После развода. Другая дверь (СИ) - Кариди Екатерина - Страница 38

Но она даже не стала его слушать.

Вскинула ладонь, приказывая ему молчать, и повернулась к этому Лядову.

- Кто там, Прохор?

- Доставка из художественного салона, - проговорил тот. – Привезли твой заказ.

Наталья сразу оживилась:

- А, хорошо!

И пошла к двери, начисто забыв, что они только что говорили о главном. Захар был потрясен. И вынужден теперь наблюдать, как симпатичный молодой парень с авангардной прической заносит в мастерскую упаковки. Холсты, краски, кисти, еще какая-то хрень. А Наталья перебирает это все, договаривается еще о чем-то…

Так вот, на что идут его деньги?

Захар шумно выдохнул и отвернулся.

Подавляя дикую досаду и раздражение, обвел наконец взглядом пространство. Картины, много картин, вся эта обстановка. И тут он случайно зацепился взглядом за один из холстов, аккуратно прислоненый к мольберту Натальи, и невольно застыл.

На картине была открытая картонная коробка с бутылкой дорогого пойла и деликатесами. Что это, ошибиться было невозможно, он узнал все, даже логотип, видневшийся на упаковочной ленте.

Из коробки свешивался червяк.

Изображено было очень реалистично, ярко и с хорошо читаемым настроением.

Мужчину внезапно накрыло.

Он гулко сглотнул, потом еще и еще, а после стремительно пошел к выходу. На воздух. И там стоял, прислонившись к капоту, медленно дышал, а тошнота все подкатывала. А перед глазами стояла надпись на клочке бумаги, приклеенная к картине скотчем: «Подарок».

Пля… Не было слов. Не было мыслей. Что-то глубинное поднималось из души, и он не мог никак это себе объяснить. Захар просто уехал.

***

Уже потом, когда парень, доставивший заказ, тоже ушел, Прохор осторожно спросил:

- Слушай, Наталья, а кто это был?

- Кто? – она вскинула брови, конфиденциальность, однако.

- Ну, этот, горячий Отелло, что сейчас приходил? Я бы сказал, он к тебе неровно дышит.

Неровно дышит? О да, еще как неровно. Хотелось сказать: «Знал бы ты». Что это ее бывший муж, которого она любила, кому родила детей и с кем черт-те, сколько лет прожила вместе. И который, в итоге завел себе новую жену, молодую, красивую и статусную. А ее вышвырнул из своей жизни, как…

Старая тряпка – наиболее подходящее сравнение. Потому что об старую тряпку вполне логично ноги вытереть.

Но ничего этого она бы не собиралась говорить. Даже если бы не было того соглашения.

- Брось, Проша, - сказала Ната ровно. – Это один товарищ из прошлой жизни. Мы с ним просто не сошлись во мнениях по некоторым вопросам. Только и всего.

А тот внезапно успокоился.

- Ммм, хорошо, а то я уж думал набить ему морду, если добром не уберется.

И тут же потер руки и выдал:

– Так, все! Не отвлекаемся по пустякам, надо к выставке готовиться. Работаем, Астахова, работаем.

Она закрыла лицо ладонью, смех и грех. Но Проша был прав.

Работали весь световой день, а вечером приехал Глеб. Привез два пакета еды, всяких разносолов, конфет, кофе. И ей букетик цветов.

***

Потом Глеб забирал ее домой.

И вот тогда.

- Хочешь, я решу все это? – сказал он, когда отъехали немного.

Смотрел при этом строго перед собой. Внешне само спокойствие, но она уже знала, на что этот человек способен. Только хотела заикнуться, что он и так делает для нее очень много, и тут Глеб резко перевел на нее взгляд.

- Он оставит тебя в покое. Раз и навсегда. Обещаю.

От неожиданности она покраснела как девчонка. Прикрыла рот ладонью, отвела взгляд и стала поправлять юбку. Потом проговорила, пряча невольную улыбку:

- Спасибо. Но больше он не появится.

Мужчина шумно выдохнул, руки сжались на руле.

- Хорошо.

Некоторое время царило молчание, потом Наталья спросила:

- Как у тебя дела с тендером?

Глеб кивнул, глядя на дорогу:

- Двигаются.

***

Хотел бы он сказать, что ее бывшего козла уроет, но это было его мужское дело. Ей о том знать не нужно.

Ей он рассказал другое. Просто потому что знал – для нее важно.

- Совсем ничего не дать городу не удастся, поэтому часть все-таки пойдет под развлекательный комплекс. Но основной проект – реабилитационный центр широкого профиля. Со своей спортивной, медицинской базой, - взглянул на нее искоса и добавил: - И еще объекты федеральной значимости.

Слушала внимательно. Немного усталая и осунувшаяся, но в темных, почти черных глазах искры интереса. Как звезды. А губы незаметно, но подрагивают в улыбке.

- Ты так говоришь, - сказала наконец. – Как будто этот лот уже у тебя в кармане.

«Знала бы ты», - подумал он, глядя на нее, и усмехнулся с чисто мужским довольством.

Потом добавил уже серьезно:

- По поводу твоего архива.

- Что? – Наталья развернулась к нему всем корпусом.

- Два вопроса точно пойдут в разработку. По остальным пока решается, может быть, позже.

Она тихонько выдохнула и застыла, глядя на него с восхищением.

Еле сдержался. Нельзя так на мужика смотреть, он же не железный. Прокашлялся и отвел взгляд, облизнулся по-волчьи.

Тем временем они уже добрались до ее дома. Получилось как-то незаметно и внезапно.

Глеб оглянулся на окна. Напроситься бы сейчас в гости и остаться на ночь. Но с ней нельзя напролом. И был еще один момент, надо бы сказать раньше, но он все оттягивал момент.

- Мне нужно уехать ненадолго, - сказал серьезно. - Но. Если какие-то возникнут проблемы, сразу звони мне. Поняла?

Дождался, пока она поднялась к себе и включила свет, и только потом уехал.

***

В окно было видно, как выезжает со двора его монстр на колесах. Про кого-то другого, вздумай тот ездить на такой тачке, точно сказала бы – у него комплексы. Но для Глеба это было естественно, как вторая кожа, часть его я.

Начинать новые отношения, когда тебе под пятьдесят, да еще с опытом недавнего развода? Ну глупость же. Ната не знала, что думать по этому поводу и что чувствовать, а здоровый цинизм крутил пальцем у виска. Но что-то такое, чему она пока не знала названия, между ними точно начиналось.

В конце концов, она сказала себе, совсем как та знаменитая героиня: «Я подумаю об этом завтра», и пошла ставить чайник.

И вдруг звонок. Да что ж такое… Наверное, теперь всю оставшуюся жизнь телефонные звонки будут вызывать у нее настороженность.

Она глянула на гаджет, высвечивался контакт сына. Давненько, однако, дети о ней не вспоминали. И в свете последних событий даже не знаешь, чего ждать. Но вызов приняла.

- Да, слушаю тебя.

- Привет, мать, - голос у Дениса был преувеличенно бодрый и слегка неуверенный. – Ты дома? Говорить можешь?

- Я? – она искренне удивилась. – Дома, да.

- Я сейчас подъеду, ладно?

Время не позднее, начало десятого.

- Хорошо, - сказала Наталья. – Конечно, подъезжай.

И стала ждать. 

глава 19

Наталья соврала бы себе, если бы сказала, что совершенно не думала, зачем вдруг сыну понадобилась. Ведь он не появлялся у нее с самого дня отцовской свадьбы.

Разное успела передумать. И чтобы не погружаться в это все, полезла в холодильник, проверить, что там есть из съестного. И заварила чай. Хороший, крепкий, как ей всегда нравилось.

Денис приехал через полчаса, может, чуть больше.

Предварительно позвонил:

- Я здесь. Поднимаюсь.

- Заходи, - ответила она и пошла открывать.

Нет, ей не показалось, что Денис выглядит преувеличенно бодро, но при этом как будто немного не в себе. По тому, как он здоровался, как заходил в дом, это все-таки было заметно.

И да, Ната невольно отметила про себя, что ее взрослый сын (тридцать лет почти) очень похож на отца и немного на свекра. В Проничевскую породу пошел. Рослый, видный, густая копна темных волос, блестящие темные глаза, насмешливые тонкие губы.

Которые сейчас кривились в неуверенной усмешке.

- Ты кушать хочешь? – спросила она. Идеальная тема, когда не знаешь, как начать разговор.