Парфюмер для герцога (СИ) - Огинская Купава - Страница 42

— Это потому, что герцог угостил тебя сладким и слушал всё, что ты говорила, — Вивьен нежно промакивала длинные, потемневшие от влаги волосы сестры.

— А на такое, между прочим, не каждый способен, — ничуть не смутилась Рэйчел. Она нашла то, что искала, и недоверчиво зачитала вслух: — Пожизненный запас душистого масла? Это еще как? И зачем?

Вивьен повела плечами. Ее это также поставило в тупик. Куда проще для герцога было бы просто покупать пузырьки с маслом по мере необходимости. Если бы он попросил, Вивьен легко выдала бы ему даже рецепт и объяснила, сколько магии следует выпускать во время его приготовления. Жениться ради того, чтобы высыпаться зимой, было совсем не обязательно.

Рэйчел не стала дожидаться ответа и отложила бумаги.

— Так что, Виви, ты примешь его предложение? У вас все, конечно, совсем неромантично получается, меня бы это очень расстроило. Но для тебя такое в самый раз.

— Вот уж спасибо…

— Он тебе не нравится? — Рэйчел обернулась, и ее волосы выскользнули из слабых объятий полотенца.

— Я такого не говорила.

— Значит, нравится?

— И этого я тоже не говорила, — проворчала Вивьен. Она все еще не могла примириться с тем, что начинала скучать по Адриану, если он не заглядывал в магазин некоторое время. Требовать от нее прямо сейчас разобраться в своих чувствах было просто жестоко.

Герцог попросил ее дать ответ до рождественского бала, который должен был состояться уже через два дня. И чем дольше Вивьен думала над этим, тем меньше поводов для отказа находила. Будь она полностью откровенна с собой, уже признала бы очевидное — поводов отказаться у нее не было вовсе.

Она планировала показать договор семейному адвокату, исключительно ради соблюдения всех формальностей, но уже сейчас Вивьен понимала, что никогда и ни от кого не получит настолько идеальных условий. Только лишь одного пункта, в котором говорилось, что она всегда могла расторгнуть помолвку без необходимости выплачивать компенсацию, можно было считать невероятно щедрым жестом со стороны герцога.

— Так не бывает. Человек тебе или нравится, или нет. — Рэйчел надула щеки, как делала это с самого детства, прежде чем сказать что-нибудь странное. — Хотя, все и так очевидно. Если бы герцог тебе не нравился, ты бы не общалась с ним так мило.

В комнату заглянула Анита, чтобы спросить, не желают ли они выпить чаю перед сном, что не позволило Вивьен объяснить сестре, что за последние два года она стала намного общительнее и куда дружелюбнее.

Из-за того, что в доме было недостаточно места, личную служанку Рэйчел пришлось отправить обратно в поместье. И забота сразу о двух леди в полной мере легла на плечи Аниты.

Хотя Вивьен успела стать достаточно самостоятельной и почти перестала нуждаться в услугах верной горничной.

Рэйчел с радостью согласилась выпить чаю и не уставала поражаться тому, насколько же маленьким был дом, в котором жила ее сестра. Слушая удивленные восклицания, Вивьен поймала себя на ощущении, что это с ней уже происходило. Всего несколько дней назад, с такой же безжалостной прямотой ее жилище раскритиковала и Мэделин.

Но если от слов постороннего человека было легко отмахнуться, к замечанию Рэйчел приходилось прислушаться. Для них троих в доме и правда было маловато места. Пришло время задуматься об аренде квартиры неподалеку.

Впрочем, сама Рэйчел новый опыт проживания в столь скромном месте восприняла с привычным ей оптимизмом. Это было необычно и в некоторой степени неудобно, но она принимала все.

Легкость характера, которую так ненавидел в Рэйчел граф Уилби, помогала ей проще относиться ко всему в жизни.

Пить чай пришлось на кухне, а не в гостиной или оранжерее, как привыкла Рэйчел? Она заняла место на подоконнике и следила за редкими прохожими и беспечно болтала ногами, с восторгом нарушая правила, которым обучали ее с самого детства.

Лишней комнаты не было, из-за чего сестрам пришлось делить кровать? Рэйчел не считала это неудобством и с упоением вспоминала, как пробиралась по ночам в спальню Вивьен, потому что ветви дерева за ее окном напоминали ей лапы каких-то чудовищ…

Единственное, что далось ей с невероятным трудом — раннее пробуждение.

Она сидела перед трюмо, сонно зевая, и позволяла Аните расчесывать волосы. Вивьен крутилась рядом, уже привыкшая вставать ранним утром, чтобы всё успевать.

Рэйчел зевнула и вздрогнула, когда в отражении, позади Аниты, неожиданно появилась Вивьен и потянулась к столику за шпильками. Чайник на плите уже начал беспокойно булькать, и она рассчитывала закрепить тугой пучок, в который скрутила волосы, раньше, чем вода закипит. Вивьен предпочитала снимать чайник до того, как он начинал посвистывать. Этот звук был ей глубоко неприятен.

— Ты сама укладываешь волосы? — удивилась Рэйчел.

Вивьен с гордостью кивнула.

— Сначала было неудобно и ничего не получалось, но я быстро научилась. Это оказалось совсем несложно, зато экономит время.

***

Каждое мгновение дня стало для Рэйчел новым и необычным опытом. Она исследовала весь магазин, воспользовавшись отсутствием в торговом зале большого количества посетителей. До Рождества осталось чуть больше суток, подготовка ко второму по важности празднику* подходила к завершающей части, из-за чего в магазин заглядывали лишь редкие покупательницы, вспомнившие о том, что всё ещё не купили благовония, чтобы воскурить их в храме богини.

______________________

Первый по значимости праздник — это, разумеется, день рождения королевы.

______________________

Рэйчел крутилась рядом с Вивьен и часто отвлекала, но та с терпением и пониманием относилась к ее деятельному и неутомимому нраву. Ей было намного спокойнее отвечать на множество странных и порой нелепых вопросов, но видеть сестру и знать, что она рядом и в безопасности.

Вивьен росла с Рэйчел и с детства привыкла о ней заботиться. Она лучше многих знала, какой человек ее сестра, и несмотря ни на что любила ее.

— И ты действительно придумала все эти штуки сама? — спрашивала Рэйчел, перебирая флаконы на полках торгового зала, с интересом вдыхая их запахи.

— Это не так уж сложно, если знать принцип. — признавалась Вивьен в ответ.

Во второй половине дня, когда стало ясно, что наплыва посетителей не предвидится, Вивьен скрылась в лаборатории, чтобы закончить наводить порядок в учетной книге и немного полюбоваться банковской выпиской с приличной суммой на счету.

Рэйчел увязалась за ней.

— Прямо как дома, — заметила она, осматриваясь. — Как у папы.

Вивьен рассеянно кивнула. Она видела только лабораторию отца, хотя иногда ездила с ним по делам к другим алхимикам. Однако те не пускали ребенка на свою рабочую территорию, поэтому у Вивьен не было возможности узнать, в каких условиях другие люди проводили свои опыты.

Повторение привычного интерьера было неизбежным, а Вивьен была еще слишком неопытна, чтобы обустроить всё с максимальным удобством для себя и своих нужд.

В лаборатории было мало интересного, большую часть оборудования было строжайше запрещено трогать, поэтому Рэйчел быстро заскучала. Подтащив к рабочему столу стул, давно пылившийся рядом с дистилляционной установкой, она села напротив сестры, всё глубже погружавшейся в унылый мир расчетов, и задремала, уложив голову на скрещенные руки.

Работы с учетной книгой у Вивьен оставалось совсем немного, так как она всегда старалась держать документы в порядке и добавлять новые данные по мере их появления. Она могла бы закончить за час, но из-за того, что постоянно отвлекалась, работа растянулась на целых три.

Вивьен часто поднимала глаза, чтобы посмотреть на сестру и убедиться, что она действительно рядом, и невольно задерживала на ней взгляд. Потом некстати вспоминала о брачном договоре герцога…

Всё складывалось слишком хорошо. Подходивший к концу год Вивьен могла по праву считать невероятно удачным.

Но смутное чувство тревоги отравляло радость.