Влюбленный астроном - Лорен Антуан - Страница 40

Родственники за столом застыли. Гийом взял свой черный плащ и вышел, хлопнув дверью. Его нож так и остался торчать посреди стола. Сидящие за ним торопливо перекрестились.

Гийом направлялся к дому Потье. Он шагал в своих черных сапогах по лужам, образовавшимся после недавнего дождя с грозой, пока не свернул на тропинку, которая вела к огромному, сколько хватало глаз, яблоневому саду. Когда он ступил под деревья, налетел порыв ветра, и на его синий с позолотой редингот, полинявший под солнцем Индийского океана, пролился град капель, оставив след в виде темных точек.

– Гийом! – услышал он крик.

Человек, сбивавший длинной палкой яблоки с деревьев, бросил ее и кинулся ему навстречу.

– Пьер, мой дорогой Пьер! – задыхаясь от волнения, проговорил Гийом. – Ты все так же пасешь свои яблони!

– Гийом! – повторил тот и прижался к синему рединготу.

Они обнялись. Пьер – работник в имении Потье – с детства был с большими странностями. Сильный и добрый, он разговаривал с камнями, с деревьями и с облаками. Однажды, учась в семинарии, Гийом написал текст о том, что знает лучшего из людей, и уверен, что тот обязательно войдет в Царствие Божие. Он имел в виду Пьера.

– Ты вернулся со звезд! – воскликнул Пьер. – Ты вернулся и стал таким красивым.

– Пьер! – Гийом еще крепче обнял его. – Скажи, Потье дома?

Пьер кивнул.

Гийом толкнул дверь. Семейство Потье встретило его с не меньшей, чем Пьер, радостью. Они достали бутылку лучшего кальвадоса урожая 1609 года, хранившуюся в подвале со времен Генриха IV и успевшую покрыться многолетней пылью.

– А где же ваша дочь, Мари-Мишель? Ее нет дома?

Отец семейства отрицательно покачал головой.

– С ней что-то случилось? Только не это! С тех пор как я ступил на сушу, на меня свалилось слишком много несчастий. Еще одного я не переживу!

– О нет, Гийом, она жива и здорова, – ответил отец. – Она сейчас у своей тетки Мадлен, той, что живет возле пляжа. Неделю назад тетушка занемогла, и Мари-Мишель перебралась к ней, чтобы ухаживать за больной.

– Сходи к ней, Гийом, – сказала мать. – Она тебе обрадуется. Все эти годы она писала твоему покровителю, герцогу.

– Я оседлаю тебе лошадь, – предложил отец.

Лошадь поднялась на холм, и Гийом увидел дом тетушки Потье, выходящий на мыс Агон. Он натянул вожжи, спрыгнул на землю и погладил блестящую морду животного. У дверей висел железный молоток. Гийом трижды стукнул, отворил дверь и через переднюю прошел в большую гостиную, окна которой выходили на залив. В комнате пахло супом. Обстановка была ему знакома – когда-то давно он несколько раз приходил сюда вместе с Потье и их маленькой дочкой. Он показывал ей созвездия. Справа от камина стояла кровать, в которой лежала хрупкая пожилая женщина. Гийом приблизился:

– Тетушка Потье, я позволил себе войти в незапертую дверь. Меня зовут Гийом Лежантиль де ла Галазьер.

Тетушка повернула к нему голову и улыбнулась.

– Ты астроном Гийом. Значит, ты вернулся из своих странствий.

– Да, я вернулся, – сказал он и опустился возле кровати на колени.

Она протянула ему свою невесомую руку и с теплотой посмотрела на него.

– А я вот неудачно упала… Да и вообще я постарела. Хорошо, что Мари-Мишель обо мне заботится. Славная девочка… Ступай к ней, Гийом. Она пошла прогуляться на мост.

Он шел по пляжу, и его черные сапоги утопали в песке. Ветер носил клубки травы и сухих водорослей. С пригорка он заметил длинный хрупкий понтонный мост на сваях, врезающийся в залив Агон; его использовали только во время прилива. Сейчас море отступило, оставив за собой неглубокие болотца, в которых отражалось розовеющее небо. На самом конце моста стояла женщина в светлом платье. Она смотрела вдаль, на море. Гийом спустился с дюны и пошел прямо по воде, такой же розоватой. Поднялся по ступенькам и двинулся к краю моста. Деревянные доски настила скрипели под его шагами. Женщина в светлом платье обернулась и, приложив ко лбу руку, стала вглядываться в приближающегося к ней человека. Когда расстояние между ними сократилось до десятка метров, Гийом наконец сумел рассмотреть ее лицо. Белокурая девочка, которой он показывал звезды, исчезла. Вместо нее появилась двадцатилетняя женщина с нежными и правильными чертами лица, с длинными каштановыми волосами, с розовыми, словно нарисованными кистью, губами и большими темными глазами. Вдруг эти глаза наполнились влагой.

– Гийом… – прошептала она, прижимая руку ко рту. – Гийом, ты вернулся.

Видя его перед собой наяву, она не могла сдержать слез. Такая же буря чувств бушевала в груди астронома. Задул ветер, и Гийом испугался, что эту тонкую фигурку в светлом платье сейчас унесет его порывом. Она закрыла глаза и не шевелилась. Он быстро обнял ее, а потом стал перед ней на колени. Так они простояли какое-то время, пока она не пришла в себя и не открыла глаза.

– Ты вернулся, – снова прошептала она. – Ты правда вернулся.

– Я правда вернулся. – Гийом склонил голову.

– Я так давно жду тебя, – сказала Мари-Мишель. – Я считала дни. Я дважды в год писала герцогу. Я дала обет, что никогда не выйду замуж за другого. Я молилась. И мои молитвы были услышаны.

– Один мудрый человек сказал мне, что я ищу не звезды, а любовь. И что я найду ее в конце своих странствий.

– Поцелуй меня, Гийом, – прошептала Мари-Мишель и закрыла глаза.

Астроном нашел своими губами ее губы, и они слились в поцелуе – первом в жизни и для него, и для нее. Мари-Мишель открыла глаза.

– Я привез тебе два сокровища. Одно – с неба, другое – со дна моря. – Гийом сунул руку в карман жилета. – Вот, это осколок звездной пыли. – И он протянул ей кусочек метеорита, одиннадцать лет назад подобранного на палубе «Ле Беррье».

Мари-Мишель взяла метеорит своими тонкими пальчиками, и ее лицо озарила восхищенная, как в детстве, улыбка. Он достал жемчужину и вложил ей в ладонь.

– Я отправился на край света в поисках черной жемчужины, которая проходит перед солнцем, а возвращаюсь с розовой жемчужиной.

Она осторожно взяла жемчужину, зажав ее между большим и указательным пальцами.

– Гийом…

Она поднесла жемчужину к глазам, закрыв ею в поле своего зрения заходящее солнце. Жемчужина окрасилась в цвет неба.

Эпилог

Гийом Лежантиль де ла Галазьер женился на Мари-Мишель Потье. У них родилась дочь, Мари-Аделаида. Лежантиль несколько лет работал над книгой «Путешествие по Индийскому океану, предпринятое повелением Короля по случаю прохождения Венеры перед диском Солнца 6 июня 1761 года и 3-го числа того же месяца 1769 года». Первый том его труда вышел в свет в королевском издательстве в 1779 году, второй – в 1781-м. Он продолжал астрономические наблюдения, остался академиком, проиграл своим родственникам процесс о наследстве и прочитал множество лекций об Индийском океане, его фауне и флоре, его течениях, островах и обычаях населяющих их народов. Исследователи, отправляясь в эту часть света, пользовались его сочинением как справочным материалом.

Астроном умер осенью 1792 года, в разгар Французской революции, в своей квартире при Королевской обсерватории.

Мы не знаем, что он сказал перед смертью. Мы не знаем даже, как он выглядел. Не сохранилось ни одного его портрета – в виде наброска, или рисунка, или гравюры. Ничего. Если набрать в интернете его имя, выскакивают картинки с изображением других персонажей его эпохи, а иногда и другой. Судя по всему, алгоритм сети не допускает, чтобы такой знаменитый человек не имел лица.

Тем не менее это факт.

Ксавье Лемерсье и Алиса Капитен живут в Париже. Они по-прежнему влюблены друг в друга. Свои квартиры они продали и купили другую, в том же квартале, с огромным балконом, с которого открывается вид на Эйфелеву башню и восхитительные закаты. Эстер и Оливье сейчас по 21 году. Эстер недавно рассталась с бойфрендом, а Оливье – со своей девушкой. Оливье все чаще задается вопросом, а может, на самом деле он влюблен в Эстер. Эстер задает себе тот же вопрос по поводу Оливье. Но они об этом не говорят. Пока.