Месть дракону, или как вернуть истинную (СИ) - Космос Эйрена - Страница 30

– А что она сможет сделать? – удивился дракон.

– Ты серьёзно не понимаешь? – спросила я. – Ты не видел, каким она взглядом нас провожала? Да она мысленно меня четвертовала. Как думаешь, что она попытается со мной сделать во дворце?

– А ты боишься, страж Бейкер? – съязвил дракон, приблизившись ко мне вплотную. – Я могу тебя защищать и днём, и, с превеликим удовольствием, ночью.

Отступив, я ухмыльнулась.

– Не стоит. Я справлюсь с зарвавшейся драконицей, но не обещаю, что она не лишится нескольких чешуек.

– Да хоть всех, – расхохотался Эйден.

Я и не заметила, как мы дошли до кафе. К нам навстречу неслась Её Высочество. С удивлением я отметила её простой внешний вид. Белые широкие брюки с высокой посадкой идеально сочетались с чёрным атласным топом. Смелый наряд, и очень красивый.

– Лилиан, дорогая, я рада тебя видеть, – бросилась меня обнимать Амалия.

– Я тоже, Ваше Высочество, – с улыбкой ответила я.

– Эйден, ты опять обидел Элеонору? – нахмурилась Её Высочество.

Тяжело вздохнув, дракон ответил:

– Нет, конечно. Я ведь тебе говорил, что меня поражает ваша дружба?

– Сотни раз, – фыркнула Амалия. – А теперь прошу нас оставить.

Попрощавшись, Эйден ушёл.

– Ну что, Лилиан, ты готова к перевоплощению?

Моё сердце ведь не от страха дрогнуло? Что-то мне не нравился подозрительный блеск в глазах драконицы.

Но мне ничего не оставалось делать, как кивнуть головой и сдаться на милость её Высочества.

Глава 14

Я думала, что мы сразу пойдём в какое-нибудь шикарное ателье и будем примерять не менее шикарные наряды. Поэтому мысленно к этому готовилась.

Но Амалия приятно меня удивила. Сначала мы сели пить ароматный кофе, никуда не спеша. Разговор шёл нейтрально: о чудесной погоде, нынешней моде и других мелочах.

Внезапно Амалия прекратила говорить об изящной вазе, которую ей подарил какой-то там поклонник и, глядя мне прямо в глаза, спросила:

– Ты ведь любишь Дрейкоса?

Он неожиданного вопроса я поперхнулась кофе. Ну кто же о таком спрашивает?!

– Амалия, видите ли…

– Давай оставим формальный тон и перейдём на «ты», если не против?

– Я не против. Так вот, Амалия, видишь ли, у нас с Дрейкосом сложные отношения. Вернее, отношений никаких нет, просто всё сложно, – выдохнула я.

– Объясни, мы ведь никуда не торопимся.

Ты-то никуда, а я вот очень даже. У нас там тёмный, разрушенные печати и предательство.

– Я не знаю, что к нему чувствую, но точно знаю, что не хочу заново сближаться и не хочу быть вместе с ним.

– Но вы же истинные! – удивилась драконица.

Да что все с этой истинностью прилипли!

– И что? – резко бросила я.

– Вам же самой судьбой предначертано быть вместе, – не заметив мой резкий тон, ответила Амалия.

– Объясни, что в твоём понимании истинность? – попросила я Её Высочество. – Может, это я чего-то не понимаю.

– Об истинности нам рассказывают с пелёнок. Каждый дракон мечтает встретить свою идеальную пару. С детства мы знаем, что где-то там есть наша половинка.

– То есть с самого детства вам вбивают в голову, что за вас уже всё решила судьба?

Амалия нахмурила идеальные брови и ответила:

– Всё не так! Это особый дар. Ведь когда мы встречаем того самого, то уже ничего не имеет значения.

– А если до встречи твоего суженного тебе понравится другой мужчина?

– Это невозможно! – возмутилась Амалия.

– Почему же? – удивилась я.

– Потому что я не могу быть с другим!

– Не можешь или не хочешь?

Её Высочество в замешательстве посмотрела на меня, но ничего не ответила.

– За вас всё решает судьба и дракон. Но сердцем ты своего суженного не выбираешь. Что если он окажется старым, страшным или с гнилой душой? Ты не сможешь от него отказаться, ведь вы истинные. Так скажи мне: ты по-прежнему считаешь истинность подарком судьбы?

Мне было жаль Амалию, сейчас она выглядела обескураженной. Неужели драконица никогда не задавалась этим вопросом и слепо верила, что истинность – это величайшее благо?

– Знаешь, тогда в академии, когда дракон Дрейкоса меня не чувствовал, мне казалось, что между нами больше чувств, чем сейчас. Как мне понять, где чувства дракона, а где – самого Дрейкоса? Я не ощущаю тяжести истинности и меня не манит к зверю, чего не могу сказать о его человеческой части.

– И что ты решила? – тихо спросила Амалия.

– Если я буду с Дрейкосом, то только в одном случае: когда буду уверена именно в его чувствах, и это никак не должно быть связанно с истинностью. Но это маловероятно.

– Иными словами, ты не планируешь соединяться с братом?

– Нет, – твёрдо ответила я.

Амалия отрешённо посмотрела куда-то в сторону. Затем перевела на меня взгляд и произнесла:

– Знаешь, ты права насчёт истинности. Мы не выбираем, даже не задумываемся о том, что есть какой-то выбор.

– Неужели все драконы ждут свою пару? А что если они её так и не встретят?

– Не все ждут, а живут настоящим. Но такие отношения обычно приняты между драконами. Если кто-то из партнёров встретит пару, то второй не будет этому препятствовать. Иногда от подобных связей рождаются дети, но они значительно слабее детей истинных.

– Поэтому мало кто решится родить слабое дитя?

Это было разумно. В мире, в котором многое решает сила, слабого будут презирать, а какой родитель в здравом уме обречёт своего ребёнка на такую жизнь?

– Наверное, я бы сама хотела выбрать спутника жизни, но увы…

– Не существует способа разрыва истинности? – я перестала дышать в ожидании ответа.

Драконица отшатнулась и испуганно посмотрела на меня.

– Что случилось? – в недоумении спросила я.

– Способ есть, но если дракон решится разорвать узы истинности, то навсегда лишится своего дракона, а это уже не жизнь.

– Неужели никто не разрывал эти узы?

– Был один случай, но очень давно. Об этом в нашей семье стараются не говорить. Старший брат моего отца, Раярах, встретил свою истинную, человеческую девушку, – цепко посмотрела на меня драконица. – Они поженились, девушка соединилась с ним, а через некоторое время дядя застал её с любовником.

– Он её убил?

– Нет, он разорвал узы, и девушка прожила свою человеческую жизнь.

– А что случилось с Раярахом?

– Он сошел с ума и пропал. Говорят, что обитает где-то в Джайдайских горах.

– Но ведь это проклятое место! – воскликнула я.

– А почему оно проклятое?

– Там обитает чудовище, и того, кто решится вступить на эти земли, ждёт неминуемая гибель.

После кафе мы с Амалией отправились в ателье, но последний разговор оставил у меня на душе неприятный осадок. Я и предположить не могла, что детская страшилка с чудовищем в Джайдайских горах настолько реальна.

Сойти с ума Дрейку я не желала, но и через себя не могла переступить. Что же делать? Был ли какой-то другой способ разрыва истинных уз?

Не заметила, как мы оказались перед невзрачным двухэтажным зданием.

– Ты не смотри, что ателье неприметное, сейчас ты попадешь в мир красоты и изящества, – восторженно сказала Амалия и завернула за угол.

Внутрь мы вошли не с парадного входа и действительно оказались в другом мире. Повсюду сновали мастерицы с лоскутками ткани в руках или с острыми предметами, на ходу что-то говоря или выкрикивали.

– Нам не сюда, пойдём, – шепнула мне драконица и повела в сторону невзрачной двери.

За ней оказалась совсем другая обстановка: было так светло, что непроизвольно хотелось зажмуриться. В комнате стояли белый кожаный диван и несколько кресел, рядом располагался стеклянный столик, на котором уже стояли три чашки с горячим напитком.

– Добро пожаловать, моя дорогая, – поприветствовала Амалию встречающая нас девушка.

На вид она была нашей ровесницей, но кто этих драконов разберёт, сколько им лет. А о том, что незнакомка им являлась, свидетельствовали её изумрудного цвета глаза с продолговатым зрачком.