Капитали$т. Часть 5. 1991 (СИ) - Росси Деметрио - Страница 24

Мы ехали на встречу с воровским положенцем Зимой. Ехали не в ресторан, а на заброшенный стадион зарытого спортивного интерната. Встреча была назначена в безлюдном месте, это свидетельствовало о натянутых, мягко говоря — не дружеских отношениях. Очень мягко говоря… Криминальный мир подозревал Матвея в убийстве Немца, и все знали о том, что Матвей связан с нашими структурами.

— Не нужно было вам ехать, — сказал Матвей, когда мы были на полпути к стадиону. — Лишний риск. Сами бы съездили, объяснили. Не в первый раз…

— Не парься, — ответил я ободряюще, — кашу-то мы заварили, а не ты. Вот и будем расхлебывать.

— Тут вопрос, — сказал Матвей, — взял Зима бабки у Абхаза или не взял?..

— Взял или не взял, вот в чем вопрос! — сымпровизировал я. — Говорю, не парься! Если даже взял, съехать ему будет непросто… Особенно, если много народа с собой приведет. Как перед своими потом оправдается?

— А он точно толпу сейчас приведет! — развеселился Валерик, который сидел рядом со мной на заднем сидении «Ауди». — Я слышал про этого деятеля, он по жизни не особо смелый. Да и на нас произвести впечатление постарается. Главное, чтобы шмалять с перепугу не начали.

— Не-не! — покачал головой Матвей. — Это же «синие». Они языком почесать любят, сейчас вам причешут про «порядочно — непорядочно»… Лекцию прочитает, сто пудов.

К стадиону спортинтерната мы подъехали на трех машинах, всего вдесятером. Подъехали вовремя, но там нас уже ждали — собравшихся было по меньшей мере в три раза больше.

— Йес! — воскликнул Валерик радостно. — Говорил же, Зима толпу приведет! Где он сам, кстати? Я его в рожу не знаю…

— Вон он, длинный в сером плаще, — махнул рукой Матвей. — Все, выходим! Леха, говоришь, как условились. Не нервничайте, если до махача дойдет — эта толпа нам на пять минут делов. — Матвей был самоуверен

— Так у них железки у каждого, — усомнился Валерик. — Не, махач не катит. Даешь дипломатию!

Зима оказался высоким мужчиной с помятым отечным лицом и пронзительным взглядом. Лет ему можно было дать тридцать пять, а можно было и пятьдесят.

— Спортсмены приехали, — усмехнулся он не дружелюбно, но и не агрессивно. — Здорово, спортсмены! Чего звали, рассказывайте.

— Расскажем, — сказал Матвей, в расслабленной позе которого чувствовалось скрытое напряжение. — Вот, наш товарищ. Он расскажет.

— Ну рассказывай, товарищ, — снова усмехнулся Зима. — Я так понял, речь о покойном Немце пойдет?

— Все верно, — сказал я. — Речь пойдет о покойном Немце, с которым мы нормально общались и поддерживали отношения. Вы все в курсе, что некоторое время назад у нас возник конфликт с «чехами» на рынке?

— Ну слыхали, — подтвердил Зима.

— Ребята невежливо себя вели, — продолжил рассказывать я, — получили немного по заслугам. А их старшего мы отправили к Немцу, чтобы он с ним разобрался. Ведь рынок это его территория по уговору.

— Да такое каждый день по сто раз, — сказал Зима скептически. — К Немцу все время на разбор кого-то тянули. Чего ты хочешь сказать, что это «чехи» его грохнули?

— Недавно «чехи» приехали в наш офис, — продолжил я, игнорируя вопрос Зимы, — просили денег. Ну и, как у них водится, угрожали. И состоялся у нас любопытный разговор. — Я замолчал.

— Ну и че за разговор? — безразличным тоном спросил Зима, в глазах которого свернуло любопытство.

— Сейчас. — Я махнул рукой сидевшему в «Ауди» Валерику. Валерик вышел из машины и направился к нам. В руках у него был японский двухкассетник.

— Предлагаю всем послушать, о чем мы говорили, — громко объявил я. Движимые любопытством парни столпились вокруг нас. Валерик нажал на «PLAY». Из японских динамиков полилось:

'- Меня Алексей зовут.

— Абу. А вы неплохие ребята, не испугались. Приятно удивили.

— Отбоялись свое. Послушайте, Абу… Вы же понимаете, что денег мы никаких не дадим? Это я вам говорю абсолютно точно. И всю эту херню с угрозами — убьем, зарежем и прочее… я это слушаю уж пятый год. Честно скажу, надоело.

— Все так говорят. Все говорят — не дадим денег. Грубят, посылают, все смелые на словах. Ничего, никто никуда не делся. А если кто-то мешать начинает, то поступаем как с этим «синим» у кабака.

— Понятно. Получается, что или мы вам платим двадцатку «зелени», или война? Из-за стоимости двух иномарок будем друг друга убивать?

— Не понял ничего. Молодой еще. Но так и быть, я расскажу, молодых учить нужно. Мы за вас узнавали, за вашу фирму. Мне не нужно тебя убивать, молодой. Понимаешь? Мне нужно, чтобы ты заплатил деньги. Даже не так важно сколько!

— Потому что, если мы заплатим, то другие и подавно никуда не денутся.

— Молодец! Быстро соображаешь! Я только намекнул, а ты сразу все понял!'

Запись закончилась и Валерик нажал на «STOP».

Нам удалось произвести впечатление на собравшихся. Сначала гробовая тишина — секунд на пять. А потом собравшаяся толпа взорвалась! Дикий мат, горящие ненавистью глаза и готовность прямо сейчас ехать и вершить суд и расправу! Зима молчал, вид у него был задумчивый…

Глава 13

— Мы эту «балалайку» с кассетой вам оставим, — сказал я. — А вы уж сами думайте, как поступить.

— Подумаем, — хрипло сказал Зима. — за это не беспокойся. Разберемся. Я вот что у вас узнать хочу — вы сами что делать собираетесь?

— Работать собираемся, как и раньше работали, — сказал Валерик. — Мы вообще-то коммерсанты, а не бандиты.

Зима бросил косой взгляд на Матвея и криво усмехнулся.

— Коммерсанты… Как-то слишком кучеряво живете, коммерсанты. Захапали столько всего… Не делитесь, людей не уважаете. Ко мне не пришли, не представились… Так же не делается! А о тебе вообще базар особый! — отнесся Зима к Матвею. — А сейчас чего хотите? Чтобы мы вас от «чехов» спасли?

— Вообще ничего не хотим, — ответил я. — Мы вам кассету отдали. Теперь думайте. А защитить себя мы и сами сможем. И от «чехов», и от кого угодно.

Зима оказался в сложной ситуации. Кассета с записанным разговором всех впечатлила, просто спустить на тормозах убийство своего предшественника Немца было бы для Зимы потерей лица и авторитета. А прямое противостояние с чеченцами — риск. Зима прекрасно знал, что кавказцы скоры на расправу и в длительные дискуссии вступать не будут. Плюс к тому, он терпеть не мог Матвея, и гораздо охотнее повоевал бы с нами, чем с чеченцами…

— Мой вам совет, — сказал он назидательно, — определяйтесь по жизни. Если бы с нами дружили, никакие «чехи» бы к вам не сунулись. И все было бы ровно. А так, вы одни на льдине, получается. И постоянно будет такая херня всплывать, разборки, рамсы и прочее. А я здесь поставлен на положение, и обязан смотреть за тем, чтобы между порядочными людьми все ровно было.

Матвей толкнул меня в бок — его прогноз о том, что Зима начнет читать лекцию, полностью сбылся. Я с трудом сдержал улыбку.

— Мы давно определились, — сказал Валерик, глядя себе под ноги. — Мы бизнесом занимаемся. В чужие дела не лезем и в свои посторонних не пускаем. Такая у нас постановка.

— Как же не лезете⁈ — возмутился Зима. — Вы рынки под себя забрали! Магазин «Родина»! Автосервисы! Это кроме того, что водяра тоже под вами! Вот ты, — Зима махнул рукой в сторону Матвея, — получаешь бабки с кооператоров и спекулянтов, а сам кто ты есть? Сколько сидел?

— А чего ему сидеть? — сказал я весело, хлопнув Матвея по плечу. — У нашего товарища с мозгами все нормально. Он же не дебил какой, чтобы после каждого дела его менты на цугундер тянули.

Это было почти прямое оскорбление, но Зима предпочел его не заметить.

— Короче, я свое слово сказал, — пафосно заявил он. — Определяйтесь. А что касается нашего товарища… покойного Немца… мы найдем виновных.

— Рад был пообщаться, — кивнул я.

— Чао! — бросил Валерик. Матвей не сказал ничего, только ухмыльнулся.