В тумане лжи (СИ) - Гришаева Маргарита Александровна - Страница 80

Фрост поморщившись, вновь промолчал, раздраженно признавая его правоту. Кое-кто уже нервно смеялся, что им отказываются продавать алкоголь, не веря возрасту в документах. Еще лет пять и смеяться они уже не будут. Как среагируют ученики на новость о вечной молодости некоторых, представить сложно. Фрост не спрашивал, что планировал директор по этому поводу. Лишь надеялся, что успеет вырастить сестру и объяснить ей все прежде, чем интернат развалится, и вам придется искать другое место. Но пока этот карточный домик еще держится, он останется на их стороне.

— Кей, это только первая ласточка, — правильно понял Рэн молчание парня. — Правда все равно бы всплыла. И свалить вину на мое воздействие уже не получится. Честно говоря, не думаю, что Кей бы к вам вернулась, даже не встреть она нас. Твоя ложь обошлась ей слишком дорого. И признай уже — ты переживаешь не из-за интерната или что она узнала кто такая. Ты наконец-то понял, что потерял ее, как женщину. Уж прости, давать тебе возможность вернуть ее, я не планирую. Согласись, на моем месте ты поступил бы так же.

Джеймс почувствовал, как по венам разбежался лед силы. От кулаков начал подниматься морозный пар, пока парень унять всплеск ненависти и злости. Чертов ублюдок прав во всем. Он врал Кей, осознавая возможные последствия. И все равно надеялся, что прошедшие десять лет будут значить для нее больше, чем смазливая рожа какой-то нечисти из захолустья.

— Осторожнее, — хищно оскалился Рэн, — если ты испортишь здесь что-нибудь, добрый доктор может отказаться пустить нас к твоему другу. Мы же этого не хотим?

Сцепив зубы, Фрост загнал ледяную ярость поглубже в себя. Отвернулся к стеллажу с медицинской литературой, лишь бы не видеть мерзкую рожу темного, напоминающую о собственном провале.

Дарэн криво усмехнувшись, вновь устроился удобнее в кресле, теперь уже уверенный, что на разговоры ледяного нескоро потянет. И комната погрузилась в напряженную тишину.

Тягостное молчание прервал звонок стационарного телефона на столе.

— Да? — отозвался Дарэн, подняв трубку.

— Ждете? — донесся усталый знакомый голос. — Считай, дождались. Дуйте в третью прозекторскую.

— Идем.

В лаборатории было холодно и темно, не считая яркой хирургической лампы над металлическим столом. Там в ослепляющем свете покоилось обнаженное тело с уже собранной и подшитой грудиной, но все еще представляющее не лучшее зрелище.

— Надеюсь, твой стажер не страдает расстройством желудка, — заметил низенький лысеющий мужчина, моющий руки в небольшой раковине. — Предупреждаю: испачкает пол — мыть будет сам.

Дарэн бросил оценивающий взгляд на бледного до зеленцы Фроста.

— Он справится, — заверил медика, уверенно подходя к столу с изуродованным телом.

Джеймс подступал медленнее, не сводя застывшего взора с покалеченного, но все же знакомого лица. Сомнений не осталось, здесь лежал именно их друг, веселый парень, выдумщик и фантазер, отзывающийся на имя известного фокусника.

— Интересное дельце вырисовывается, — заметил врач, подходя к столу с другой стороны. — Твой любимый профиль, Ицли.

— Серьезно? — удивленно вскинул бровь Дарэн.

— Точно, — кивнули ему, — ты у нас по психопатам, а здесь явно поработал такой.

Рэн помрачнел.

— Давай удиви меня.

— Умер парень два дня назад. Орудие убийства определить не удалось — грубая рваная рана в сердце, словно когтями, но не представляю себе зверя, способного сотворить подобное. Судя по синякам на запястьях, — направил он свет на нужные места, — его долгое время держали связанным. После смерти ему вскрыли череп профессиональной пилой. Но работал не медик — линия надпила слишком кривая, — свет передвинулся к голове, освещая четкую красную полосу по лбу, уходящую в волосы. — После чего мальчишке удалили мозг — доктор Лектор прямо, — с воодушевлением рассказывал эксперт, даже не замечая, что температура в комнате заметно упала. — Уже этого бы хватило, чтобы вписаться в классический профиль психопата. Но на этом наш приятель не остановился. После всего тело парня было обглодано животным. И здесь начинаются очередные странности, — хитро усмехнулся мужчина, вновь перенаправляя луч света. — Встречались мне покусанные крысами, съеденные кошками, собаками и даже надгрызенные хорьками. Но такой укус я вижу впервые.

Круг света выхватывал крупную рваную рану на предплечье парня.

— Видите? — ткнул он пальцем в края. — Ну, смотрите же?

Фрост, не выдержав, отпрянул. Отвернувшись, отошел к стене подальше.

— Слабенькие пошли стажеры, — неодобрительно покачал головой медик. — Ты-то видишь?

— Только что кусок вырвали с мясом, — спокойно продолжил осмотр Рэн. — Но не понимаю, что именно тебя так восхитило.

— Что с вас взять, — отмахнулся разочарованно мужчина. — Объясняю на пальцах: судя по характеру ранения, укус был произведен челюстью, полностью состоящей из одних клыков. Не знаю, как тебе, а мне таковые в природе не встречались. При этом в ранах удалось обнаружить несколько шерстинок. Царапины на теле тоже нанесены когтями. Если бы я верил в оборотней, то уже советовал бы тебе обзавестись серебряными пулями. Но так как я в них не верю, предполагаю, что кто-то крайне постарался, инсценируя причастность животного.

Дарэн стиснул зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не выругаться. Он-то в оборотней верил — жил с одним из них. И потому мог с уверенностью заявлять, что к нему эти укусы не имели никакого отношения. Ему, правда, тоже не встречалась челюсть, полностью состоящая из клыков. Но он о такой слышал. И с учетом всех остальных сведений, предположения возникали безрадостные и ничего хорошего им не сулили.

— Анализы извлеченных из ран частиц делал? — хмуро спросил Рэн, склоняясь к телу, почти вплотную разглядывая рваный укус.

Джастин давно привык, что Ицли отличался завидным равнодушием к вскрытым телам и полным отсутствием какой-либо брезгливости. Но сейчас даже ему казалось странным, что тот чуть ли не носом уткнулся в тело и как будто… принюхивался. Чего не привидится под конец дежурства.

— А ты не обалдел ли, Ицли? — встряхнув головой, недовольно заметил эксперт. — Я тебе столько интересного рассказал, а ты хочешь, чтобы я за жалкие несколько часов тебе еще и полный анализ сделал? Обойдешься. Завтра жди, студентов запрягу разобраться. Тебе же парнишку отдадут, да? Ты же у нас по маньякам главный.

— Скорее всего, — согласился Дарэн, отходя от стола. — Личные вещи были?

— Трусы, да джинсы с рубашкой, вот и все, — махнул медик в сторону другого стола, на котором лежал пакет с вещдоками. — Грязные, как из помойки, так что явно в них его и держали. А личность по пальчикам определили. Мальчишку в детстве за какую-то мелкую кражу в магазине брали.

— Ясно, — задумчиво отозвался Рэн, — спасибо за познавательный рассказ.

Погруженный в свои мысли, он направился к выходу, по пути ухватив за плечо бледного Джеймса, бездумно сверлящего взглядом ярко освещенный стол.

Почти у самой двери детектив вдруг остановился.

— Забыл уточнить, где его нашли?

— Слушай, откуда ты вообще тогда про него узнал? — бросил на него удивленный взгляд врач. — Я думал — сводки выдали.

— Слухами земля полнится, — ушел от ответа Рэн, хмурясь, — Ну так где? Лень звонить, ты же и так знаешь.

— В порту, у складов, — сдался медик. — Все, как ты любишь — никаких камер, никто ничего не видел и не слышал.

— Все, как люблю, — безразлично подтвердил Дарэн. — Ладно, спасибо за помощь и рассказ.

— Сочтемся, — усмехнулся Джастин. — Всегда приятно пообщаться с ценителем прекрасного.

Махнув рукой, Рэн покинул кабинет, забрав с собой почти отключившегося Фроста.

А вот выйдя из зоны слышимости врача, мужчина больше не сдерживался и выругался от души.

— Что? — тут же пришел в себя блондин. — Ты что-то понял?

— Поздравляю, — мрачно выдал Рэн, — мы с вами в полной заднице.

— Спасибо, капитан очевидность, — раздраженно ответил Джеймс, — без тебя этого не знали.