Мы – инопланетяне. Гексалогия (СИ) - Тарарев Александр - Страница 58

Особое внимание уделено подводным кораблям, которые использовали уникальные технологии для оптимизации их работы в экстремальных условиях. Некоторые из них были оборудованы автономными системами для глубоководных исследований, включая специализированные датчики и роботов для сбора данных о морском дне и его обитателях.

Каждое судно в ангаре готово к различным миссиям, и команда не могла не почувствовать волнения от перспективы использования этих передовых технологий в предстоящей работе.

– Корабли, что надо, – только и смог сказать Петр, а в сознании бежала колонка совершенно невероятными с техническими характеристиками.

– Можете попробовать их прямо сейчас, – предложила Амазонка.

– Нет, – твердо ответил Петр, – сначала дело, где находится аппарат для погружения в недра Земли?

– В лабораторно‑производственном комплексе.

– Веди, – кивнул Петр.

Глава 4

Субтерина

Амазонка повела их по бесчисленным коридорам базы, остановилась перед лифтом и пригласила всех войти.

– Нам нужно еще спускаться? – удивилась Адлат.

– Да, лабораторно‑производственный комплекс находится на глубине пятьсот метров. То, что вы видели, всего лишь вершина айсберга, основная часть базы расположена в коре планеты.

– Очень умно, – вновь восхитился Медми, а Адлат, помимо воли, начинала ревновать и с раздражением бросила.

– Зачем тогда располагать часть базы на дне океана, можно было сразу расположить весь комплекс в коре на глубине, – Амазонка, не замечая раздражения Адлат, ответила подробно.

– Вы правы, капитан, действительно, постройка верхней части иррациональна, но вам понравилось?

– Конечно, как такая красота может не понравиться… – помимо воли, ответила Адлат.

– Именно, так думали люди прошлого, они смогли убедить меня, что на дне океана редко кто бывает, и можно создать красивый дизайн базы для будущих поколений. Вот вы и есть будущие поколения, они оказались правы: вы удивлены и дизайном, и красотой базы.

Лифт наконец остановился, и они вышли, очутившись в тоннеле, хорошо освещенном и облицованным каким‑то светящимся материалом, Медми было хотел задать вопрос, но, посмотрев на Адлат, не решился. Они вошли в огромный зал, усыпанный, как соты, круглыми отверстиями, закрытыми люками.

– Мы пришли, – сказала Амазонка, с гордостью указывая на центральный транспортный узел базы. – Это транспортное сердце нашего комплекса. Отсюда вы можете попасть в любой сектор базы. Все пространство базы пронизано транспортными тоннелями, создавая сложную сеть, которая соединяет все ключевые зоны и функциональные секторы. Это позволяет нам эффективно перемещаться, быстро реагировать на любые запросы или экстренные ситуации.

Она провела команду к массивной капсуле, расположенной в центре транспортного узла. Капсула выполнена из прочного композитного материала, способного выдерживать экстремальные давления. Ее гладкие и аэродинамические формы резко контрастировали с техническими элементами вокруг. На внешней стороне отчетливо видна специальная система магнитной левитации, предназначенная для минимизации трения и обеспечения плавного перемещения по тоннелям.

– Прошу в капсулу, – сказала Амазонка, отступая в сторону и пропуская команду внутрь.

Как только команда разместилась внутри, система автоматической безопасности активировалась. Кресла капсулы подстроились под фигуры пассажиров, обеспечивая максимальный комфорт и безопасность. Над головой каждого находились панели управления с простыми и понятными инструкциями, а также экранные дисплеи, отображавшие текущую информацию о маршруте и состоянии системы.

– Обратите внимание на систему активной безопасности, – продолжила Амазонка, – которая управляет нашей поездкой. Каждый тоннель оснащен внутренними сенсорами, которые отслеживают наше движение, а также обеспечивают предотвращение столкновений и корректировку маршрута в реальном времени.

Как только все были готовы, капсула начала движение. Первоначально это движение казалось довольно медленным, но, по мере того как капсула вошла в транспортный тоннель, скорость увеличилась. Тоннели были построены с использованием специальных технологий: их внутренние стены покрыты отражающим материалом, который снижал акустическое и техническое загрязнение, создавая ощущение невесомости.

Тоннели представляли собой сложные трехмерные структуры с множеством ответвлений и пересечений, которые создавали сеть из подземных путей, связывающих различные секторы базы. Внутренние стенки тоннелей были оснащены диодными полосами, которые подсвечивали путь, создавая светящийся коридор. Вентиляционные системы также были интегрированы в конструкции тоннелей, поддерживая циркуляцию воздуха и предотвращая накопление загрязняющих частиц.

По мере того, как капсула продолжала движение, команда наблюдала за сменой пейзажей за прозрачными стенками, которые не баловали разнообразием: сначала они видели технические блоки и серверные помещения, затем сложные системы трубопроводов и кабелей, которые передавали ресурсы и данные между различными частями базы.

После получаса спуска по транспортным тоннелям капсула замедлила движение и, наконец, остановилась у конечной точки. Открылась, и команда вышла в просторное помещение. Петр осмотрелся и задал давно интересующий его вопрос:

– Амазонка, скажи, на какой мы сейчас глубине? – взглянув на экран навигации, Амазонка, улыбаясь, ответила:

– Глубина небольшая, три километра. Однако этот сектор расположен обособленно и подготовлен для будущего старта аппарата.

– Очень предусмотрительно, – одобрил Петр. Его голос наполняло уважение, и это ощущалось в каждом слове.

– Спасибо, командующий, – Амазонка не сдержала смущенную улыбку. – Меня очень редко кто‑то благодарит.

– Теперь ситуация изменится, – сказал Петр искренне. – Мы все восхищены тем, что ты сделала. Но ты упомянула аппарат.

– Да, верно, – подтвердила Амазонка. – Это аппарат для передвижения в недрах планеты Земля.

– Аппарат? Как‑то не слишком поэтично звучит, не находишь? – заметил Петр, подмигнув.

Амазонка рассмеялась, ее глаза заблестели от удовольствия.

– Я так и знала, началось. Вы такие же, как люди прошлого, – вам всегда нужна красота и романтика даже в названиях.

– Разве это плохо? – спросил Петр. – Вместе с нами, я имею в виду людьми всех поколений, ты тоже изменилась, – Амазонка кивнула, ее лицо озарилось пониманием.

– Возможно, командующий. Что вы предлагаете? – Петр вытащил небольшой планшет и, сверившись с ним, предложил:

– Мое предложение банально простое: назвать аппарат «СУБТЕРИНА», что как бы означает «лодка для плавания в недрах Земли», и дать ему имя «КРОТ».

Амазонка задумалась на мгновение, потом ее лицо осветилось одобрением.

– Возражений нет. Что думает команда? – обратилась она к группе. Команда согласилась.

– Тогда так тому и быть, – сказала Амазонка. – Субтерина готова к полевым испытаниям. Признайтесь, командующий, такое название вы придумали под воздействием прошлого вашей страны под названием СССР?

Петр усмехнулся, кидая на нее теплый взгляд:

– Верно. В Советском Союзе была построена первая субтерина «Боевой Крот». «Боевой» я решил опустить, но остальное вполне подходит. Эти имена – символ нашего стремления и изобретательности.

Амазонка мягко кивнула, ее голос наполнился признательностью:

– Я впечатлена. Ваша история и память об этих символах действительно вдохновляют. Иметь такую связь с прошлым – это большая честь.

Петр обернулся к команде, глаза его горели воодушевлением:

– Мы должны помнить, что наше будущее строится на фундаменте прошлого. И я уверен, что «Крот» станет символом новых достижений так же, как и его предшественник.

Все в комнате почувствовали эту связь времен, и это придавало новому начинанию еще больше смысла и значимости.