Мир жизни и смерти 8 (СИ) - Пуничев Павел - Страница 18

За то недолгое время, что мне было предоставлено, я слегка остыл, поэтому не стал сразу посылать доходягу на хрен, а дружелюбно улыбнувшись, вполне вежливо поприветствовал его:

— Утро доброе, ваша светлость, в прошлый раз, когда мы встречались на турнире по драконьему покеру, у меня не было шанса представиться, так как судьба не свела нас за одним столом. Вы тогда, помнится, играли с Лапочкой, главой Стальных Амазонок.

— Да, — слегка удивленное выражение лица герцога сменилось на мечтательное, — я тогда ей проиграл, но это того стоило, очень впечатляющая дама.

— Если таково будет ваше желание, — на всякий пожарный, решил я подольститься к местной шишке, — как-нибудь, мы с ней могли бы навестить вас еще.

— Правда? Это было бы великолепно… впрочем, вы сами можете не утруждаться, а вот с ней я бы с удовольствием встретился разок-другой. Но это позже, а сейчас что вы можете рассказать об учинённом вами в Архоне?

— Учинённом? Мной? Я не понимаю, о чем вы говорите. Я прибыл в этот, как мне казалось, райский городок, чтобы выпить пару коктейлей и поваляться на теплом песочке со своей юной женой, но практически сразу на меня напали его подчинённые, — я ткнул обвиняющим перстом в сторону Красного Дракона, — после чего мне пришлось защищаться. А когда я разобрался с одной группой, вместо того чтобы принести мне извинения и замять этот инцидент, на меня объявили охоту, и теперь меня же хотят сделать в этом виновным. Я не знаю законов этих земель, но если защита своей жизни считается здесь преступлением, то тогда я виновен.

— Вас обвиняют не в самозащите, — не повелся на мои патетические высказывания, герцог, — а в провоцировании конфликта, в предумышленном нападении на город и разрушении большей части его заведений и торговых центров.

— Это абсолютная ложь, — выставил я перед собой ладони будто отгораживаясь от столь чудовищной лжи, — я к этому не имею никакого отношения.

От последних моих слов Красный Дракон буквально запрыгал на месте, тыча в меня своим кривым пальцем, и герцог, пожалев его, присоединил к нашей беседе.

— Ложь! Наглая ложь! — Донеслись до нас его вопли, — это все было заранее подстроено: и ловушки, и работающие на него игроки, уничтожившие мой город!

— Мне этот идиотизм надоел, — покачал я головой, есть тут у вас какой-нибудь детектор лжи? Проверьте нас и поймёте, что я говорил правду, а этот недоумок придумывает всякую чушь.

— Ты хочешь воспользоваться решением Судии, — удивился герцог, — ты же знаешь, что, если он почувствует ложь, ты лишишься очень многого, практически всего в этом мире.

— Давайте вашего судью, — легкомысленно махнул я рукой, — только пусть он этого хмыря, — я указал на Красного Дракона тоже проверит, посмотрим, кто из нас говорит правду.

— Хорошая идея, — качнул головой герцог, — но ты можешь отказаться, он обратился к моему сопернику, тогда я сам разрешу этот спор и мой вердикт будет гораздо легче чем у Судии.

Красный Дракон слегка побледнел, но твёрдости голоса не утратил:

— Он лжёт, проверьте нас и узнаете правду.

Глава 8

Слова были произнесены, и я уж совсем было собрался прилечь, дожидаясь неведомого судью, но долго ждать его не пришлось.

Зал озарился мягким солнечным светом, и прямо сквозь потолок к нам начала спускаться некая сущность: босые ступни, длинная тога, широко раскинутые крылья, и лицо, спрятанное в тени капюшона. Он повернул его сначала на Красного Дракона, потом ко мне, вызвав у меня в душе реальную жуть и заставив шерсть на хребте встать дыбом.

Прошла непомерно длинная минута, субъективно длящаяся для меня час.

— Внемлю.

В полный тишине зала прозвучало единственное слово, произнесённое безликим существом, и снова наступила безмолвная тишина. Не знаю, как остальные, но я застыл перед ним, как кролик перед удавом, хорошо, что герцог взял дело в свои руки и приказал, обращаясь к Красному Дракону:

— Можешь начать с ответов на вопросы, которые я задал, и очень рекомендую говорить правду.

— Кхем, — откашлялся тот, но начал довольно бодро, — не могу сказать точно, насчёт налогов, этим занимается мэр и его подручные, могу только предположить, что в последнее время большая часть прибыли уходила на развитие и модернизацию города, что в будущем должно окупиться сторицей. Насчёт обязанности городской стражи… Они слишком дороги для города, мои люди выполняли их работу лучше и дешевле. Тоже я могу сказать насчёт блокировки города — это обязанность мэра, вы правы, но когда случился этот инцидент, его не оказалось на месте, как и большинства его подручных, и я как владелец большей части городской недвижимости взял на себя эту обязанность, чтобы защитить её. Куда исчез сам мэр я не знаю, ещё вчера он был в городе.

— Принято, — безразлично оповестил герцог, а теперь сформулируйте, в чём вы обвиняете главу клана Защитники Пустошей?

— Я обвиняю его в широкомасштабной подготовке нападения на город и в провоцировании моих людей, чтобы переложить свою вину на них.

Безликое существо медленно повернулось в мою сторону.

— Внемлю.

Я только пожал плечами:

— Мне нечего сказать нового: об этом городе я узнал за несколько минут до прибытия туда, сидел отдыхал, дегустировал коктейли, когда на меня напали его подручные, после чего защищая свою жизнь и имущество, мне пришлось их всех убить. Ну не всех, — поправился я, — этого не успел, герцог его спас, на этом всё, по существу, мне добавить больше нечего.

Ещё пару секунд тишины и ещё одно слово оброненное мертвенным, обезличенным голосом:

— Воспринял.

Безликий судья опять повернул капюшон к Красному Дракону.

— Вердикт. Большая часть твоих слов ложна, хоть ты и хочешь думать, что они правдивы. Доведя разбирательство до моего пришествия, ты усугубил свою судьбу. Ваш клан лишается всех трёх замков, а сам клан распускается, без права вступать в новые объединения в течение месяца. Замки будут проданы. Половина вырученных средств пойдет на компенсацию пострадавшим от вашего произвола, вторая половина на восстановление города, а также все предприятия и торговые заведения, полученные кланом незаконным путём, вернуться к их прежним владельцам. Эту обязанность я возлагаю на Герцога. Сам глава клана в наказание за ложь лишается пятидесяти уровней и подвергается единоразовой смерти.

Судя по распахнутому рту Красного Дракона, он что-то вопил, но безликий сделал так, чтобы мы ничего не услышали. Он лишь слегка повёл крыльями и клетка, в которой сидел глава бывшего клана Демонов, резко сжалась, превращая того в компактный кубик из кровавой каши, переломанных доспехов и костей.

Затем капюшон Судии также медленно повернулся в мою сторону.

Сказать, что я испугался, это не сказать ничего, а в голове билось только одна мысль: 'Я просто хотел полчасика передохнуть, выпить пару коктейлей, поболтать с другом, как я вновь умудрился вляпаться в такую большую кучу гуано? Будто нашему клану вчера мало досталось, у нас и так замок разрушили, а большинство подопечных в подгузниках бегает, и если теперь их ещё и клана лишат… "

— Вердикт.

Прогремело в моих ушах и сердце моё застыло, забыв, что хоть изредка, но надо биться.

— Большинство твоих слов правдивы, хоть ты и подозреваешь, что это не так. Ты не договариваешь всего, но в нападении на город твоей вины нет. За неполное следование истине, ты лишаешься компенсации за полученный ущерб от нападения клана Красных Демонов. Свободен. Это мое слово.

Вымолвив это, Судия начал возноситься к потолку, исчезнув в нём также, как до этого и появился, а я всё стоял как будто пыльным мешком огретый.

Уф-ф… и это всё? Твою мать, легко отделался…

Внимание! У вас есть возможность перенестись в любое место по вашему выбору. Это должно быть место, которое вы хотя бы один раз уже посещали, и которое отмечено на ваших картах. Время на выбор места переноса 10… 9…

Сначала я подумал о внутреннем дворце Императорского замка, туда мне другим способом никак не попасть, а очень хотелось взглянуть, как там прижилось Древо Жизни на месте капища старых богов, потом подумал о Пещерах Познания в Древнем лесу, и огромном запасе двемерского металлолома, что там остался. Туда без огромной удачи нам тоже уже не попасть, разве что только когда возьмём уровень пятисотый, шестисотый. Потом увидел тающие цифры отсчёта и понял, что несмотря на ещё достаточно раннее утро, сил ещё на одно приключение у меня уже нет, и принял другое решение, правда представив себе не место, а вполне себе определённого человека и это сработало.