Райская лагуна (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 58

Здесь я был свободен. И я хотел бы никогда, никогда больше не просыпаться.

К тому времени, когда ванна вокруг нас остыла и нам, наконец, пришлось отказаться от нашего маленького украденного кусочка утешения, грозовые тучи начали пропускать немного света. Не было никаких признаков того, что погода изменится, но над Коув уже вставало солнце, и я официально могла отказаться от любых попыток заснуть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я позаимствовала длинный белый халат из гардероба Татум и заплела свои свежевымытые волосы в свободную косу, чтобы темные пряди не попадали в глаза. Каждый раз, когда я смотрела на этот темный цвет, мне вспоминался Шон, и я ненавидела это, но я и не была уверена, что радужный окрас мне действительно идет. Так что сейчас я собиралась оставить их заплетенными сзади, чтобы мне не нужно было на них смотреть, и решила, что побеспокоюсь об этом в другой раз.

Спускаясь по лестнице в огромном доме, я подошла к двери балкона, выходившего на дорогу, и прикусила нижнюю губу в поисках хоть каких-нибудь признаков появления Джей-Джей или Рика. Они застряли в буре на всю ночь, и тот факт, что они до сих пор не появились, заставлял меня переживать за них. Телефон Рика разрядился, и, хотя мы могли поддерживать связь с Джей-Джеем, у него по-видимому тоже сел аккумулятор, так что уже некоторое время мы не могли до него дозвониться.

— Завтрак? — Спросил Чейз, заставив меня слегка подпрыгнуть, когда он появился позади меня, и я посмотрела на него через плечо.

Он позаимствовал одежду из шкафа наверху и был одет в дизайнерские джинсы и белую рубашку поло, которая не только выглядела смехотворно дорогой, но и придавала ему по-идиотски сексуальный вид. Даже несмотря на то, что стиль «преппи» был ему не к лицу. Его свежевымытые темные локоны были уложены в намеренно беспорядочную прическу на макушке, и я слегка улыбнулась, увидев, что он приложил столько усилий к своей внешности. Он всегда причесывался и заботился о том, что носил до того, как Шон замучил его, и было приятно видеть, как эта маленькая частичка его самого возвращается.

Даже если он снова надел эту чертову повязку на глаз. При первой же возможности я украшу ее — скорее всего, изображением ануса.

— Да, пожалуйста, — ответила я на его вопрос, переведя взгляд на его руки, где рукава рубашки-поло обтягивали их, а затем снова отвела взгляд.

Мое либидо и мои внутренние сомнения в себе воевали друг с другом этим утром, и я не знала, хочу ли я быть ближе к нему или отстраниться. Возможно, мне и удалось разобраться с кучей чуши, которую наговорил мне Шон, благодаря Чейзу прошлой ночью, но остаточные сомнения, в тех аргументах, которые он выдвигал относительно моей ценности для этих парней, полностью не исчезли.

Чейз кивнул, протянул руку и на долю секунды коснулся пальцами моей руки, прежде чем снова отстранился и продолжил спускаться по широкой лестнице. Я проглотила комок в горле, желая окликнуть его, поскольку чувствовала, что расстояние между нами увеличивается с каждым его шагом, но я не была уверена, что сказать и как это сделать.

Я люблю тебя. Я хочу тебя. Я в ужасе от того, что ты у меня есть и что меня тебе будет недостаточно.

Я не знала, почему мне было так легко признаться ему во многом в темноте ванной прошлой ночью, но мне вдруг показалось, что я задыхаюсь от собственного кислорода, пока искала нужные слова, чтобы сказать ему сейчас. Я понимала, что он давал мне уединение после того, что я ему сказала о Шоне, и как бы сильно часть меня ни хотела сказать ему, что последнее, чего я хотела, это уединения, другая часть меня все еще была просто напуганной маленькой девочкой, которая однажды уже потеряла этих мальчиков.

Я снова посмотрела на дорогу и резко вдохнула, заметив две темные тени, бегущие вдоль края стены, которая подходила к дому.

Они были не более чем силуэты под проливным дождем и в тусклом утреннем свете, но я узнала бы их где угодно.

— Чейз! — крикнула я, переходя на бег и сбегая вниз по лестнице. — Они здесь!

Чейз резко обернулся со своего места у кухонной двери, и его брови поднялись от облегчения.

— Правда? — спросил он, направляясь ко мне, когда я спрыгнула с нижней ступеньки и побежала к входной двери.

— Правда, — подтвердила я, добравшись до двери и отключив блокировку замков, а затем распахнула ее как раз в тот момент, когда двое промокших и измученных мужчин подошли к ней.

Их глаза расширились, когда они заметили меня, и нерешительная улыбка украсила мои губы за мгновение до того, как Джей-Джей бросился ко мне. Его тело столкнулось с моим так сильно, что я была сбита с ног и смогла удержаться в вертикальном положении только потому, что его руки крепко обхватили меня, когда я была прижата к его груди.

Он был леденяще холоден и промок насквозь, вода с его тела быстро впитывалась в тонкий халат, который был на мне, но мне было наплевать на это, потому что ощущение того, что его руки крепко сжимают меня, было одним из лучших ощущений во всем мире.

У меня вырвался смешок, когда я вдохнула аромат миндального масла, исходящий от его кожи, и я крепко обвила его руками в ответ, испытывая потребность прижаться к нему на мгновение, чтобы поверить, что это реально.

— Черт возьми, красотка, мы сходили из-за тебя с ума, — пробормотал он, зарываясь лицом в мои волосы, пока я не почувствовала тепло его дыхания на своей шее и прикосновение его холодных губ к моему уху.

Я хотела остаться вот так, запертой в безопасной клетке его объятий навсегда. Но когда он внезапно отстранился, и я была вынуждена посмотреть ему в глаза, я увидела, что эти объятия не избавили его от той боли, которая повисла между нами.

Я могла видеть, какую боль причинила ему, когда оставила то видео, чтобы они нашли его, и я могла сказать, что мои слова ранили его так же глубоко, как их потеря ранила меня.

— Мне так жаль, Джей, — прошептала я, зная, что этого недостаточно, и вздрогнула, когда он напряженно моргнул, и я практически почувствовала, как он пытается отгородиться от меня.

Джей-Джей отступил на полшага назад, но я поймала его руки, когда он попытался отстраниться от меня, мои пальцы впились в его холодную кожу, и я крепко держала и смотрела на него, желая, чтобы он увидел, что я понимала как сильно облажалась, как сильно я, черт возьми, любила его и как ужасно сожалею о той боли, которую причинила ему.

Рик ничего не говорил и не делал, оставаясь в дверях, как привидение, в то время как температура в комнате, казалось, резко упала, как будто я попала в снежную бурю.

— Я… — начал Джей-Джей, прежде чем покачать головой и взглянуть на Чейза, который неловко стоял сбоку от нас. Клянусь, я чувствовала запах секса в комнате со вчерашнего вечера, и тонкий белый халат, который я украла у Татум, ни черта не делал, чтобы скрыть тот факт, что я была обнажена под ним, особенно теперь, когда он был мокрым.

— Шон причинил тебе боль? — Спросил Джей-Джей вместо того, чтобы сказать то, что он собирался сказать, его руки задержались на моей талии, хотя я чувствовала напряжение в его позе, которое подразумевало, что он почти хотел отодвинуться.

Я не знала, что на это ответить. С одной стороны, я не хотела, чтобы это хрупкое состояние облегчения, было разрушено правдой, но с другой стороны, я была так сыта по горло всей ложью и полуправдой, которые всегда висели между мной и этими мужчинами. Я знала, что они заслуживают правды о том, каково мне было, когда я была привязана к этому животному, но все, чего я действительно хотела прямо сейчас, — это немного времени, чтобы насладиться облегчением от того, что они все здесь, в безопасности.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Я справилась с Шоном, — пообещала я ему вместо того, чтобы пытаться преуменьшить, каково это — быть запертой с этим монстром последние несколько недель.

— Этого мало, — прорычал Рик, привлекая мое внимание к себе, где он все еще стоял у входной двери, ни на дюйм не углубляясь в огромный дом. Он с грохотом захлопнул ее, и я вздрогнула, когда тусклый свет из-за нее исчез из комнаты.