Парфюмер для герцога (СИ) - Огинская Купава - Страница 25

— Твой вердикт?

— Аромат стал… плоским. И еще более мускусным. Он сбивает с ног… почти невыносим.

Вивьен с довольным видом кивнула.

— Этому меня научила алхимия. Есть реактивы, которые усиливают действия друг друга, есть такие, что полностью уничтожаются или сглаживают, вступив в реакцию. Поэтому нужно знать не только свойства самих реактивов, но и то, как они взаимодействуют между собой. Практика показала, что к парфюмерии это тоже применимо. Я добавила жасминовое масло в эти духи не для того, чтобы их было слышно, но чтобы сделать аромат глубже.

Ещё какое-то время посвятив Грэму, Вивьен засобиралась.

После разговора с ним ей стало значительно спокойнее. Уже покидая дом своего нового сотрудника, провожаемая его сестрой, Вивьен была остановлена робким:

— Госпожа…

Грэм и Миранда, пусть и были родственниками, внешне были мало похожи, но в поведении этой девочки, всё ещё болезненно худой и робкой, Вивьен видела неуверенные повадки её брата: например, привычка говорить полувопросительно, неуверенно, вечно сомневаясь в собственных словах, или взгляды исподлобья, чуть клоня голову набок и вжимая в плечи.

— Говори.

Как долго Миранда набиралась решимости и копила смелость, чтобы дождаться удобного момента и попросить о работе в парфюмерном магазине, Вивьен не знала. Но девочка истратила на это все силы и безвольно склонила голову.

Миранда понимала, что ей подыскивают хорошее место для обучения какому-нибудь ремеслу, поэтому решила рискнуть и попросить о том, чего действительно хотела:

— Я давно наблюдаю за тем, что делает брат. Это очень интересно, мне нравится…

Вивьен мягко приподняла её лицо за подбородок, поймала бегающий взгляд.

— Уверена, что хочешь заниматься именно этим?

Миранда кивнула.

— Грэму об этом говорила?

Помедлив, Миранда отрицательно качнула головой.

— Брат… С самого начала он занимался этим не потому, что хотел. У него не было выбора. Я не смогла признать.

— Хорошо, сделаем тебя помощницей Грэма. Пока будешь помогать ему и учиться. Как только сойдёт снег, у нас будет много работы, лишние руки пригодятся.

Вивьен идея нанять девочку понравилась. Конечно, подмастерье нужно оформлять официально, но пока скрывалась от тётушки, она успела пройти экзамен и получить бумагу, в которой говорилось, что Вивьен Райт — парфюмер. Да, самого низкого ранга, но даже такие имели право брать подмастерьев.

В магазин Вивьен вернулась уже в приподнятом настроении и застала посыльных, заносивших в торговый зал коробки. Прибыли покупки, сделанные Анитой утром — рождественские украшения.

Как только все покупки были скрыты за стеллажом в дальней части зала и аккуратно расставлены у стены, а посыльные удалились, Вивьен с довольным видом осмотрела зал.

Вечером все украшения предстояло развесить и съездить на зимнюю ярмарку за ёлкой, но всё это казалось приятными предпраздничными хлопотами. И встреча со скандальной дамой в канцелярии уже не казалась проблемой. Они не были представлены друг другу, и дама не знала Вивьен, а слухи о герцоге появлялись довольно часто, но быстро изживали себя, не подкреплённые новыми подробностями.

Мэделин, ворвавшаяся в торговый зал в самое загруженное время, оказалась неприятной неожиданностью, которая, впрочем, не смогла уничтожить хорошее настроение Вивьен.

Найдя свою цель покрасневшими, заплаканными глазами, Мэделин громко, дрожащим голосом провозгласила:

— Это не я! Я ничего не делала!

И разрыдалась.

Стайка пансионерок, вырвавшихся ненадолго из-под надзора наставницы и покупавших в магазине саше, с любопытством смотрели на неожиданное представление.

— Что именно ты не делала? — спросила Вивьен. Поставив плетёную корзинку с саше на прилавок, она неторопливо пошла к Мэделин, ещё не решив, стоит ли отчитать девушку или пожалеть.

— Я никого к тебе не подсылала!

— А…

Вивьен сразу поняла, в чём дело, и всё же, приобняв Мэделин за плечи, увела в кабинет, где усадила не прекращавшую рыдать девушку на диван и налила в хрустальный стакан воды, помедлив немного, Вивьен всё же добавила несколько капель успокоительного. Пузырёк с успокоительным, как и баночка нюхательной соли, всегда лежали в шкатулке, в уголке, на случай непредвиденных ситуаций.

Заставив Мэделин выпить всё до последней капли, Вивьен попросила:

— А теперь объясни, кто обвинил тебя в причастности к ночному происшествию?

Понадобилось некоторое время, чтобы девушка смогла прийти в себя и рассказать о том, что обвинили ее сразу два человека: дочь мясника из лавки в конце улицы и работница галантерейного магазина, занимавшего дом на противоположной стороне улицы.

Перед ночным нападением в «Флаконе» случилось сразу два скандальных явления: агрессивного мужчины и разгневанной Мэделин.

Но мужчина был арестован за нападение, и о нем быстро забыли. Зато взрывной характер Мэделин и ее непримиримая вражда с Вивьен были хорошо всем известны.

— Я бы так не поступила. Правда. Это низко…

— Чаю? — предложила Вивьен в надежде предотвратить новый приступ рыданий. Получив утвердительный кивок, она отошла к чайному уголку, откуда и продолжила:

— Я знаю, что это не ты наняла тех громил. Ты уже давно меня ненавидишь, но ничего подобного себе не позволяла, хотя разгромить мой магазин, когда я только его открыла и была особенно уязвима, хватило бы для того, чтобы от меня избавиться. Но ты этого не сделала.

В те времена у Вивьен почти не осталось денег после покупки здания и закупки всего необходимого. Если бы все оказалось уничтожено, она не смогла бы покрыть убытки. Это был бы конец.

— Это недостойное поведение для уважающей себя аристократки. — фыркнула Мэделин. Для нее парфюмерный магазин был всего лишь хобби — любимым и нежно лелеемым, но от его процветания не зависела ее жизнь. Поэтому она всегда говорила то, что думала, и верила в каждое сказанное слово. — Значит, ты им скажешь, что это была не я?

— После твоего… яркого появления в торговом зале, думаешь, моим словам поверят? И не решат, будто я покрываю тебя из жалости? Или от страха? — Вивьен аккуратно расставляла на подносе чашки, в центр поставила фарфоровый чайничек и два блюдца с печеньем, добавив то, которое, по словам герцога, очень любила его несносная племянница. — Кто знает, что мы сейчас обсуждаем за закрытыми дверьми? Вдруг ты мне угрожаешь?

Мэделин побагровела.

— Просто подожди, слухи забудутся сами собой.

— Я не могу… Это так ужасно. Я ведь не сделала ничего плохого, почему обвиняют меня?

— Для несдержанной особы ты довольно сильно зависишь от постороннего мнения. — заметила Вивьен.

— И ничего я… — Она шмыгнула носом и тихо поблагодарила, когда перед ней поставили чашку с чаем. — Мне лишь тяжело терпеть несправедливость.

— Хорошо, думаю, у меня есть идея, как мы можем прекратить эти сплетни.

Герцог предупредил Вивьен, что поможет ей с делами по опеке над сестрой безвозмездно, что она не обязана идти на поводу у его племянницы и создавать с ней духи. Это было очень мило, и Вивьен была ему искренне благодарна. Но она уже подобрала аромат, который можно было бы доработать вместе с Мэделин и представить как их совместное изобретение. Это будут простые духи, нежные и в то же время освежающие, без долгого шлейфа и ярких оттенков в звучании. Легкие и милые. За которые Вивьен не будет стыдно.

Мэделин заинтересованно подалась вперед. Она уже забыла о том, что злилась на Вивьен и не одобряла ее методы. Как забыла и о том, что успела наговорить в прошлом.

— Как?

— Мы создадим с тобой аромат. Как ты и хотела. Скажем, что твое недавнее возмутительное поведение было связано с рабочими процессами по подготовке духов. Если мы станем партнерами, слухи сами собой исчезнут. Какой смысл тебе громить мой магазин, если мы сотрудничаем?

— И мы правда сделаем духи? — тихо спросила Мэделин.

Вивьен очень этого не хотелось, но она кивнула. Это могло бы улучшить их отношения и избавить «Флакон» от периодических набегов скандальной особы. Так жизнь стала бы чуточку проще.