"Фантастика 2025-29". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Нейтак Анатолий Михайлович - Страница 203

Добрый аббат Олеций сообщил мне, что намерен послать нескольких братьев оказать поддержку верующим и заодно навести справки. Не сомневаюсь: их миссия окажется очень печальной.

Прощайте, герцог. Надеюсь, вы забудете прежние вины вашего оруженосца и защитите его доброе имя и осиротевшую семью перед кардиналом Сильвестром и королем. Мне остается только заверить вас словом дворянина: Ричард Окделл всегда был честен с вами и верен Талигу до последнего вздоха.

Ваш покорный слуга,

Робер Эпинэ

Глава 6. Предательство. 2

2

Марсель Валме вернулся в палаццо Сирен только в седьмом часу утра. Пантеркам взбрело на ум обучить его тонкостям морского дела. Виконт был трехмачтовым галеасом – под роскошными атласными парусами, сплошь усыпанными бантиками.

Корабль от берега плывет по вольному простору вод![1]

— Я старше всех по званию! — объявила Латона, взгромоздясь на стол и стоя на нем как на шканцах. — Слушай мою команду! Грядет буря. Мы должны лечь в дрейф. Убрать брамсели!

София, весело хихикая, мгновенно сорвала с Марселя шейный платок и пышное кружевное жабо. Виконт проводил их жалостным взглядом.

— Фалы режь! — воинственно взвизгнула Ариадна, успевшая забраться на стол к Латоне. — Грот-марсель долой!

Исполнительная корнет Кратидес сноровисто содрала шнурки, соединявшие штаны любовника с баской, и живо стащила с него прелестный персиковый камзол с разрезными рукавами.

Какое все-таки варварство это морское дело!

— Дура! — бросила Ариадне толстушка Клелия и стукнула каблучком о пол за неимением боцманской дудки. — Кто же убирает грот-марсель в дрейфе? Только такие неумехи, как вы! Ох, и задала бы вам Зоя трепку!

— Я боевой офицер, а не шкипер! — презрительно огрызнулась Латона, обидевшись за подругу. — Мое дело солдаты и сражения, а своим кораблем Зоя пусть подавится!

— Посмотрели бы вы, виконт, какие у нее руки! Как у последней матросни, — нежным голоском наябедничала Ариадна, обняв Латону за плечи.

— Дамы, я видел ее лицо, мне оказалось достаточно, — категорически отказался от щедрого предложения виконт. — Я предпочитаю быть с вами…

— Грот на гитовы! — стуча каблучком, завопила Клелия: ей надоела праздная болтовня, и Марсель подавился комплиментом, который уже дрожал у него на языке. Галантный кавалер беспомощно забарахтался в горловине рубашки – София внезапно и резко дернула ее вверх.

Возбужденные пантерки вошли в раж.

— Убрать фок! — кричала Ариадна, обняв Латону. — Кренговать корабль!

София, окончательно развеселясь, повалила Марселя на ковер и принялась стаскивать с него щегольские штаны фасона «паонские чулки» – последнего писка моды в этом сезоне.

В пятом часу утра верный союзник Фельпа в лице виконта Валме выкинул белый флаг. Его отпустили, предварительно обложив контрибуцией в виде обещания сегодня же вечером доставить герцога Алву на виллу Бьетероццо.

Валме, не задумываясь, дал Софии слово. Последний месяц он чувствовал себя в Фельпе, как птицерыбодура в воде. Даже его животик, почти убитый первыми неделями жизни с Алвой, теперь ожил, воспрял и немного округлился.

Теперь Марсель с искренним сожалением думал о неизбежно скором отъезде. Алва, из дипломатических соображений согласившийся погостить в Фельпе до праздника Андий, отчаянно скучал, и даже вылазки Капраса не развлекали его. Марсель понимал, что завтра же утром Рокэ отдаст приказ собираться. О, разумеется, Марсель не имел ничего против возвращения в Талиг! Оллария очаровательная столица, к тому же в ней проживает прекрасная Марианна, но он не сомневался: Алва помчится назад прежним бешеным аллюром, и эта мысль приводила бедного виконта в уныние. Почему, о почему, не держим мы в руке своей ни прошлых, ни грядущих дней? Зачем земное счастье так неверно?[2] На этот вопрос не мог ответить даже тот любвеобильный эпинец, который воспевал сначала Кассандру, потом Марию, потом Елену и под конец – собственную служаночку. Что уж тут говорить о скромном офицере по особым поручениям!

Юность, юность, ты чудесна,

Хоть проходишь быстро путь.

Счастья хочешь – счастлив будь

Нынче. Завтра – неизвестно![3]

Под карнавальную песню наступающих Андий, раздававшуюся под окнами палаццо, Марсель заснул.

Проснулся он всего за час до обеда и безнадежно опоздал на него, потеряв счет времени с приходом куафера. Впрочем, в Фельпе жили просто, и Валме решил не заморачиваться этикетом. Стол по случаю летней жары был накрыт на террасе, продуваемой свежим морским ветерком, и когда Валме добрался до нее, там толпилось обычное общество. Гости уже отобедали. Марсель направился к своему месту, осторожно лавируя между ними: после вчерашней «бури» его еще ощутимо пошатывало.

— Виконт! — окликнул его Дерра-Пьяве, вероятно, заинтригованный его маневрами. — Где вы были? Мы не видели вас с самого вечера. Идите-ка сюда!

Марсель вильнул вправо, уклонился влево, затем его снова повело вправо.

— Полный бейдевинд! — воскликнул он, по макушку нагруженный морскими терминами.

Алва, сидевший на балюстраде террасы, посмотрел на него, выразительно подняв бровь. Капитан Дерра-Пьяве жизнерадостно захохотал.

— Вижу, вы не теряли времени даром, — одобрительно сказал он и, крепко ухватив Марселя за локоть, осторожно направил к столу. — Не сомневаюсь, что Андий оценит вашу преданность.

— Благодарю, — с чувством отозвался Марсель. — Кстати, капитан, не окажете ли мне любезность? Что такое полный бейдевинд?

— Как раз то самое, что происходит с вами, — снова захохотал Дерра-Пьяве и великодушно налил Валме бокал вина.

— И кто такой этот Андий, которого вы так чествуете? — спросил Алва, не сходя с балюстрады, словно продолжая прерванный разговор.

— О! Вам он не понравится, монсеньор, — отозвался адмирал Джильди. — Добрый святой, основавший Фельп и спасший его жителей от происков Чужого. Вряд ли вы это оцените: ведь вы, как говорят, протеже Леворукого.

— В самом деле? И чем же Фельп не угодил Леворукому?

— Отец имел ввиду Гальбрэ, — вмешался капитан Джильди. — На самом деле это легенда о гибели Гальбрэ и его жителей. Они, напротив, угождали Леворукому.

— Расскажите, капитан, — лениво попросил Алва. — Должен же я знать, не оскорблю ли своего покровителя, участвуя в вашем празднестве.

— Это просто страшная сказка, монсеньор, — ответил Луиджи, пожав плечами. — В ней говорится, что жители города Гальбрэ признали своим господином Леворукого и стали поклоняться ему. Но некий добродетельный торговец однажды увидел ночью деву с крыльями птицы и рыбьим хвостом, которая предупредила его о гневе Создателя. Торговец долго не верил сну, хотя он повторялся трижды, но на четвертый раз обратился за помощью к отшельнику Андию. Святой призвал всех верных отказаться от ереси и покинуть город. Когда добродетельные ушли, на Гальбрэ обрушилась кара Создателя, и от него остались только озера.

— Не те ли это озера, которые мы проезжали по дороге в Фельп? — поинтересовался Алва, слушавший с полузакрытыми глазами.

— Именно они, монсеньор, — подтвердил Луиджи. — Я думаю, что с их появлением связана какая-то катастрофа, а легенда появилась уже после.

— Вполне вероятно, — согласился Алва равнодушно.

— Только я не понял, при чем тут Фельп, — вмешался генерал Вейзель.

— Фельп основали спасенные, — пояснил Фоккио Джильди. — Считается, что возвышенность, на которой стоит город, возникла в результате землетрясения. Гальбрэ провалился, а Фельп построили на новом холме.

— Должен сказать, монсеньор, — вскользь заметил Марсель, инспектируя блюда на столе, — что в данном случае ваш покровитель повел себя не как добрый суверен.

— Именно поэтому возможно, что он тут вообще не при чем, — подтвердил Алва его догадку. — Но вы не закончили, капитан. Что положено делать добрым горожанам в этот ваш праздник Андий? Поститься и четырежды отрекаться от Леворукого?