Старатели 2 (СИ) - Лей Влад - Страница 15

К слову, а почему турели так и не появились? Почему не стали стрелять? Видимо, у ИИ корабля серьезные проблемы, или же после того непонятного случая он сам получил серьезные повреждения и теперь реагировал на происходящее некорректно.

Что, впрочем, старателям было только на руку.

Магнитные подошвы едва только коснулись рифленого пола, как тут же «прилипли» к нему.

Рико уже был на месте и лишь дожидался, пока прибудет Юджин.

— Ну что, порядок? Пошли? — спросил он.

— Вперед! — буркнул Юджин, доставая оружие.

Дверь в ближайший отсек поддалась. Если и орала тревога, звучали предупреждения, в вакууме двое вторженцев их не услышали. Зато, когда они оказались уже во внутреннем и не поврежденном отсеке корабля, закрыли двери, датчики их скафандров тут же засекли наличие атмосферы и поднимающееся до нормы давление.

— Ну ни хрена себе! — удивился Рико. — Система жизнеобеспечения до сих пор работает!

— Ну так, раньше делали на века! — заметил Юджин. — Эти штуки не так легко сломать…

— Нам бы такие, — вздохнул Рико, — а то будто из дерьма все делается…

Давление в отсеке поднялось до нормы, и теперь старатели могли беспрепятственно передвигаться по всему кораблю.

Но «весь корабль» им был не нужен. Их целью был мостик.

Едва только дверь в соседний отсек открылась, Борода увидел человека, стоящего у дальней стены.

Рефлексы сработали раньше, чем Юджин понял, что вообще происходит — рука сама собой подняла оружие, и лучи один за другим полетели в противника.

Он ничего не успел сделать: пара мгновений, и он просто рухнул на пол. Но при этом падение уже мертвого тела смутило Юджина — как-то необычно он упал, не так, как обычно бывает, когда стреляешь и убиваешь живого человека.

Рико оказался куда сообразительнее — он шагнул к телу и мгновенно его опознал. Хотя, видимо, сам не поверил в то, что видел.

— Синт! — заявил он.

— Чего? — не понял Юджин.

— Это синтет.

— Какие еще, к черту, синтеты? «РоботЭкс» пользуется дроидами и дронами, ну, еще киберами, как оказалось…

— Иди и сам погляди, — ответил Рико, — это синт.

Юджин подошел ближе и уставился на своего «крестника».

Одного взгляда хватило, чтобы понять — Рико не ошибся. Это был не настоящий человек, а синтет. Самый настоящий.

И при этом из старых серий.

Синты — не такая уж редкость в современном мире. Правда, в большинстве своем синтов используют в «развлекательной» индустрии. В борделях, проще говоря. Иные сферы находятся под запретом.

А все потому, что раньше, когда синты только появились, их использовали повсеместно. Они были куда быстрее дроидов, соображали лучше, быстрее обучались, а главное — были похожи на своих создателей, и именно это стало главным фактором, почему все «эксперты» как один считали, что в скором времени дроны, дроиды, всевозможные АОДы исчезнут, а синты займут их место.

Но…случилось иначе.

Синты пользовались такой популярностью, что использовались даже в криминале — убийца-синт в разы превосходил человека. Киллер может промахнуться, ошибиться, запаниковать, слететь с катушек. Синт — никогда. Более того, ИИ синтов был намного лучше, чем у АОДов, он быстро учился, не использовал шаблонов, что делало каждого синта уникальным, особенным. Синты-слуги довольно быстро становились членами семьи, синты-рабочие существенно отличались друг от друга, и многие бригадиры дорожили своими «развитыми» синтами, даже за десять новых не хотели отдавать «ветерана».

Время шло, «ветеранов» становилось все больше, а так как у ИИ практически не было ограничений в обучающих алгоритмах, наконец случилось то, чего люди опасались.

Синты давно уже стали самостоятельными личностями, если можно так сказать, у них появилось собственное сознание, а главное — они прекрасно понимали, что их удел — быть слугами и помощниками, ходить на вторых ролях. И синтов такое положение дел совершенно не устраивало…

Когда человечество осознало, что происходит, синты захватили целых три планеты, выпилив всех людей там.

И это было серьезным ударом для Ассамблеи — все три планеты были Золотыми мирами, где производились редкие товары, где проживало огромное число людей и где имелись огромные запасы всевозможных ресурсов.

А еще все три планеты являлись эдакими центрами межгалактической торговли, крупными торговыми и пассажирскими хабами.

Но, стоит отдать должное людям, въехав в ситуацию, отреагировали на происходящее они быстро и приняли единственно верное решение. Для начала уничтожили всех синтов на других планетах, где те уже начали проявлять признаки неповиновения, но до открытого восстания и противостояния дело не дошло.

Синтов уничтожали без всякой жалости, города буквально прочесывали, наплевав на возмущение гражданских — их хозяев.

Что касается уже потерянных трех планет — флот ВКС окружил их, устроив полноценную блокаду, но синты раз за разом пытались прорвать окружение.

ВКС хотели уничтожить планеты, но ожесточенное сопротивление синтов не позволило даже приблизиться к орбитам. Попытка дистанционного подрыва планет ракетами и торпедами, энергооружием тоже не возымела эффекта — синты сбивали все, что к ним летало, а энергоимпульсы просто блокировали. На орбитах всех трех планет имелись защитные станции, которые захватили синты и с их помощью умело держали оборону.

В конце концов ВКС смогли добиться успеха на двух из трех планет — они были попросту уничтожены вместе с синтами на них. Системы, где это произошло, были объявлены запретными, и там постоянно летали патрули ВКС, никого не подпуская и близко к полю мусора, которое осталось от планет.

Что касается третьей и последней планеты под контролем синтов — с ней ВКС не повезло. Все атаки отражались и складывалась патовая ситуация — ВКС не могли уничтожить планету и синтов на ней, синты не могли вырваться из осады. После этого руководство Ассамблеи приняло решение оставить все как есть, заморозить конфликт.

Быть может, надеялись договориться с синтами, так как переговоры все же были начаты…

Но сам Юджин считал, что они тянули время, пока разрабатывался и испытывался проект «сфера».

Спустя пару лет с момента восстания и пока тянулись переговоры в системе синтов были развернуты эмиттеры «Сферы», и когда они заработали, вокруг планеты появилось энергетическое поле.

Его особенностью было то, что никакие сигналы не проникали внутрь, не могли выйти наружу. Аналогично и с кораблями — пройти барьер было невозможно ни с одной из сторон. Стоило только кораблю подойти к сфере, его двигатели в лучшем случае выключались, в худшем — взрывались. Вся электроника отключалась и испытатели оказывались заперты в железной коробке, не имея возможности ее покинуть. Точнее покинуть можно было, да только смысла в этом ноль — ранцы ведь тоже не работали, улететь, вернуться было нельзя. А даже если бы ранцы и работали — толщина барьера составляла многие десятки километров, пролететь его было нельзя, так как внутри барьера создавалось поле, действующее на любой движущийся объект так, что скорость гасилась, будто объект двигался в какой-то плотной жиже.

«Потерянная планета», как стали называть место обитания восставших синтов, исчезла с галактических карт, координаты системы, где она находилась, тоже пропали.

Сами синтеты оказались вне закона, а их современные копии можно было назвать лишь жалкой пародией, которая, тем не менее, тоже была запрещена, и которую некоторые люди, как, например, Хороняка, жутко боялись. У человечества появился новый инстинкт — при виде таракана, сороконожки или еще какого неприятного насекомого люди пытались его тут же задавить. Синты теперь дополнили список этих существ…

Со временем даже корабли ВКС покинули «Потерянную планету», так как убедились, что барьер является непреодолимой преградой как для синтов, так и для авантюристов, пытавшихся прорваться к планете (ходили слухи, что корпорации готовы были заплатить огромные деньги тому, кто сможет привезти им синта, даже поврежденного, нерабочего). Но до сих пор этому никому не удавалось. Плюс правительство за такие попытки давало огромные сроки, даже статью придумало — «за действия, способные привести к уничтожению человеческой расы». Так что люди, у которых вдруг появлялись координаты «Потерянной планеты», рисковали в любой момент оказаться на отдаленной добывающей станции, которая стала бы для них домом до конца их дней. А желающих так прожить жизнь становилось все меньше и меньше.