Островский. Вызов принят! (СИ) - Котович Виктор - Страница 66

— Надеется, что побрезгуют и к нему не полезут, — ехидно отвечает появившийся рядом якул. — Обидно, наверное, творить всякие гадости, осознавая при этом, какое ты дерьмо.

— А потом творить их ещё больше, чтобы сильнее боялись? Не выйти из этого круга, так получается? — приоткрываю дверь ровно настолько, чтобы можно было протиснуться внутрь. — Раз оступившийся — злодей навсегда?

— Ну… девчонка же вышла, — напоминает змей. — Значит, вопрос лишь в том, чего на самом деле ты хочешь.

Насчёт этого я бы не был таким уверенным.

Вышла или не вышла, мы поймём только после успешного возвращения отсюда, не раньше. Но сейчас мы союзники, это правда.

— Значит доберёмся до Васьки и спросим: «Чего ж тебе, сукин сын, надобно?» — ехидничаю, спускаясь вниз по широкому пролёту.

Впереди ещё одна дверь, за которой слышна странная возня. Тут же бросаюсь к ней — и широко распахиваю.

Передо мной открывается громадный зал с высокими потолками.

Вокруг высятся здоровенные ёмкости, от которых веет прохладой, а пара самых дальних от входа так и вообще покрыты инеем. В центре зала — маленькая кабинка управления, в которой мечется знакомая шоколадная ящерка.

А звук идёт от одной из двух здоровенных дверей в соседнее помещение, которую изо всех сил тянет на себя клыкастый Васька.

Кажется, мы вовремя.

— Слышь, зубастик! А ты уверен, что там тебе будут рады? — кричу главарю изо всех сил. — Возвращайся лучше к старому знакомому: договоримся по-братски.

Бандит зыркает на меня мутными глазами, яростно взрыкивает — и бросается в атаку, упав на все четыре лапы. Совсем оскотинился, поганец.

Неужто про антидот ему наврали? Или это меня Брукс обманула? Или просто слишком долго сидеть в шкуре монстра вредно для рассудка?

Да ладно, потом разбираться буду!

Сверкаю бегущей навстречу твари «Змеиным взглядом». Бесполезно! Этот гад даже ход не сбавляет!

Не видит что ли?

Точно, не видит! Васька ведь ещё в тот раз себе зенки выцарапал, а восстановиться не успел. Вот это подарок!

Выстреливаю «Жилой» под потолок, забрасывая себя на глухо отозвавшуюся под ногами ёмкость. Сразу перескакиваю с неё на соседнюю.

Васька пролетает через место, где я только что стоял и ошалело вертит башкой, принюхиваясь. Потерял добычу, бедняжка?

Сейчас добыча станет охотником!

Зубастая пасть якула на конце хлыста понятливо раскрывается, зажимая рычаг взведённой огненной бомбы.

Хлыст описывает круг над моей головой — и летящий по дуге снаряд бьёт незадачливого бандита точно под хвост, взрываясь в момент касания чешуйчатой задницы.

— Полыхающий срачник а-ля Островский к столу подан! — ехидно констатирую, наблюдая, как тварь с разбегу врезается башкой в стену, ловя контузию. — Сейчас счёт выставлю — глазам не поверишь.

Васька на нетвёрдых лапах поворачивается другим боком — и тут Лаурия высовывается в окно кабинки.

— Они просыпаются! — кричит ящерка надламывающимся от боли голосом. — Мне пришлось отключить морозильные установки, иначе он сломал бы мне и вторую лапу. Но я заблокировала двери в усыпальницы и утащила его сумку, а потом спряталась тут. Прошу, останови этого психа, иначе он всех там перебьёт после пробуждения!

— Прячься и не кричи! — ору ещё громче.

У этого громилы, похоже, голова чугунная: вон как быстро в себя пришёл! Вот только долго выбирать между двумя целями вредно для здоровья.

Ледяная бомба попадает в левую половину головы, замораживая клыкастую пасть. Васька крутится волчком, пытаясь разнять смёрзшиеся клыки, — но ничего не выходит.

Пару раз он прикладывается ослепшей мордой об стену — и вдруг целеустремлённо бросается в сторону выхода.

А там, между прочим, мои товарищи отдыхают. И отбиваться в их состоянии немного проблематично.

Вот только стрелять в помещении с баками, полными неизвестной дряни — не лучшая идея.

«Жила» мелькает в воздухе, оплетая какую-то прочную на вид железку под потолком — и я, спрыгнув с ёмкости, двумя ногами в полёте врезаюсь в бочину убегающего мутанта.

Оба катимся по полу, только Васька врезается в стену, а я — в его чешуйчатый бок. Ремень бандольеры не вовремя расстёгивается, оставляя меня без гранат, которые сейчас ой как нужны!

Пытаюсь дотянуться до снаряжения — и получаю удар, от которого отлетаю в сторону кабинки, где прячется Лаурия.

Мутировавший урод вновь поднимается на все лапы и неумолимо, хоть и покачиваясь, движется в мою сторону. Встаю на ноги и понимаю: с противником что-то не так.

Чешуя!

Она стремительно встопорщивается на боках, выпуская наружу редкие, в ладонь длиной костяные шипы.

Эта падаль продолжает меняться! И, кажется, теперь у неё есть метательное оружие, которое вот-вот полетит во всех направлениях. И разнесёт цистерны, погубив сразу всех, кто тут находится!

Обречённо вскидываю руку с Выжигателем, понимая, что не успею остановить залп. Сейчас прошлая мысль не стрелять в зале кажется безумно глупой, но уже ничего не исправить…

И в этот момент под Васькиным хвостом вспыхивает электродуга, заставляя его взвиться на дыбы и втянуть почти все иглы обратно.

Кроме трёх, торчащих у самой шеи.

Откуда разряд?

Да какая разница! Главное, что Васька отвлёкся!

Время словно превращается в тягучий клей.

Выстрел из Выжигателя испепеляет одну иглу на месте. Вторую, сжав зубами, обламывает у самого основания «Змеиная жила». А третья улетает в пол в направлении двери, через которую я вошёл.

Но вместо того, чтобы с треском вонзиться в камни, с чавкающим звуком застывает в воздухе.

Лариса Ивановна, всхлипнув, теряет концентрацию и маскировку, роняя на пол подобранную бандольеру с оставшимися бомбами. Грузно рухнувшая на бок туша мутанта тут же скрывает женщину от моего взгляда.

— Ну почему в первый раз всегда так больно? — доносится до меня её слабеющий голос. — Неужели нельзя быть с девушкой хоть чуточку понежнее?

Глава 32

Выжигатель брякает о пол, хлыст развеивается мелкими зелёными искрами.

Бросаюсь к раненой девушке, прыжком перемахивая через распростёртого на полу мутанта. И с первого взгляда вижу: всё очень плохо.

Шип пробил комбинезон слева под ключицей, намертво застряв в теле. Из раны струится кровь, пятная растрепавшиеся белокурые волосы ярко-алым.

Правой рукой бледнеющая Лариса Ивановна пытается то ли зажать рану, то ли выдернуть причиняющий боль шип.

— Не шевелись! — командую, нашаривая в сумке притаившийся на самом дне плотный пакет.

Глеб, какой же ты молодец, что подумал обо всём заранее! Обязательно потом спасибо скажу!

Главное только — отсюда выбраться…

Отрываю край, вытаскивая плотно смотанный бинт и тканевую подушку, которую тут же вдавливаю в край раны под торчащим шипом. Лариса вскрикивает от боли, вздрагивая всем телом.

— Не пытайся выдернуть, иначе кровью истечёшь! — сдерживаю эмоции, стараясь говорить спокойно, но голос предательски подрагивает. — Прижми здесь, я перевяжу.

Приподнимаю девушку и усаживаю на пол, прислонив к стене.

Ткань путается в руках, скатка норовит выпасть из скользких от крови пальцев. Кое-как прихватываю тампон прямо поверх одежды так прочно, насколько получается.

— Не так сильно… дышать нечем, — стонет раненая, заставляя меня ослабить молнию комбинезона.

Совсем бы его скинуть, да из-за шипа с повязкой — никак!

— Потерпи чуток, — неловко глажу Ларису по голове. — Сейчас здесь закончим — отнесу тебя наружу. Там Глеб, Велес… Слепнёвым антидот дадим… поставят тебя на ноги.

— Сзади! — не своим голосом вдруг взвизгивает Лаурия из кабинки.

А я, было подумал, что негромкое чавканье мне мерещилось… Больше слуху доверять надо!

Оборачиваюсь, только и успевая заметить метнувшегося на двух ногах к моему оружию голого Ваську в человеческом обличии.

«Жила» появляется в руке, нацеливая зубастую пасть бандиту в горло. Но ствол Выжигателя теперь тоже смотрит прямо мне в лицо.