Законник Российской Империи. Том 3 (СИ) - Ло Оливер - Страница 25

— Вы играете с огнем, Темников, — практически прорычал он. — Тут вопросы задаю только я! Не забывайте, что жизни невинных людей в наших руках.

Я спокойно выдержал его холодный взгляд, не скрывая своего презрения.

— А вы не забывайте, Януш, что играть с огнем опасно. Особенно, когда не знаете, с кем имеете дело.

Несмотря на внешнее спокойствие, внутри меня все кипело. Я лихорадочно обдумывал ситуацию, пытаясь найти выход. Януш был сильнее обычных магов, но я чувствовал, что он все еще уступает мне, как и чувствовал схожее в отношении своего дяди — что мне его пока не одолеть. Проблема была в том, что их было много, и они держали в заложниках семью Виктора. Открытая схватка могла привести к трагедии.

Я окинул взглядом помещение, отмечая расположение людей Януша. Их было не меньше десятка, все вооружены. Некоторые явно были магами — я чувствовал исходящую от них энергию, такому, как оказалось, тоже можно научиться. Положение выглядело безвыходным, но я знал, что всегда есть решение. Нужно было только его найти.

— Итак, господин Темников, — продолжил Януш, очевидно решив сменить тактику. — Давайте обсудим условия нашего… соглашения.

— Соглашения? — я поднял бровь, изображая удивление. — О, так мы теперь ведем переговоры? А я-то думал, вы просто хотите меня запугать и заставить подчиниться.

Януш улыбнулся, но его улыбка была больше похожа на оскал дикого зверя, который играется со своей добычей. По крайней мере, мужчина, разговаривающий со мной, был уверен, что я его добыча.

— Мы люди цивилизованные, господин Темников. Всегда можно найти компромисс. Вы прекращаете свою деятельность в Бюро, сидите тихо три месяца, а мы гарантируем безопасность вашего друга и его семьи. Все просто.

Я задумчиво потер подбородок, делая вид, что обдумываю его предложение.

— Знаете, Януш, у меня есть встречное предложение, — сказал я наконец. — Как насчет того, чтобы вы немедленно освободили заложников, извинились за доставленные неудобства и убрались обратно в свою Польшу? А я, так уж и быть, сделаю вид, что этого разговора не было. Видите ли, одно дело, нападение на чиновника — это уже крупное преступление. Но вот участие в измене, о-о-о, это уже совершенно другая история.

— Измене? — кажется, этот момент застал его врасплох.

— Да, измене. Я полагаю, нет, я уверен, что ваш заказчик — гражданин Российской Империи, возможно, даже не самых низших чинов. И все, что он делает — только ради того, чтобы сорвать подписание соглашения между двумя государствами. А это не что иное, как измена. И вы, друг мой, прямой соучастник. Да вас вздернут всех и имени не спросят. И думаю, тут не будет иметь значения, какая именно сторона это сделает.

Я специально говорил с насмешкой, расслабленно и медленно, чтобы мои слова успели прочувствовать. Да, это был блеф. Но не на пустом месте. Кто-то из чиновников не хотел соглашения. И этот кто-то устроил мне покушение в поезде из-за каких-то разногласий с отцом.

Но он, похоже, не ожидал, что я начну копать под нападавших — все же сложно предугадать такие действия от юнца, которого держали подальше от столицы. Да и мало кто бы мог подумать, что у меня будет гораздо больше опыта в подобных вещах. А когда дело приняло скверный оборот, и я подобрался к истине, он решил надавить сильнее.

Просто логика, без доказательств, отчасти основанная на интуиции. Но мне не привыкать работать с предположениями, тем более, как правило, я был всегда недалеко от истины.

— Вы либо очень храбрый, либо очень глупый, Темников, — Януш в ответ рассмеялся, но в его смехе не было веселья. — Неужели вы не понимаете, в каком положении находитесь?

— О, я прекрасно понимаю свое положение, Януш, — я наклонился вперед, глядя ему прямо в глаза. — Вопрос в том, понимаете ли вы свое? Как вы думаете, что будет, когда об этом узнают власти?

Я увидел, как по лицу Януша пробежала тень сомнения. Но он быстро взял себя в руки.

— Власти ничего не узнают, Темников. Потому что вы будете молчать, если хотите, чтобы ваши друзья остались живы.

— А вы уверены, что я еще не успел сообщить о происходящем? Вы думаете, я настолько наивен, что пришел сюда без подстраховки?

Я увидел, как Януш напрягся. Его взгляд метнулся к своим людям, словно ища у них поддержки.

— Вы блефуете, — сказал он после небольшой паузы, но в его голосе уже не было прежней уверенности. — Мои люди следили за вашим другом и вами. Вы направились прямиком сюда, никуда не заезжали, ни с кем не беседовали.

— Возможно, — ответил я с улыбкой. — А возможно, и нет. Хотите проверить?

Януш сжал кулаки, я видел, как он борется с желанием использовать магию. Но он сдержался, очевидно, понимая, что открытый конфликт сейчас не в его интересах.

Тут внезапно я увидел краем глаза, как небольшое темное пятно мелькнуло в окне. Не поворачивая головы, я постарался внимательнее всмотреться в это пятно, а когда разглядел, внутренне усмехнулся.

Двое мужчин тащили бессознательное тело Виктора по узкому коридору трактира. Пыльные половицы скрипели под их ногами, а тусклый свет масляных ламп не давал помещению без окон утонуть в темноте. Один из них, низкорослый и коренастый, с трудом удерживая вес Виктора, выругался.

— Курва мать! Этот урод тяжелый, как мешок с камнями!

Его напарник, высокий и худощавый, лишь хмыкнул в ответ.

— Заткнись и тащи. Скоро сбросим его к остальным.

Они дотащили Виктора до небольшой подсобки, где в полу зияла черная дыра погреба. Без лишних церемоний они сбросили тело вниз, и оно с глухим стуком приземлилось на земляной пол. Крышка погреба с грохотом захлопнулась, погрузив помещение в полумрак, нарушаемый лишь слабым мерцанием нескольких свечей.

Виктор, который все это время старательно притворялся бессознательным, медленно открыл глаза. Годы тренировок в «Доме Тихой Клятвы» сделали его тело настолько выносливым, что простой удар прикладом не мог по-настоящему вывести его из строя. Да и эти дилетанты даже не стали проверять его состояние.

Он осторожно поднялся, оглядывая погреб. Земляные стены, пропитанные сыростью, казалось, давили со всех сторон. Воздух был спертым, наполненным запахом плесени и гнилых овощей.

— Виктор? — раздался тихий, почти неслышный женский шепот из дальнего угла. — Это, правда, ты?

Сердце мужчины, обычно бьющееся размеренно даже в самых опасных ситуациях, вдруг забилось как сумасшедшее. Он резко повернулся и увидел их — свою жену Антонину и маленькую дочь Катю, съежившихся в углу на куче старых мешков.

В один миг маска хладнокровного убийцы слетела с его лица. Глаза, обычно холодные и бесстрастные, наполнились теплом и нежностью. Он бросился к ним, заключая обеих в крепкие объятия.

— Тоня, Катенька, — прошептал Виктор, прижимая их к себе так сильно, словно боялся, что они исчезнут. — Вы целы? Они вас не тронули?

Антонина, худенькая женщина с добрыми карими глазами, покачала головой.

— Нет, милый, мы в порядке. Просто напуганы, — она посмотрела на мужа с тревогой. — Виктор, что происходит? Кто эти люди? Почему они нас похитили?

Виктор на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Когда он снова посмотрел на жену, его взгляд был полон решимости.

— Все будет хорошо, — сказал он твердо. — Я здесь с другом, мы вытащим вас отсюда.

Маленькая Катя, до этого молчавшая, вдруг подняла голову.

— Папочка, мне страшно, — прошептала она, и ее голос дрожал от сдерживаемых слез.

Виктор нежно погладил дочь по голове, чувствуя, как сжимается сердце. Его семья, самое дорогое, что у него было, оказалась в опасности из-за его работы.

— Не бойся, солнышко, — сказал он мягко. — Папа здесь, и он не позволит никому вас обидеть.

— Виктор, что за работа у тебя, раз мы оказались в такой опасности? Ты никогда не рассказывал… — спросила Антонина, все еще держась за мужа.

Виктор на мгновение замолчал, подбирая слова. Он не мог рассказать им правду о своей прошлой работе в Бюро, о том, сколько жизней он отнял по приказу. Но сейчас, глядя в глаза жены, полные любви и доверия, он понял, что не может больше лгать.