Паладин (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 45

— Все демоны Инферно… — пробежался я взглядом по их названиям и понял одну вещь: — Это только по винтовкам… Но есть и другие?

— Есть, глава! И много! Вам всё нести? — лучился старый волк радостью, что смог меня удивить и заинтересовать.

Я посмотрел на группу строителей, копошащихся в земле, потом на книги, следом на бутерброды и чай. С визгом пробежала Любава, за которой гнался Алексей и игрался с ней. Бойцы после утренней тренировки ходили, словно зомби, вызывая у строителей странные взгляды на лицах своим видом.

— Хрен с тобой, Есенеев, — махнул рукой на этого воина. — Неси, будем изучать. Все равно все приказы отданы, а дела сделаны.

До самого глубокого вечера мы так и просидели. Я читал, Фёдор мне объяснял тонкости и нюансы. В какой раз убеждаюсь, что технологии этого мира пошли по какому-то другому пути, нежели мною увиденном ранее. В искусстве убивать себе подобных местное человечество поднаторело очень хорошо и магия, пришедшая вместе с Пятнами/Зонами/Эпицентрами, не сильно этому помешала. Наоборот, она дополнила их возможности. Как я выяснил, сейчас ведутся разработки магических патронов, способных рвать в клочья не только тварей, но и одарённых. Фёдор, судя по его тону, когда он это рассказывал, очень желал взглянуть на них, но разработка новая, а значит очень дорогая. Мне же его слова добавили ещё одну идею, помимо кузнечного ремесла.

Зачарование — наука тонкая и точная. Отклонение в пропорциях ингредиентов и наложении заклинаний может привести, как к провалу, так и к смертельному случаю для зачаровывателя. Я же знал её от и до, ведь Паладины сами занимались своими доспехами. Сами их улучшали, используя те чары, что дополнят их мастерство и увеличат эффективность в борьбе с нечистью.

И вот теперь, пока Света сидела в кабинете и разбирала бумаги, а Любава занималась уроками, я находился в своей комнате. Передо мной на полу лежал десяток патронов разного «калибра», как это назвал Есенеев.

Я взял первый из них и внимательно всмотрелся. Рядом с циновкой, окружая меня полукругом, раскрыты две книги по описанию каждого из патронов. Их свойства, состав пороха, даже схема строения в разборе и разрезе. То, что нужно, а почему? Да потому что в зачаровании существуют три закона, которые юный маг, проникшийся душой к этому ремеслу, обязан знать.

Первый из них — закон структуры. Каждый компонент необходимо понимать от и до, как и его структуру. На глину и металл возможно нанести одно и то же заклинание, вот только процесс разный, как и конечный результат.

Второй — закон сохранения. В зависимости от материала растёт падение заложенной в зачарование энергии. Доспехи Паладинов были изготовлены на основе Солнечного Железа, способного вбирать, аккумулировать и сохранять энергию Света. Если же говорить об обычным металле, то рассеивания не избежать. Зависит от вида руды, плавки и ещё множества факторов, но суть ясна. Дерьмовая сталь — больше рассеивание.

Третий — закон состояния. Завязан он на целостности вязи зачарования. Доспехи в лавке Долгоруковых тому пример. Вязь там была кривой, сделанная неумехой, а потому теряла стабильность. Настоящий зачарователь, который знает своё дело, должен учесть все этапы заклинания и довести состояние вязи до идеала.

Сейчас я собирался применить способ, считающийся долгое время самым стандартным. Банальное наложение заклинания поверх структуры, закладка энергетического каркаса, а затем и фиксация состояния вязи. Три закона — три этапа. Всё просто, но сложность в тонком оперировании энергией. Если маг неопытен, а тем более слаб, то он банально выдыхается уже на первом.

Мои энергетические каналы после боя с наёмниками уже восстановились, хватило хорошего сна и пищи, а потому можно попробовать. Без печатей, конечно, так себе план, но эксперимент хотелось бы провести. Тем более, что зачарование снарядов мне знакомо. Сталкивался с ним по воле службы и знал, как оно делается. Вот только там было ядро осадной пушки, а тут…

Я положил патрон на левую ладонь. Указательный палец правой слабо вспыхнул Светом. Почти что только ноготь, но этого достаточно. И я начал плести вязь, закладывая её в форму металла. Потратил почти час, а в итоге — нихера у меня не вышло. Слишком большое рассеивание

— Значит, нужно продублировать, — хмуро прошептал я, сходил на кухню за ножом и вновь вернулся к себе, взявшись за вторую попытку.

Теперь задача стояла вырезать на патроне тонкую вязь символов, что заняло у меня большую часть времени, а затем и заняться их напиткой. Дублирование помогает в достижении большей эффективности третьего закона, затрагивая и первый. Но в таком случае существует иной минус.

— Слишком высокое рассеивание, — патрон на моей ладони, секундами ранее слабо сияющий Светом, потух. Вязь порвалась, вся работа в ноль.

Ответ почему так был весьма прост и сводился он к составу самого снаряда. В моём мире порох использовали, но особо в ходу он не был. Вместо него применялись ядра-кристаллы нужных размеров, закладываемые внутри того же пушечного ядра. Напитка была через них, как и дальнейшее распределение энергии по вязи зачарования.

У меня промелькнула мысль, что, возможно, ответ находится в составе самого пороха, раз в этом мире люди чего-то достигли. Но тут уже не всё так просто. Нужны очень хорошие знания алхимии, а таких у меня не было. Основы, да, но не углубленное познание.

В дверь комнаты тихо постучали, а когда она открылась, на пороге стояла Света.

— Вить, что делаешь? — приподняла она бровь, увидев меня, сидевшего на циновке в окружении книг и с патроном на ладони.

— Проводил эксперимент, — пригласил я её кивком зайти внутрь. — Ты что-то хотела?

— Да, — она прошла по комнате и остановилась у открытого окна. — Ты же помнишь, что завтра у тебя регистрация?

— Помню, — ладно, отложу идею по зачарованию патронов и подумаю об этом позже. То, что сестра переживала от меня не укрылось. — Что тебя тревожит, Света?

Ответила она не сразу. Будто размышляла, стоит ли мне говорить или нет.

— Я узнала, что завтра на твоей регистрации будут главы Миходиных и Нарышкиных. Возможно, и не только они, брат. То, что произошло в Екатеринбурге уже на слуху и многие захотят посмотреть на дар князя Потёмкина. И я переживаю, как бы это не добавило нам проблем…

— Понимаю и этот вариант я уже продумал, — сестра от моих слов дёрнулась и резко обернулась. — План отхода с Фёдором мы уже обсудили и утвердили. Как и количество бойцов, которые поедут с нами. Часть из них останется с Любавой и будет охранять поместье.

— Значит, ты тоже думаешь, что на нас могут напасть? — вздохнула она, опустив плечи.

— Этого утверждать я не могу, — поскреб я подбородок, испачкав его в масле от патрон. — Но один раз кто-то попытался это сделать, значит будут и ещё попытки. Пока мы здесь, на своей земле, проще держать оборону. Да, стены и ворота поместья дырявые, — она поджала губы, явно желая возразить, но молчала. — Но на дороге нападение продумать проще. Как и возможность устранения в самом городе. Впрочем, я сомневаюсь, что это произойдёт в ближайшие дни. Я слишком наследил и на месте желающих нашей смерти немного подождал, пока всё уляжется и упадёт бдительность. Готового к бою врага сложнее уничтожить, чем расслабившегося.

— Когда ты так говоришь, у меня мороз по коже бежит, брат, — покачала она головой. — Будто для тебя всё это… обыденность какая-то.

Тут она права. Я последние лет четыреста только и жил войной. С тварями, демонами, различной нечистью или людьми, продавшихся тёмным силам. Я убивал много. Убивал часто. И слишком привык к смерти, отдавая всего себя на службе Ордену Паладинов и человечеству.

Для меня вся эта возня с наёмниками, из которой сделали какие-то мифические байки — и речь не только про подруг Светы, но и бойцов поместья — лишь жалкая потасовка пьяных матросов в трактире. Да и враги рода Потёмкиных воспринимались не всемирной угрозой, а банальной преградой на пути к спокойствию. Простое столкновение интересов и ничего более. В масштабах целой Многомерной Вселенной уж точно. А потому переживания Светы мне были понятны, но она слишком возводит их в абсолют. Слишком она юна. Слишком много не знает и не видела.