После развода. Другая дверь (СИ) - Кариди Екатерина - Страница 26

***

Потом все улеглось. Это даже хорошо, что Захар женится. Пусть все будут счастливы.

А ей нужно сейчас выдохнуть все это, принять душ и лечь спать.

И завтра к девяти попасть к Миньковскому в офис.

Накануне она все-таки поздно легла. И нет, не думала, что завтра у ее бывшего мужа свадьба. Нет, конечно, она об этом думала. Но теперь могла с чистой совестью сказать: «Пост сдан».

С утра встала пораньше, вымыла и высушила волосы, оделась просто. Прямые светлые брюки, светлая просторная рубашка свободного кроя и светлые же, песочного цвета туфли на устойчивом широком каблуке. К этому тонкую золотую цепочку. Подумала и еще добавила часы с белым циферблатом. Легкий парфюм, едва уловимый, только для себя.

Все.

Потом вызвала такси и вышла.

Время пробочное, час пик, но она выехала загодя и потому была на месте вовремя, даже раньше на несколько минут. Подходя к зданию, позвонила. На всякий случай, вдруг у мэтра изменились планы. Однако Миньковский ответил:

- Да.

- Я на месте, Илья Анастасович, - сказала она.

- Хорошо, - медленно и паузой проговорил он. – Подойдите, вас пропустят. Второй этаж.

Фактически это был особняк в центре города, три этажа, хорошо отреставрированный модерн. Вероятно, аренда тут стоила астрономических денег. У Натальи было время оглядеться, пока она поднималась по парадной лестнице. На втором этаже был холл.

Миньковский ждал ее в холле, стоило ей подняться, сразу сказал:

- Следуйте за мной.

И прошел в кабинет. Кабинет был просто огромный и, как она поняла, занимал почти весь этаж. Наталья немного задержалась у входа осматриваясь. Обстановка вполне соответствовала, дорого, винтажно.

- Проходите, - показал жестом и направился к столу.

Сел и указал ей на кресло.

- Сядьте.

Если честно, Наталья до сих пор не поняла, для чего он ее вызвал сюда. Догадывалась, что это будет как-то связано с ее пребыванием в мастерской. Возможно, предложит договор, на каких условиях он готов заниматься с ней. И речь пойдет об оплате.

Наталья села в кресло и приготовилась слушать. А мужчина закурил, выдохнул дым в сторону, скрестил руки над столом и, бросив на нее быстрый взгляд, произнес:

- Это мой особняк.

Она шевельнула бровями, неплохо, однако, мэтр зарабатывает. Хотя, возможно, дом достался ему по наследству или был подарен. Но, в любом случае, чтобы содержать такой дом в порядке, тоже средства нужны немалые. Впрочем, это ее никак не касалось. Илья Миньковский все это время наблюдал за ней искоса, потом резко спросил в лоб:

- Нравится?

- У вас красиво, - проговорила она ровно.

Илья Миньковский кивнул подтверждая. Выглядело все это достаточно странно, если он вызвал ее сюда, чтобы поговорить об оплате уроков, то эта демонстрация становилась еще менее понятна. А он снова зятянулся дымом и отложил сигарету в сторону.

- Вы, наверное, догадываетесь, зачем я пригласил вас?

- Извините, но нет.

- У меня к вам предложение, Наталья.

А, ну вот, наконец-то.

- Вы меня устраиваете. – Миньковский говорил, почти не разжимая зубов, губы странно кривились, и смотрел при этом куда-то в сторону. И опять быстрый взгляд.

Она незаметно прокашлялась и провела рукой по горлу.

На секунду мужчина впился взглядом, отслеживая этот ее жест, а после сказал:

- Я хочу предложить вам условия. Очень выгодные условия.

Даже так? У нее давно что-то такое дрожало на грани сознания. Сейчас стало оформляться.

- Вы останетесь со мной. Меня ваша работа устраивает, немного подгоните, чтобы набить руку и полностью освоить стиль. Будете вести практически с нуля и заканчивать. Со временем, возможно, больше. Но, как вы понимаете, все работы будут под моим именем.

Крутившееся в мозгу подозрение оформилось окончательно. Он предлагает ей работать у него художественным негром.

Наталья вежливо улыбнулась и встала.

- Благодарю, Илья Анастасович. Ваше предложение, правда, очень лестно для меня. Но я буду работать сама.

Хотела повернуться и выйти, но мужчина уже поднялся с места и быстро перехватил ее руку выше локтя. На мгновение они застыли, глядя друг на друга. Он высокий, крупный, холеный, а взгляд давящий. Наконец проговорил, немного кривя губы:

- Думаешь, что я тебе предлагаю? – и подался ближе, подтягивая ее за руку. – Там совсем другие деньги, Наталья. Ты получишь тридцать процентов с каждой картины. Тридцать. С каждой! Если останешься со мной.

Слишком много заинтересованности. Казалось, он пытается подавить ее взглядом, заставить подчиняться. Это «останешься со мной» звучало так, словно он другой смысл туда вкладывал. Но красноречивее всего был жест, которым он удерживал ее руку.

Только это ее не интересовало. Ната мягко высвободилась и сказала:

- Благодарю, но я не стеснена в средствах.

И все-таки вышла.

***

Уже на улице стояла и хмурилась. Что за день такой? Бывший муж женится, а ей только что предложили стать «рабыней» барина. До сих пор в себя не могла прийти.

‍Подумать только, какой насыщенной стала ее жизнь.

Хотела уже вызвать такси, но тут зазвонил ее телефон.

Скоро у нее начнется нервный тик на все телефонные звонки. Ната глянула на экран, там высвечивался контакт Прохора Лядова.

- Да, - ответила, невольно выдохнув от облегчения.

А Прохор осторожно так спросил:

- Ну что, Натка?

- В смысле? – она даже не поняла.

- Ну… - возникла пауза, слышно было, как тот сглотнул. - Переходишь к барину?

- Чего?

Опять пауза, потом Прохор спросил:

- Разве он тебе не предложил?

- Ах, это? Да, предложил.

Предложил. Батрачить на него на постоянной основе. Причем еще неизвестно, какие хотелки могут возникнуть у барина. Судя по тому, как он пытался продавить ее, господину Миньковскому нравится играть в господина.

Дать почувствовать свою исключительность (он же не при всех, а наедине, в офис вызвал). И там жестко обозначенные рамки. А гайки будут постоянно закручиваться, и тогда попробуй взбрыкнуть, пойдет в ход обесценивание и моральное давление. Конечно, он же ее с улицы взял, облагодетельствовал.

Наталья мрачно усмехнулась про себя. Скуповат барин, тридцать процентов. Проша сразу дал пятьдесят, хотя у них речи о деньгах вообще не было.

- Но мне это не подходит, - сказала она просто. - Я лучше с тобой останусь.

- Натка… - Прохор как будто задохнулся, а после заговорил с каким-то застарелым надрывом. – Меня барин тоже когда-то сватал, звал к себе в негры. А я отказался. Оно ж как, лучше самолетик маленький, но свой, - и невесело так засмеялся. Правда, попил мне потом крови Илья. Но я ничего, выгребся. И ты не бойся, Астахова, но пасаран.

И уже другим тоном по-деловому начал:

- Так ты, стало быть, ко мне с концами? Отлично!

- Да, Проша. Все в силе. И еще вот что. Все расходы по выставкам давай пополам, и я помогу тебе с продажами.

- Да?.. Хах! Ну, Астахова... Ну, Астахова! Я ж тебе тогда смогу полную стоимость… - и тут же завозился. - Выходишь когда? Работать надо начинать!

Ей вдруг стало смешно.

- Хорошо, - сказала она улыбнувшись. – Как смогу, сразу же выйду.

Попрощалась и прервала вызов.

Время - еще утро, около десяти, она поехала на работу. Отсидела полдня, оттуда заехала к Прохору. А тот прямо с порога, теребя нос и подкашливая, сообщил:

- Я тут решил ввязаться в «революцию».

- Куда? – она удивленно брови вскинула.

- Через пять недель будет крупная выставка на выезде. В Питере. Дорого встанет, я бы один сейчас не потянул. Но на таких выставках бывают со всего мира галеристы. Что скажешь, Астахова? Будем участвовать?

И застыл, глядя в глаза.

Конечно, было немного страшно, новый уровень. Она всего-то раз участвовала, и первый маленький успех еще не значит, что на нее внезапно обрушится мировая слава. Да оно и не нужно. Но участвовать хотелось.

- Да, - кивнула она. – Да.