Адвокат вольного города 12 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 58

— Я Вам кое-что привёз. Газеты из Лондона, Нью-Йорка, Берлина.

— Не люблю немецкий, — процедил Никосий.

— А Вы всё же почитайте. Там смысл простой. Ваш покровитель от вас отказывается, потому что вы себя дискредитировали. Многие правители теперь хотят наказать Инквизицию, и вы стали ещё и юридическими изгоями.

— Мы берегли хрупкость мира и истребляли демонов.

— Нарушали международные законы и действовали в чужих юрисдикциях, казнили без суда и следствия, пытали и применяли запрещённую магию.

— Это просто бесплодная попытка очернить наше дело.

— Не бесплодная, Никосий. О вас теперь знает весь мир.

— Наш покровитель Вас покарает.

— Разберёмся. Не в первый раз.

Глава 25

Великий Курултай

Сонных, ведь многие были с похмелья, ханов рассадили на специально построенной трибуне, вышла группа музыкантов, нанятых в Новосибирске, и они сыграли несколько мелодий. Медленную, потом быструю, снова медленную.

Вышла полненькая певица и зычным голосом спела проникновенную песню, что-то там про поля, степи, холмы и солнце над головой.

Ханы отреагировали дежурным похлопыванием.

Культурная программа была насыщенной, и они принимали как данность то, что их всюду таскают, возят и развлекают.

Потом ханов как детишек повели в шатёр (за утро его переставили) к лагерю близ казино, где усадили завтракать, а заодно аккуратно, чтобы не переросло в запой, похмелили.

Казино было пока закрыто.

Позавтракавших ханов повели и это уже делал я, по городу. Откуда ни возьмись тут же к нам присоединились и Шпренгер, и Палмер, присматривали за ханами и друг за другом.

Дядя Миша был среди ханов и носил по этому поводу белоснежный тюрбан с золочёными кисточками, а Юба ходил гоголем внутри толпы. Он же вроде как правитель принимающей страны.

— Там у нас строится железнодорожный вокзал, — я ткнул пальцев в направлении стройки. Вокзал был за пределами стены, так что увидеть его было никак нельзя.

— Только для пассажиров? — блеснул знаниями хан Каратай.

— Нет, товарная составляющая важнейшая. Мы намерены стать крупных торговым хабом для всей Степи.

— Аркадий-брат, — усмехнулся Каратай, — а можем мы подняться на стену? Ну, посмотреть.

— Этого в программе нет… Но, в конце концов у нас же знакомство с городом, пойдёмте.

На стену вели наклонные каменные лестницы, и мы поднялись по одной такой на полосу стены.

Я боялся, чтобы кто-нибудь из ханов после вчерашнего не свалился со стены, закосплеив Шалтая-Болтая, а заодно запустив процесс престолонаследия в своем государстве, однако, обошлось.

Вид отсюда открывался крайне одухотворяющий.

— Там вокзал? — спросил Казгирей, для которого эта поездка стала первой в его статусе правителя ногайского ханства.

— Да, там вокзал.

— А оттуда били англичане из пушек, — с видом знатока показывал Каратай. — Там был наш лагерь, здесь тайгу затопило и Аркадий нас окружил с пулемётами.

Он рассказывал о войне, как о каком-то приключении, а меня те воспоминания слегка пугали. Мы тогда висели на волоске, как же хорошо, что всё закончилось.

— А когда мы увидим пулемёты? — спросил кто-то из пожилых каганов.

— Сейчас чуть глянем город, порт посмотрим, всё посмотрим, пощупаем.

…

— Это наш порт.

— А почему река такая широкая? — озадаченно спросил Юба.

— Всегда такая была, — привычно соврал я.

— Может, у вас там дамба?

— Нет, река Хозяйка очень полноводная и глубокая. Мы применили земснаряд и расчистили путь до Бийска, теперь лодки и самоходные баржи возят грузы туда и оттуда. А тут у нас рынок.

Территория рынка, громадная и расчерченная ровно по квадратно-гнездовому принципу на них тоже произвела впечатление.

Да, пока что заполнено было от силы десять процентов территории, но даже так ханы и каганы видели, что потенциал огромный.

— Я хан Жангир, — выделился из толпы невысокий широкоплечий хан и пожал мне руку.

— Приятно познакомиться.

— В моём жузе хорошая торговля, мы находимся на Великом шёлковом пути. А почему вы решили, что тут будет столько торговцев? Вы же на отшибе?

Я подошёл к торговцу, который торговал какими-то недорогими тканями и не глядя, купил отрез светлой ткани в пару метров, потом устроился у него же около прилавка, разложив ткань, принялся рисовать ручкой из кармана пиджака.

— Тут мы. Тут Китай. Вот тракт до середины Степи, тут такой же до Кустового.

— По старой памяти построили? Вы же оттуда, Аркадий-тигэн?

— Да, я там даже кто-то вроде найома, граф-владетель. Но это не важно. Теперь, — я продолжил рисовать, — у меня железнодорожный путь до Бийска, а это выход в систему железных дорог Российский империи. Весомо?

— Ну да, мы свои товары можем через вас продать в империю.

— Не только свои. Южнее Афганистан, а вы торгуете товарами даже из Индии. Вы можете организовать трафик какого-то товара. Плюс, — я провёл стрелочку на юго-восток, — Китай.

— У вас нет сухопутного пути.

— Прямого нет. Только через вас. Зато есть авиационный.

— Самолёты?

— У меня самый крупный аэропорт в регионе. И отсутствие таможенного законодательства.

— То есть, вы транзитный пункт для торговцев неба?

— Ну, где транзитный, там и торговый. Сегодня китайцы ставят торговые палатки, завтра везут товары. То же самое делаете вы, делают русские купцы. Кто-то покупает, продаёт. И это в условиях нулевых налогов.

— Как в степных стойбищах?

— Да, но у меня условий более цивилизованные — склады, безопасность, дороги, банк и так далее.

— А Ваш интерес?

— Ну, это же всё моё, я как-то заработаю на обслуживании процессов.

После часа брожения по городу, в ходе которого высокая делегация увидела банк, радиостанцию (она пока не работала, наш техник и радиоведущий Вадим Яруткин был в пути, ещё не приехал), порт с пирсами и кранами, рыночную зону, ремонтный док, дошли, наконец и до огороженного пространства в углу города — нашего временного полигона.

— Итак, что мы имеем? — я взял и взвесил в руках автомат.

Ну да, машинка увесистая, но в пределах разумного, народ у нас сильный, ничего, упрут.

Самое главное, что этот автомат не напоминал ни автомат Калашникова, ни американскую штурмовую винтовку M16, ни так называемый (ошибочно) «Шмайссер» — немецкий автомат времён Второй мировой MP 38/40.

То есть, его конструкция не выдавала меня, как попаданца. Собственно, это одна из причин, почему я никак не участвовал в его разработке.

— Итак, автомат Радова, АР-4. Длина ствола четыреста сорок миллиметров, общая длина девятьсот десять, пистолетная рукоять, на цевье ещё одна уменьшенная рукоять, это я попросил. Магазин барабанного типа, на тридцать шесть патронов.

Ханы стрельбу и оружие любили. Над полигоном была тишина, они ловили каждое моё слово.

Я приставил к плечу автомат и выстрелил в мишень.

Оба выстрела легли почти в центр.

— Темпы стрельбы одиночный, двойной, очередь без ограничений. Стрельба с плеча, с пояса, с положения лёжа. Прицельная дальность пятьсот метров, убойная — километр.

— Это как?

— Пуля будет лететь по траектории. Автомат будет снабжён планкой для стрельбы на большом расстоянии, но прицельная точность на таком расстоянии не гарантируется.

— Можно? — вперёд шагнул хан Казгирей, который был когда-то кадровым военным.

Я дал ему автомат.

Ещё несколько штук лежали на столе и их тоже разобрали другие ханы.

Мишеней было два десятка, между степными правителями метался инженер Радов, который показывал механизм переключения огня, предохранитель и вообще, чтобы дети степей друг друга не поубивали раньше времени.

Очень скоро они принялись палить в мишени и результат стрельбы произвёл на них очень благоприятное впечатление.

— Ствол усилен вольфрамом, некоторые детали тоже, плюс никелировка, локальное закаливание.