Островский. Вызов принят! (СИ) - Котович Виктор - Страница 52

Так… Наш Яков, видно, везде поспел.

Покровитель. Предводитель. Кто ещё? Мировой змей, пожирающий сам себя?

— Приветс-ствую, родич, — якул материализуется над моим плечом, демонстративно ковыряя кончиком хвоста между сдвоенными клыками. А я ведь просто предположил… — Ты ис-скал встречи с-со мной?

Ящер шустро подскакивает на лапы, помогая себе хвостом.

— Так давно, что потерял счёт времени, — он складывает ладони перед грудью, почтительно склоняя голову. — Всегда верил, что смогу сказать тебе пару ласк… в смысле, отблагодарить за щедрые и плодородные земли, подаренные нам твоим высочайшим соизволением.

— Но здес-сь вокруг лиш-шь с-снег и камни, — резонно замечает змей. — Не с-слиш-шком-то плодородно.

— Именно, — ящер так сверкает глазами, будто едва сдерживается, чтобы не огреть Предводителя своей тростью. — Но потомки уже привыкли. Выросли крепкими. Закалёнными. Приспособленными. И ленивыми до неприличия!

Призрак так шарахает тростью оземь, что в разные стороны брызгают мелкие комочки почвы и камешки.

Удобно, наверное, становиться материальным по желанию.

Выместив злость, ящер грустнеет на глазах.

— Так вот, о этих потомках… — он тяжело вздыхает, разве что не утирая скупую слезу. — Тысячу раз им было говорено: от проблемы не спрячешься, нужно решать её раз и навсегда. Но молодёжь так самонадеянна: пока не набьёт собственных шишек, ни слова старших не слушает. А ведь я их предупреждал…

Вот только старческого брюзжания нам сейчас тут не хватает!

— Слушай, старейшина, — останавливаю его, пока терпение совсем не иссякло. — Давай по существу проблемы. В отличие от тебя, в нашем распоряжении не вечность. Имя у тебя, кстати, есть?

— Велес Младший, — недовольно кривит ящериную морду призрак. — Только воздержитесь от шуточек о богатой фантазии моего папаши: над ним ещё сам Гаган хохотал до упаду.

Гаган? Не так ли звали тварь, с которой бился первый Островский в видении, показанном нам кусочком Алатыря?

— Ох, были времена… Я, когда маленький был… — бубнит меж тем ящер.

— Так, было приятно познакомиться, — отворачиваюсь от провалившегося в воспоминания деда, — но у нас ещё дел по горло. И нелёгкий выбор между агрессивными родичами: нашими и твоими.

— Так я вам о чём толкую столько времени! — рыкает мне в спину этот агрессивный пенсионер. — Если вам внутрь надобно, то мимо бешеных призраков могу провести.

А вот это уже действительно интересное предложение.

— Это как? Они же на всех кидаются! — удивляется Глеб. — Или ты там подземный ход вырыл?

— Черви подземные ходы роют, а я хожу, где мне удобно, — ящер зевает, демонстрируя полную пасть острых зубов. С двойными клыками, как у якула. — И вам дорогу покажу, если помочь согласитесь.

— Это какой же помощи тебе надо? — недоверчиво вопрошает Матриарх. — Свежим человечьим мясом потомков обеспечить в нашем лице?

— Вас от силы на завтрак пятерым хватит, — отмахивается призрак. — А лично тебя ещё и варить сто лет придётся.

Скрип зубов Матриарха разносится по округе. Но нахальный дед не обращает на негодование женщины никакого внимания.

Вместо этого обращается ко мне и якулу:

— Помогите мне убедить нынешних старейшин бороться с одержимыми предками, а не ждать у моря погоды. И будем в расчёте.

«Одержимыми»?

— То есть, раньше они были вполне себе дружелюбны? — уточняю меняющую суть проблемы деталь. — И что же изменилось?

— Если бы знал — не пришлось бы этих… потомков ленивых уговаривать! — Ящер раздражённо шлёпает хвостом по земле, вздымая ввысь облачко сухого снега. — Расскажете им, как извне всё выглядит. Может, тогда призадумаются.

Велес Младший кивает гребенчатой головой в сторону Слепнёвой:

— Женщинам они, опять же, больше доверяют. Из уважения к Праматери Гарафене, видимо. Уж вдвоём-то девчата точно справятся.

— Вдвоём? — настораживается чуть успокоившаяся было Любовь Егоровна.

— Ну да, — ящер безмятежно тычет когтистым большим пальцем себе за спину. — Разве дама, уже пятнадцать минут сверлящая мне затылок взглядом под покровом иллюзии, не с вами?

Глава 25

Хлыст с оскаленной змеиной пастью появляется в моей руке раньше, чем призрак-пенсионер заканчивает фразу.

Широкой дугой проносится в полуметре над землёй, вздымая вверх снег и подмёрзшую землю, почти в самом конце пути задевая что-то живое.

«Живое» вскрикивает высоким женским голосом. И вдруг, схватив «Жилу», дёргает за неё изо всех сил, пытаясь вывести меня из равновесия.

Полегче, милая!

Я ведь даже имени твоего ещё не знаю, а ты уже моего змея душить вздумала!

Делаю пару неловких шагов вперёд, всем своим видом давая понять, что вот-вот упаду на снег, словно мешок картошки. Но вместо этого на втором шаге отталкиваюсь от заснеженной поверхности.

Взвиваюсь в воздух — и со всей дури встряхиваю хлыст, изгибая его волной.

Вибрация достигает цели, вырывая моё оружие из чужих загребущих ручек. И, судя по смачному шлепку, опрокидывает наземь нахалку, покусившуюся на самое дорогое.

Конечно, дорогое! Ведь оружие, содержащее в себе силу Покровителя, на дороге не валяется.

— Девушка, я очарован вашей хваткой! — кричу, что есть сил раскручивая «Жилу» повторно. — Можно с вами познакомиться поближе?

Вопрос, конечно же, риторический.

Хлыст оплетает чародейку-хамелеона, очерчивая контур её тела и выдавливая воздух из лёгких таким вздохом, что братья Слепнёвы смущённо упираются взглядом в пол, а у Глеба начинают алеть уши.

И только Любовь Егоровна неодобрительно откашливается.

— Отставить соблазнение моего отряда! — рявкаю, взбешённый очередными манипуляциями. — Я первый знакомиться предложил!

Кольца хлыста сдавливают пленницу ещё сильнее, не давая вдохнуть.

Видимо, это и сбивает, наконец, её концентрацию.

Воздух, оплетённый моим оружием, плывёт, являя всем присутствующим невысокую растрёпанную блондинку в кирпично-красном комбинезоне, потёртой шляпе-федоре, каким-то чудом до сих пор держащийся на голове, и сапогах на высоченных шпильках.

Идеальный костюм для прогулок на Изнанке, я считаю. Особенно каблуки.

Пленница яростно сопит, стараясь вывернуться из захвата, но якул держит крепко.

Мне кажется, или с этой дамой мы уже знакомы?

Возглас удивления вырывается у Глеба, подтверждая, что глаза меня не обманывают.

— Госпожа Брукс! — улыбаюсь радушно. — Никак студентов из академии на экскурсию привели? Или всё же не поверили в отсутствие у меня магического потенциала и решили перепроверить лично?

Женщина судорожно пытается вдохнуть, и я чуть ослабляю хватку. Ровно настолько, чтобы не подумала сбежать, но могла свободно отвечать на вопросы.

— Не советую пытаться накинуть маскировку снова, — голова змея на конце хлыста качается перед глазами шпионки, скаля острые зубы. — Иначе якул высосет из вас всю ману с максимально неприятными последствиями. Это понятно?

Лариса Ивановна под прицелом арбалета и трёх магов крови понуро кивает. Вырываться тоже больше не пытается.

Но меня она своей покладистостью не проведёт.

Ведь если попался, какая тактика будет самой выгодной? Правильно: экономить силы, забалтывая своих врагов. Авось подвернётся случай дать дёру.

Хорошо, что мне только того и надо: ценная информация сама себя не выдаст.

— Вы очень ловко водили нас за нос всё это время, — легонько хлопаю в ладоши, медленно приближаясь к схваченной, но не утратившей воли к сопротивлению женщине. — Честно говоря, искренне восхищаюсь таким упорством.

Её лицо кривится, будто в мою искренность она совсем не верит.

Зря. Я сам всегда выкладываюсь на полную и ценю это же стремление в других. Даже в самых заклятых врагах.

— Вот только оно работает против моих интересов, — продолжаю с некоторым сожалением. — Так что увы, отпустить вас на все четыре стороны с миром я не могу.

На лице шпионки появляется выражение, переводящиеся на все языки мира как: «Так я и поверила в ваши добрые намерения. Может, ещё о дружбе между мужчиной и женщиной поболтаем?»