Точка Бифуркации XII (СИ) - Смит Дейлор - Страница 34

— Небо для гражданской авиации над центральной частью империи закрыто, — качнула головой княжна Белорецкая. Её взгляд встретился с взглядом демоницы.

Ламия едва заметно наклонила голову, будто её это не удивило.

— Тогда это может быть машина, поезд или любой другой указанный вами транспорт, — пожала плечами бесовка. Ни в тоне, ни в выражении лица не было видно ни капли сомнения или страха. Её спокойствие казалось почти гипнотическим.

— Ясно, — кивнула Алиса, после чего повернулась к подруге и произнесла: — Будь в этом всём нужда, я сама смогла бы организовать нам конвой и перелёт.

Черногвардейцева, стоявшая рядом, снова лишь молча кивнула, хотя по её взгляду было видно, что она сосредоточенно обдумывает сказанное. Возможно, княжне и хотелось поскорее увидеться со своим братом, особенно учитывая её недавние, непонятные даже ей самой, изменения. Но осторожность пересиливала в ней решимость: её не покидало ощущение, что эта ситуация может обернуться новым риском.

Внезапно, голову одной из девушек одолело странное сомнение. Она приподняла бровь и внимательно посмотрела на демоницу:

— А откуда ты так много знаешь про самолёты и другие виды транспорта на нашей земле, если выбралась из Преисподней только вчера? — Виктория чуть склонила голову набок, её взгляд сделался пристальным и изучающим.

Бесовка на миг застыла: губы чуть приоткрылись, как будто ей требовалось время, чтобы подобрать правильные слова.

— Я не первый раз в этом мире. И много что о нём знаю, — дёрнув щекой, ответила Ламия.

Виктория прищурилась, а затем бросила взгляд на Алису, явно обдумывая услышанное. Атмосфера в комнате стала ещё более глухой и тихой, словно сами стены, горящие свечи и даже воздух терпеливо ждали следующего шага.

— Как я уже сказала ранее, я хочу, чтобы до прибытия Лёши она находилась за пределами этого дома, — переводя взгляд на подругу, нарушила молчание Алиса.

— Я понимаю… хорошо, — согласно кивнула Виктория и поднялась с места.

Демоница, словно ожидая этих слов, не сделала ни единого движения, но в следующее мгновение её силуэт затуманился, искажаясь тёмной дымкой, и исчез, оставив после себя лишь лёгкое марево в воздухе.

Не теряя времени, Виктория, в сопровождении Алисы, вышла из комнаты под взглядами остальных девушек, едва скрывавших своё любопытство. Они прошли через коридор в сторону прихожей, следом оказавшись на крыльце у входа в дом. Холодный ветер, заметно усилившийся к вечеру, чуть трепал их волосы. По дорожке к воротам Виктория вышагивала быстро, на ходу кутаясь в накинутую на плечи шубу.

Сделав десяток шагов, княжна Черногвардейцева что-то прошептала под нос, и Ламия не заставила себя долго ждать. Густая тень закружилась вокруг девушки, поднимаясь спиралью из самой земли, и вскоре из лёгкой дымки возник тёмный силуэт, вновь проявляя бесовку в реальности. Она выглядела спокойной и даже какой-то заинтригованной.

Обменявшись с Викторией парой коротких фраз, демоница, очевидно удовлетворённая результатом разговора, коротко кивнула. Затем, без лишних церемоний, бегло оглядевшись по сторонам, тут же вновь исчезла.

— Ну как? Без проблем обошлось? — встретив подругу на крыльце дома, поинтересовалась Алиса, поглядывая ей за спину.

— Вроде да… — негромко ответила Виктория, будучи заметно напряжённой.

— Но?.. — коротко спросила Белорецкая, уловив в голосе подруги колебание. Интуиция подсказывала ей, что что-то всё же Черногвардейцеву беспокоит.

Виктория ответила не сразу. Взгляд девушки метнулся куда-то в ночную темноту, там, где ещё мгновение назад стояла бесовка. Медленно выдохнув, она наконец произнесла:

— Ламия куда-то прочь улетела. А Лёшины бесы сорвались за ней следом…

Алиса медленно кивнула, сжимая губы. Ветер, поднимающийся в ночи, теперь ещё сильнее трепал её тёмные локоны, а дом за спиной девушки казался крепостью, охраняющей своих обитателей от опасностей внешнего мира. Посмотрев на подругу, которая вся съёжилась от холода, княжна поманила её рукой и поспешно произнесла:

— Давай, заходи скорее внутрь.

Виктория, не раздумывая, тут же это приглашение приняла.

— В целом, я и не надеялся, что ты проявишь благоразумие, — кивнул на мои слова Наумов и также в одно движение обнажил оружие.

Я сжал рукоять меча, ощущая как он становится продолжением моей руки, и сделал шаг в сторону, удерживая дистанцию. Наумов также не торопился. Он двигался спокойно, плавно, держа меч в пол.

Внезапно его клинок описал дугу, а затем князь резко шагнул вперёд, атакуя стремительно и без лишней размашистости.

Я отбил удар, но почувствовал лёгкое давление на правую руку. Наумов не просто атаковал — он без лишних раздумий и вступлений, как это обычно бывало в схватках у одарённых, использовал телекинез, надеясь сковать мои движения. Я сразу ответил тем же, пытаясь придержать своей силой его кисть, но противник, словно предвидя это, легко отмахнулся от щупальцев моего дара и блокировал обрушившийся следом удар.

Клинки столкнулись с холодным, металлическим звоном. А в следующий же миг, мы оба с силой оттолкнули друг друга, расцепляя лезвия из клинча. Внезапно, на краткий миг мир будто замер, когда я вдруг осознал, что момент, которого я так долго ждал, наконец-то настал… Пламя в груди разгоралось сильнее, и мне приходилось прикладывать усилия, чтобы не сорваться в свирепую бездумную атаку. Противник, в отличие от меня, что было очевидно, такой ненависти не демонстрировал, ввиду чего бился трезво и без мешающих эмоций.

Не успев отпрянуть от меня, Наумов вновь сделал стремительный выпад, но я был более чем готов. Лёгкое усилие — и его нога замедлилась в последний момент, что позволило мне уйти в сторону и нанести встречный рубящий удар сверху. Он поймал его на перекрестье клинка, но одновременно с этим я сдобрил свой удар телекинетическим толчком, заставляя противника пошатнуться. Князь едва удержал равновесие, но, как только я попробовал развить атаку, его сила прихватила меня за плечо, вынуждая сделать лишний шаг назад.

Мы кружили друг вокруг друга, как хищники. Его клинок двигался плавно, без излишней агрессии, а в глазах читался холодный расчёт. Я, в свою очередь, ждал момента — того единственного рывка, когда он вложит в удар максимум, чтобы пойти в контратаку и попытаться его сломить.

Князь снова атаковал, на этот раз демонстрируя серию стремительных и жёстких выпадов. Я парировал часть из них, остальное принял на меч, едва не теряя баланс, следом ловко уходя в сторону. Каждый удар соперника сопровождался невидимыми атаками телекинезом, которыми он пытался то зафиксировать мой меч, то придержать за плечо, а в случаях, когда я шёл в атаку — притормозить за пятку. Естественно, я отвечал тем же, сковывая его кисть, снижая силу удара и заставляя противника тратить больше энергии.

Забавно выходило, что тот навык, который я осваивал ещё в школе и впервые активно применял на соревнованиях по ближнему бою на мечах, был не моей собственной «разработкой», как я некоторое время наивно полагал. Во всех сражениях уже во взрослой жизни, будь то дуэль или групповая схватка на поле боя, мои противники абсолютно всегда пытались использовать силу телекинеза против меня аналогичным способом. Это было чему-то сродни удару локтем или обухом меча на короткой дистанции — не использовать этот приём в бою просто глупо, более того, подобное желание всегда становилось инстинктивным и требовало выхода.

С каждым разом я всё больше приходил к выводу, что техника боя на мечах у одарённых в этом мире является чему-то сродни настоящему искусству, где боец должен уметь не только прекрасно владеть холодным оружием, но и умело совмещать это со своими навыками телекинеза. Причём не только в атаке, но и в защите, ведь если у противника артефактный клинок, а их сейчас развелось что-то очень много, то один неудачно пропущенный удар — это быстрая смерть. Из всего этого рождалась какая-то особая гремучая смесь смертоубийственного искусства, успех в освоении которой зависел от множества факторов. Результатом же этого успеха была твоя жизнь.