Новое начало (СИ) - Чистая Надежда - Страница 23

— Ваши любовницы, ректор, совершенно распоясались! Пошла вон, девка! — бегающий по кабинету красный от гнева демон, увидев меня, отчего-то разъярился ещё больше.

А я уставилась на него, как на чудо неземное, думая, что же с ним такое случилось, если он стал таких размеров? Толстый демон. Толстый. Демон. Нет. Это однозначно не укладывалось у меня в голове. Как он может быть таких размеров, если внутри него живет зверь, поглощающий энергию? Однозначно — попытается убить — оставлю себе, для утоления любопытства. Возможно.

— Я его любовница только во снах, хан. А вот вам пора бы присесть, пока сердце не хватонуло. До светлых земель бежать далеко, боюсь, ваш род осиротеет без столь масштабной достопримечательности. — смерив демона уничижающим взглядом, я спокойно прошла половину кабинета и села между двух демонов на мягкий диван, закинув ногу на ногу. Авигдор ещё ничего, видимо, привыкает, а вот декан боевого факультета, мастер Шаархан, посмотрел с удивлением, явно не понимая, как женщина может садиться без дозволения. Ну ничего, привыкнет. Посмотрела на недовольно сверкающего на меня глазами ректора и с широкой улыбкой пропела: «Студентка Атарис Адралех по вашему приказу прибыла, ректор Карай».

Пока несколько десятков демонов приходили в себя от осознания, что сыны попросили их прибыть и решить вопрос с девчонкой, я спокойно осмотрела ничем не примечательный кабинет в светлых молочных оттенках и черной мебели и тоже стала утолять своё любопытство. Немногие демоны были хороши не только внешней составляющей, но и силой. Большая их часть была слаба как магически, так и внутренним зверем, что сильно сказывалось на их привлекательности. И я не совсем понимала, за что эти ханы и эмиры смогли получить свои статусы от Темного Повелителя? Не выбирал же он по принципу, кто первый поднимет руку, тот и правит, каждый месяц отсылая налог в казну?

— Хана Адралех, ваш кофе. — постучавшись, в кабинет вплыла, покачивая бедрами и соблазнительно улыбаясь, секретарша. Она смотрела на меня влюбленно, а я поняла, что немного перестаралась со своим флером и теперь мне стоит опасаться не только демонов мужского пола, что могут зажать в укромном уголке, но и вот эту прекрасную деву в струящемся платье зеленого цвета.

— Югана! Как это понимать? — разозлился ректор, но я услышала в его голосе еще и ревность. Бездна, чуть не рассмеялась и не расплескала кофе!

— Спасибо, Югана, он очень вкусный. — заверила я девушку, едва не щурясь от довольства. Просияв, словно я предложила разделить ложе, она умчалась обратно в приемную, тихо и почти полностью закрыв дверь.

— Атарис! Ты знаешь, почему я тебя вызвал? — перенес на меня всё своё неудовольствие от жизни хан Карай.

— Нет, я ведь хорошо себя вела. — спокойно пожала плечами, пряча улыбку в чашке. Подгорающие от моих слов задницы демонов стали слаще любых лакомств. А колобок так вообще вскочил на ноги и стал опять бегать по кабинету. Лучшего места для занятий спортом он, конечно же, не нашел?

— Да ты! Ты! Грязная тварь! Слабосилка уродливая! Потаскуха рогатая!

— Ка… — злой, как голодная гончая, Авигдор хотел встать с дивана.

Пришлось впиваться ему когтями в бедро, чтобы не смел делать глупостей. Он будущий эмир и до того, как он официально получит свой статус, не должен запятнать себя убийством родовитого. А вот я могла. Я женщина. Существо слабое, беззащитное, для кого-то даже безмозглое. Не будь за моими плечами рода, казнили бы. Но он есть и не слабый. А значит, одна оскорбленная хана вполне может обидеться на плохие слова и в порыве особо сильных чувств случайно убить обидчика. Осталось только кое-что уточнить.

— Эмир Брейнер? — спросила я, когда демон набирал воздуха для нового захода ругательств. Тот что-то утвердительно рыкнул. — Ну и кто так мстит, эмир?

— Что? — он явно растерялся.

А вот остальные демоны наблюдали за всем и думали, почему за сестру не вступается старший мужчина рода? Почему я так долго терпела гадости в свой адрес и в конце концов не устраиваю скандала с разливом слез? Странная какая-то хана. Сумасшедшая, наверное.

— Я спрашиваю, почему вы решили явиться вместе со всеми и устроить концерт, а не мстить за своего единственного сына, как нормальный демон? — передав опустевшую чашку Авигдору, поднялась с дивана и, выпрямив спину, строго посмотрела в бирюзовые глаза начавшего бледнеть эмира. — Где покушение на убийство? Вредительство моему роду? Требования отдать меня в свой род для мести? Где, я спрашиваю?!

— Ты ещё смеешь задавать мне вопросы, тва-ах-х-р…

— Смею. Потому что вчера твой сын трясся от страха и грозился мне своим сильным, богатым родом. Но я такового не вижу. Ты слаб и потерял часть себя. И подобная, как ты, букашка смеет что-то верещать о силе, власти и карах для неугодных? Да тебя даже гончим на съедение не отдашь, потому что никаких питательных веществ не получишь с подобного ничтожества, как ты. — видя, что эмир начал терять сознание и синеть, отбросила от себя с отвращением низшую гадость, что держала за горло всё это время в безмолвной тишине кабинета. — Он скоро сдохнет. Авигдор, вынеси мусор, пока вонять не начал.

— Да ты совсем… — начал было он, вскакивая с дивана, но запнулся под моим заинтересованным взглядом и переиначивая формулировку, делая из ругательства комплимент. — Как мама.

— Ну а теперь можем и ваши проблемы обсудить, ханы и эмиры. Что вас беспокоит? — участливо посмотрела каждому в глаза, улыбаясь немного с безуменкой.

— Н-ничего, хана Адралех. — быстро открестился от всех претензий демон, почему-то подскакивая с места. — Но позвольте всё же задать один вопрос?

— Позволяю. — величественно кивнула, покровительственно смотря на главу рода и отца одного из тех, что вчера желали навестить меня на сон грядущий. Демон явно чувствовал себя не в своей тарелке, а от моей уверенности и вовсе начинал краснеть сам, будто девственная демоница, отданная Высшему господину за покровительство её семье.

— Наши сыновья… они надолго… они долго будут… такими? — кое-как подобрал он слова.

— Вы же согласитесь со мной, любезный эмир, что мальчики поступили очень плохо? — спросила вкрадчиво, приближаясь с милой улыбкой пираньи к столу с отцами. — Ломиться ночью к невинной, юной хане — это очень плохо и не подобает для настоящего воина. Я ведь защищалась, верно? Поставила защиту, верно? Они могли отступить. Ведь так?

— Т-т-так… — клацая зубами, но продолжая завороженно смотреть мне в глаза и дебильно улыбаться, согласился со мной демон.

— Они должны понести наказание. — мурлыкнула, прищуриваясь от удовольствия.

— Должны…

— Вы ведь не имеете ничего против моих методов перевоспитания мальчиков? Эмир, ну поклянитесь же в этом! Скажите, что мальчики сами во всем виноваты, а я поступила правильно! — смущенно улыбаясь, взяла в свои руки его ладонь и заканючила, словно маленькая девочка.

— Клянусь, что не имею ничего против ваших методов, прекраснейшая. Такая прелестная хана не должна страдать, вы должны улыбаться и радовать мир своим счастьем. — Скалясь во все зубы, демон потянулся свободной рукой к моей щеке, прикасаясь к ней с блаженным вздохом.

Резко перестав улыбаться, отошла от эмира и уже другим, официальным тоном подвела итог.

— Раз у вас, уважаемые, нет ко мне претензий, а ваш соратник только что поклялся перед миром в моей правоте, считаю, вопрос можно закрыть!

Как мне понравились их лица в этот момент, кто бы только знал! Эта смесь неверия, ярости, непонимания и даже невольного восхищения заставляли одну демоницу буквально мурлыкать.

— Но всё же, хана, как долго продлится ваше наказание? — вставая достаточно близко, эмир поднес мою ладонь к своим губам, целуя костяшки.

— Эмир, но ведь мне тоже хочется повеселиться. Они хотели провести хорошо и приятно время, так почему вы теперь против?

— Может потому, что они устроили сексуальные игрища друг с другом?! — демон явно хотел проорать эти слова, обвиняя меня во всех грехах, но из-за окутавшего его флера не мог это сделать, поэтому вопрос задался с приятной, завлекающей хрипотцой.