому что зимы в Оуэнс-вэлли были очень холодные, и завернула в него баночку из-под джема. Вместе с зубной щеткой она отправилась в чемодан Розы.

– Да мы и знать не знали, что у нее был дневник. – Луиза встала и отряхнула пыль с пальцев и платья. – Никогда не видела, чтобы Роза что-то писала, кроме открыток.

Я закрывала чемодан, когда раздался тихий стук в дверь.

– Надо же, еще один гость, окьяку-сан! – Чио, похоже, обрадовалась. У них, должно быть, бывало не так много гостей.

Это оказалась еще одна женщина примерно нашего возраста с голубым чемоданом в руках. Я чуть не потеряла сознание, увидев ее. Она была прямо-таки двойник Розы. Высокая, с продолговатым лицом и быстрой улыбкой, которая способна смягчить любого ворчуна-иссея или бюрократа-нисея. И только голос ее, намного более мягкий, полностью перечеркивал поражавшее поначалу сходство.

– Здравствуйте. Я Кэтрин. Приехала из Ровера, штат Арканзас. Меня прислали “Американские друзья”[1]. Извините, что так поздно, но там получили сведения, что здесь может оказаться свободное место.

Повисло неловкое молчание, но затем Чио пришла в себя и сказала, как их с Луизой зовут. Она запнулась, когда подошел черед представить меня, и я пришла ей на помощь:

– Я – Аки.

Кэтрин обратила внимание на бежевый чемодан Розы.

– А, так это вы съезжаете?

– Нет-нет. – Я поднялась с кровати. – Но мне нужно уже идти.

Чио кивнула, как будто выделенное мне время и впрямь истекло.

– Я провожу вас, – сказала Луиза.

– Не беспокойтесь.

Мне стало обидно, что Розу заменили так быстро. Почувствуют ли соседки по комнате ее отсутствие уже завтра?

– Ну, хотя бы до лестницы.

Кэтрин весело попрощалась, и я подумала, интересно, расскажет ли ей кто-нибудь, что случилось с девушкой, чья кровать теперь отведена ей.

Я вышла вслед за Луизой, обратив внимание на основательный дверной замок, который выглядел слишком блестящим и новеньким по сравнению с остальным убранством обветшалой квартиры.