После развода. Другая дверь (СИ) - Кариди Екатерина - Страница 58

- С чего так решил?

- Они у Полины Александровны ужинали.

Достаточно было услышать имя тещи, Захар все понял. Его аж покорежило.

- Пап, ну там как с моим вопросом? – донеслось из гаджета. – Может, мне подъехать?

- Завтра в офис подойдешь, - бросил Захар и оборвал вызов.

С минуту стоял, шумно дыша и разглядывая свои руки. Потом сорвался и поехал к дому Натальи.

глава 27

Это было спонтанное решение. Он даже не думал, что будет говорить ей. Просто ему нужно было.

Да если бы он знал, что!

Нужно увидеть ее. Убедиться.

Пока ехал по ночному городу, сжимал руль и до боли вглядывался в красные огоньки машин, едущих перед ним. Потому что стоило расслабиться, и они превращались в два потока лавы, красный и белый, текущие навстречу. И точно так же текла лава в его душе. Противоречие.

Ощущение своей правоты. Несправедливость. Отвратное чувство потери. Его он гнал от себя, не хотел верить. Но в глубине души уже знал, просто отчаянно сопротивлялся этому.

Так, в первый момент, потеряв руку, человек все еще чувствует ее, и просто не верит. Удушающая горечь понимания, что ничего и никогда уже не будет целым, приходит потом.

Но пока он не получит подтверждения, все остается как есть.

***

Добирался Захар долго, ему казалось, дорога до дома бывшей жены тянется бесконечно. А приехал неожиданно быстро и оказался не готов к этому. Когда подъезжал к дому Натальи, вся эта каша из чувств и эмоций отдавалась холодом в груди.

В ее окнах не горел свет.

Это могло означать, что ее нет дома, или… Вот это «или» заставляло его звереть. И пока он поднимался в лифте, доходил все больше. Проклятые демоны подозрений. Сами собой сжимались челюсти и стискивались кулаки.

Дверь оказалась просто заперта. Его накрыло откатом.

Звонить Захар принципиально не хотел. Позвонить, значило предупредить, а ему надо было увидеть самому, как оно есть. Знать точно.

И нет, он не уехал. Денис сказал, что Наталья была в гостях у драгоценной бывшей тещи, значит, вернется. Он спустился во двор и остался сидеть в машине. А вся эта каша в душе бродила по новой.

Почему стало так важно сейчас?

Ведь он не придавал этому значения. В конце концов, он сам сделал выбор, сам все исполнил. Закрыл тему. Закрыл же, мать его.

Да. Мужчина сглотнул и смежил веки, откидываясь затылком на подголовник. Он сделал выбор. Знать бы еще, когда сворачиваешь, что ты прешься НЕ ТУДА. Тогда не пришлось бы торчать за закрытой дверью.

Но сейчас он ждал. Исходясь глухой злостью, но терпеливо, как зверь в засаде. Потому что знал, Наталья не останется у матери на ночь, обязательно домой приедет. Слишком хорошо изучил ее. Для нее это важно – свой дом. Убежище.

Она же… Как улитка, бл***… Как рак-отшельник. В своей скорлупе.

Захар вдруг вспомнил свой дом. Не тот, что сейчас. Прежний. Который был у него.

Сглотнул снова и снова, понимая, что ему трудно дышать. Потер глаза и выпрямился. Ждать было невыносимо, он отъехал к ближайшему круглосуточному супермаркету, взять себе кофе. Когда вернулся, в окнах Натальи горел свет.

***

От мамы так быстро не выберешься, это Наталья знала хорошо. А если еще Полина Александровна была в ударе, так тем более. Они с Глебом выбрались, когда уже была половина одиннадцатого. Груженные пакетами и судочками с едой. И возражения не принимались.

- Берите. Куда мне столько одной? Поужинаете и на завтрак.

Если спросить Глеба, то он был не против. И поужинать, и на завтрак, и много чего еще. Доехали быстро, повезло, не было пробок. Потом с этими объемными пакетами ввалились в подъезд.

Дом-то не элитный, подъезд небольшой, а лифт и вовсе. Грузовой застрял где-то на верхнем этаже, оттуда доносился металлический лязг. Подъехал малый. Они втиснулись в него и вместе с ними сосед с собакой. Бедный пес весь извелся и исскулился, принюхиваясь к пакетам с едой. Было очень комично, как сосед смущался и шикал на него. Наталья еле удержалась, чтобы не рассмеяться, настроение было хорошее.

Они только вошли в дом, не успели толком распаковаться.

Звонок в дверь.

- Кто? – тут же напрягся Глеб.

На дворе-то уже ночь.

- Не знаю, - качнула Ната головой. – Наверное, Денис, он звонил мне дважды сегодня. Может, что-то срочное. Я открою.

- Подожди, я сам! - Глеб двинулся вперед.

Но дверь Наталья все-таки открыла сама.

На пороге стоял Захар Проничев.

Запахло грозой. Взгляд у Захара был совершенно дикий, в позе читалось напряжение. Глеб выдвинулся вперед, желая закрыть собой Наталью, но тут Захар словно отмер, перевел на нее взгляд. Вошел и отрывисто бросил:

- Надо поговорить.

Наталья просто физически ощутила, что Глеб сейчас сорвется на него. И будет отвратительная сцена. Но что-то такое было в позе бывшего мужа, в его взгляде. Она не смогла это проигнорировать. Коснулась руки Глеба, безмолвно прося не вмешиваться.

И показала на коридор, ведущий в кухню:

- Проходи.

Захар не оборачиваясь прошел в кухню, Ната за ним следом.

А в кухне эти пакеты с едой так и стояли на столе, они ведь только что пришли. Естественно, взгляд сразу упал на них. Захар отвел взгляд и как-то неуклюже отвернул голову. Мгновенно повисло звенящее напряжение.

Ната прошла мимо него к столу, стала разбирать пакеты, стараясь не смотреть на бывшего мужа. А молчание, осязаемо тяжелое, казалось, давило на барабанные перепонки. Она продолжала механически расставлять на столе судочки, какую-то часть убрала в холодильник. И вдруг заметила его быстрый жадный взгляд, какой-то голодный.

- Захар, ты хочешь есть? – спросила.

Не сразу, но он кивнул.

- Тогда садись.

Захар сел за стол. Молча, как-то боком.

Все это было как-то нереально и дико. Как в плохом триллере. Она поставила перед ним тарелку с вилкой, стала открывать ланчбоксы, морально готовясь к тому, что эта непонятная пауза сейчас оборвется, и из Захара привычно попрут претензии. Потом замерла напротив, скрестив руки на груди. Захар взял вилку, потянулся было как в замедленной съемке, но ничего не взял и застыл, глядя перед собой.

- Ты хотел поговорить, - напомнила Ната.

Он кивнул, продолжая смотреть в пространство, потом отложил вилку и вскинул взгляд на нее:

- Как ты?

Как-то не укладывалось в голове это все. Она уже хотела сказать, что у нее все хорошо, и тут он едва слышно спросил:

- Ты… помнишь, как мы жили?

Неожиданно. И ей не надо было уточнять, она прекрасно поняла, что он сейчас имеет в виду. Прошлое. Золотые воспоминания о том времени, когда они были молоды и безумно счастливы. Эти воспоминания ничто не сотрет.

- Конечно помню, - кивнула Ната.

Он шумно выдохнул и закрыл глаза. Грудь резко дернулась, как от боли. Несколько мгновений молчал, потом с силой провел ладонью по волосам.

- Я сейчас уйду. Скоро… еще немного, - проговорил, не открывая глаз.

Потом опустил кулак на стол.

Что-то было не так. Совершенно точно НЕ так, Наталья это чувствовала. И пусть они теперь чужие друг другу, двадцать восемь лет брака не выкинешь на помойку. Можно было послать его к молодой жене, но она же видела, что ему плохо.

Лежачего не бьют. Она не могла не спросить:

- Захар, у тебя проблемы?

Мужчина открыл глаза и взглянул на нее.

***

Захар всегда знал, что Наталья сильнее его. Не хотел признавать это, затирал, давил морально. А сейчас вдруг смирился.

И да, он рассказал ей все как есть. И что, видимо, уйдет из фирмы. Хотя Захар не представлял себя без этой работы. Он отдал фирме столько лет, это было его детище.

Наталья молча слушала и хмурилась, наконец сказала:

- Подожди, Захар. Это все создано твоим трудом, ты честно заработал это. Я считаю, что ты никуда не должен уходить, без тебя фирма загнется. А с родителями разберись, давно пора уже решить вопрос собственности. Но лучше после того, как разведешься.