Островский. Вызов принят! (СИ) - Котович Виктор - Страница 62

— Уничтожаю цель! — кричит он.

Один за другим кинетические болты бьют в замороженный участок шкуры, дробя её на части, пока портальщик падает вниз.

Пока враг отвлёкся на неожиданную атаку, бросаюсь вперёд — туда, где на земле лежит моя амуниция и кобура с Выжигателем, отправленные в полёт Надёжей вместе с Глебовым арбалетом.

Никто же не думал, что я собираюсь играть в поддавки с этими уродами?

Тем временем Скороходов, опустошив обойму, открывает у самой земли новый портал — и вываливается позади кровавой сферы со Слепнёвыми внутри, толкая её ногой вперёд.

Багровый шар с ускорением катится к поверженной туше мутанта. Матриарх с сыновьями, словно профессиональные белки в колесе, быстро мчатся внутри него, старательно удерживая равновесие.

И тут оставшиеся бандиты наконец приходят в себя после неожиданной атаки.

Оба срываются с места и бегут в сторону валяющегося на руинах главаря, явно рассчитывая поставить того на ноги.

Но в этот момент сфера лопается.

Впереди оказывается Верон с пылающим алым оком на металлическом щитке поверх правого глаза. Он воздевает руки вверх — и гигантский кровавый сталагмит вздымается прямо из поверженной туши тараноголового, пуская в стороны отростки, раздирающие бедолагу изнутри.

Тот не успевает даже рыкнуть на прощание — и остаётся лежать неподвижно, орошая поле битвы почти чёрной жижей.

Теперь вперёд шагает Надёжа — и перед трио Слепнёвых вырастает выпуклая багряная линза. Она превращает сочащуюся из мутанта кровь в чёрный туман, который втягивает в себя.

Миг — и длинные тонкие иглы выстреливают из линзы точно в то место, где бьётся в попытке встать ослеплённый главарь.

Бандит с шипастым хвостом отчаянно прыгает в сторону Васьки.

— А ну стоять!

Едва успев экипироваться, наотмашь взмахиваю рукой. Рванувшая вперёд «Жила» туго опутывает правую переднюю лапу шипастого.

Но мутант взмахивает хвостом — и одним движением отхватывает свою конечность выше локтя, сбивая заодно кровавые иглы в сторону. Те пропахивают глубокие борозды в камнях в полушаге от цели, скрежеща и причудливо изгибаясь.

Отбрасываю отрубленную лапу, отзывая хлыст.

Выхватываю Выжигатель — и тут главаря закрывает головой второй подельник с тремя рогами на морде и раздутым, словно зонт, поперечным гребнем.

Стреляю шесть раз, опустошая обойму, — но гад просто прикрывает глаза, а залпы будто впитываются в гребень.

— Верон, ещё разок! — ору, предчувствуя недоброе.

И тут трёхрогий распахивает веки и через раздувшиеся ноздри выдыхает двумя струями пламени впитанную ману.

Бросаюсь в сторону, чудом не теряя шляпу.

Едва успеваю укрыться за обломками каменной стены — мимо проносится ревущая стена огня, оплавляя кладку до состояния стекла.

Прижимаюсь к земле, ползком перебираюсь за угол, чтобы найти более надёжное укрытие — и чувствую, что жжёт уже не так сильно.

Выдохся, падаль? Дай только с фланга зайти!

— Запасную обойму! — рыкаю, выдёргивая ледяную бомбу из бандольеры левой рукой и отправляя её поверх стены в сторону врагов.

Якул исполняет команду, грохает разорвавшийся заряд. Фоном слышу крики Глеба и свист болтов, разбивающих что-то хрупкое.

Высовываю руку поверх разрушенной стены, трижды стреляю наугад, а затем выглядываю сам.

Рандом, сдачу мелочью тебе в штаны! Да ты издеваешься?!

На месте, где валялся ослеплённый главарь, осталась подтаивающая льдина с вмороженным в неё хвостом мутанта, отброшенным при бегстве.

Следы крови уходят вглубь городских кварталов, теряясь за ближайшим углом.

— Глеб, все целы? — окликаю напарника, оборачиваясь в сторону позиции остальных членов моего отряда.

И сразу становится понятно, что проблемы не только у бандитов.

На ногах стоит только склонившийся над выгибающейся в судорогах Любовью Егоровой Скороходов.

Верон лежит лицом вниз, мелко трясясь всем телом, а Надёжа, бледный, как полотно, стоя на четвереньках, извергает содержимое желудка на землю.

— Кровь! — орёт напарник. — Они впитали изменённую кровь этих уродов. Ещё немного — и они мутируют!

Со всех ног бросаюсь к пострадавшим товарищам.

Докомандовался, горе-начальник?

— Не вини себя, — якул материализуется сбоку, двигаясь со мной в одну сторону. — Никто не мог об этом знать.

— Слабое утешение, — плюхаюсь на колени рядом с Вероном, переворачивая его на спину. На его лбу проступают мелкие чёрные чешуйки, медленно, но верно сливаясь в единое пятно. — Знаешь, что делать с порченой кровью?

— Я знаю, — раздаётся сзади знакомый женский голос. — У Васьки есть сыворотка обратного действия на всю его банду. Минимум три порции ему уже никогда не понадобятся.

Взвиваюсь на ноги, даже не успевая осознать собственные действия. Выжигатель, стиснутый в руке, упирается в лоб стоящей позади меня Ларисы Ивановны.

— На этой стадии знакомства ещё рано тыкать в меня стволом, — девушка скептически скашивает глаза на моё оружие. — Тем более, что есть дела поважнее. Догнать этих чешуйчатых обмудков, например.

Ого, какая мстительная особа! Аж с нулевого уровня вернулась, чтобы проследить за возмездием для прежних сподвижников.

— Она права, — из-за угла дома, куда ведут следы крови, показывается неспешно ковыляющий Велес. — Гаган один знает, что его безмозглые последователи в ярости могут натворить в нашем поселении.

— Слепнёвы вряд ли доживут до момента, когда я поймаю Ваську с его ублюдками, — изрекаю горько, опуская оружие.

Себя никогда не жалел, но людей, которых зацепило по моей вине…

Только сейчас вспомнил, почему так долго оставался один, не обременяясь дружескими и прочими узами.

Слишком опасно для всех, кто рядом.

— Об этом я смогу позаботиться, — Велес касается выгнувшегося тела Любови Егоровны — и она расслабленно замирает. — Только рядом их положите, так сил меньше тратить придётся.

— Глеб, помоги! — подхватываю Верона под руки.

Напарник бросается ко мне, поднимая здоровяка за лодыжки. Вдвоём мы подтаскиваем его к матери и укладываем рядом. Затем, подставив плечи, помогаем добраться туда и Надёже.

— Устал я ребята, — бубнит он, — хоть бы с матушкой всё хорошо было…

Опускаем его на землю. Велес касается тростью его груди — и детина облегчённо прикрывает глаза, впав в забытье.

— Они потеряли много крови, пытаясь вывести скверну, — призрачный ящер взмахивает над Слепнёвыми руками — и всё семейство накрывает янтарный, лучащийся тёплым светом барьер.

Который что-то мне напоминает.

— Невероятно крепкие люди, — почти восхищённо произносит призрачный дед. — Попробую подержать их в стазисе, вливая потихоньку ману и выводя яд. Но если не отделить его от крови — стазис не поможет и все трое обратятся. У нас не больше двенадцати часов, чтобы всё исправить.

— Велес, — сглатываю, глядя на знакомый цвет барьера, — не хочешь поведать наконец, кто ты такой?

Глава 30

— Думаю, ты и сам догадываешься, — ящер лукаво подмигивает мне. — В некотором роде, я и есть разыскиваемый тобой Ала́тырь.

Ну, хоть не Великий Рандом собственной персоной.

— И давно ты так удобно устроился, сущность в виде ящера? — выдыхаю с некоторым облегчением.

Не то, чтобы я об этом догадывался, но за последние несколько дней поверил, что возможно всё. И проверил не единожды — тоже.

— Да на самом деле — практически сразу, — Велес опирается спиной на купол, устраиваясь поудобнее. — Просто повезло, что осколок портального маяка, который твой покровитель разнёс вдребезги, прямо в меня угодил.

Призрачный ящер отодвигает край ворота, демонстрируя шрам от обширного ожога на чешуйчатой груди.

— Я, правда, тогда думал иначе. Жизнь совсем не мила была, — пенсионер закатывает глаза, видимо, вспоминая подробности прошлых страданий. — Но потом понял, какая сила влилась в меня после контакта с этим осколком.

— И какая же? — Глеб заинтересованно навостряет уши. — А то знаю я одного такого, способного…