Начальник милиции. Книга 6 (СИ) - Дамиров Рафаэль - Страница 7

— Сразу ликвидировать? Не задержать? Не то что мне его жалко, наоборот. С удовольствием пустил бы пулю в лоб. Но нужно действовать с толком.

— Именно ликвидировать, — с твёрдой уверенностью кивнула она. — Да живым он и не дастся. Я же говорю — бешеный хищник.

— Хорошо. Когда я его пристрелю, я тебе позвоню. Оставь свой телефон.

— Вот… — Вера протянула листочек, вырванный из записной книжки. — Это номер моей московской квартиры.

— Ты москвичка? Этого следовало ожидать.

— Я везде бываю. Куда служба отправит, — улыбнулась Вера. — Рада была с тобой работать, Саша. Прощай…

— До свидания, — кивнул я, но Вера восприняла кивок, как приглашение к поцелую, наклонилась в ответ, и мои руки сами обхватили стан девушки и притянули ее к себе. Мы поцеловались.

Приятное тепло разлилось по телу. Вера мне нравилась. Почти как Алена. Они такие разные, но меня к ним тянет. Хорошие девушки.

Вера встала и зашагала по дорожке из парка. Торопливо и не оглядываясь, будто скрывала что-то в последний момент. Уже на выходе я заметил, как она достала из сумочки платочек и поднесла его к лицу. Думала, я не увижу со спины, но я разглядел. И у самого навернулась слезинка.

Что же… Может, оно и к лучшему, ведь я с Аленой — у нас всё спокойно и серьёзно. Но почему-то я был на сто процентов уверен, что с Верой мы еще пересечемся…

Я вошел в задние ДОСААФ, погулял по пустым коридорам, осмотрелся. На стенах плакаты о том, как надевать противогаз, как бросать гранату, как оказывать первую помощь. Много кабинетов, но всё и вправду будто вымерло. Где-то играет радиоприемник. Я пошел на звук. Из динамика слышалась радиопередача «В рабочий полдень». Любили ее советские граждане послушать на обеде, ведь самое ценное в этой программе было то, что в 12:40 передавали концерт по заявкам слушателей, могли включить и что-то из зарубежной эстрады.

— Здравствуйте, — я вошел в распахнутую дверь и очутился в просторном кабинете.

За столом с немногочисленными папками и бумагами чаевничал квадратный мужик в потертом старомодном пиджаке, надетом поверх свитера.

— Здоровее видали, — недружелюбно смерил он меня взглядом, обмакивая сушку в чай. — Запись на курсы вождения — через кабинет по коридору. И вообще приходи завтра, сегодня там никого нет. А лучше через неделю.

Он стал обсасывать сушку, старательно причмокивая. Приемник на его столе запел голосом Лещенко.

Начальник поморщился, видимо, не очень уважал Льва Валерьяновича, и, покрутив ручку приемника, переключился на «Маяк», там вещали новости.

— Я не на вождение записываться пришел, — улыбнулся я и прошел вглубь кабинета, прямо к его столу.

— Э, паря, — забеспокоился и отложил сушку квадратный. — Ты кто? Я тебя не разрешал войти.

Я взял стул, поставил его напротив собеседника и сел.

— Я — начальник милиции.

От автора

Друзья! Рекомендую свой роман КУКУШКА. Он был написан для экранизации. На Автортудей я его выкладывать не планировал, но рискнул. КУКУШКУ читатели приняли очень восторженно, сам не ожидал, и сейчас она в горячих новинках.

Там главный герой девушка и нет попаданцев. Жанр: боевик, современная проза.

Сегодня скидка на книгу 35%. Читать здесь: https://author.today/work/407521

Глава 4

От моих слов хозяина кабинета будто перекосило. Он сглотнул и в одну секунду, хотя и с видимым усилием, сменил недовольство на натянутую улыбку.

— Э-э… А где же Петр Петрович? — заискивающе спросил он.

— На повышение пошел, в Угледарск, — ответил я и представился: — Морозов Александр Александрович, капитан милиции. Теперь руковожу Зарыбинским ГОВД. А вы, получается, товарищ Чижиков?

— Трудомир Платонович, — закивал квадратный.

Лыба с его хитрой морды не сходила, видимо, рыльце в каком-то пушку — уж больно сильно он переменился, когда узнал, кто перед ним.

— Рад знакомству, — дежурно заверил я. — Я вот по какому делу пришел, уважаемый Трудомир Платонович. Мы клуб служебного собаководства хотим открыть с товарищем Покровским.

— Похвально, — прихлопнул ладонями Чижиков. — Только при чем тут я?

— Как это при чем? В ДОСААФ-то клуб и будет. Не в школе же его устраивать.

— А-а… — с грустью протянул начальник, — То есть, это я должен его открыть?

Глаза его забегали, мыслительный процесс пошел.

— Да, конечно… Но вы не беспокойтесь, с нашей стороны — поможем. На всех уровнях посодействуем.

— Открытие клуба — это процесс долгий, и не факт, что разрешат нам единицу инструктора еще одну вводить. Да и не рассчитано наше здание на собак, — забубнил тот. — Площадки нет, класса оборудованного нет. Ой, не знаю, не знаю…

Чижиков захотел спрыгнуть. Жаль, что он не мой подчиненный. К тому же ДОСААФ стоит особняком от горкома, исполкома и прочих властных структур города. Это детище Минобороны, и воздействовать, то есть надавить, на него через Покровского не выйдет. Однако и я, можно сказать, не с пустыми руками пришёл — у меня есть свои рычаги убеждения, милицейские. Я немного подготовился к встрече с Чижиковым, пробил, так сказать, ситуацию.

— Послушай, Трудомай Платонович, — сухо проговорил я.

— Трудомир, — поправил меня Чижиков.

— Без разницы. Я тут во дворике твоем ЗИЛок учебный видел. В землю врос, колеса подспущены, весь пылью покрылся. Сразу видно, что не езжена давно машина.

— Там кардан полетел, — заверил квадратный, округляя полные кристальной честности глаза.

— Ну, я так и подумал, ага… и наладить все никак не можешь?

— Заказали запчасть, ждем, — беспомощно пожал плечами начальник, еще больше изображая саму честность и невинность.

— Пешком идет?

— Кто пешком идет? — не понял квадратный.

— Запчасть эта. С самого завода, да?

— Что вы себе позволяете? — снова оквадратился тот. — Я попрошу вас…

Я произнёс голосом уже совсем другим:

— Слушай сюда, товарищ Чижиков. Я проверил, по данным ГАИ твои воспитанники заваливают экзамены по вождению. Массово. Причем билеты решают нормально, а практику, само вождение, сдать не могут. Вот такой казус у тебя курсанты допускают. Что скажешь?

— Так глупые, неумехи, эх… молодежь сейчас не та. Вот в наше время…

— Только мне почему-то кажется, что с курсантами никто толком не занимается, в смысле — практическим вождением. Поэтому и провалы. Удобно устроился, Трудодень Платонович… А что? Машина на приколе, бензин списывается, занятия по бумажкам, якобы, шатко-валко, проводятся. А талоны на топливо не расходуются, а в твоём кармане, стало быть, оседают…

— Вы обвиняете меня? — квадратный отвесил челюсть и закатил глаза. — Да я каждую копеечку государственную берегу.

— Ой ли, Пыжиков.

— Чижиков, — снова поправил начальник.

— Ага, точно… А если мы проверим эти твои копеечки?

— Что? — сглотнул квадратный, одновременно краснея и потея.

— Вот этот талон я изъял на заправке… — я выложил перед ним на стол талон на бензин Главнефтеснаба РСФСР. — Он погашен. И знаешь, кто его отоварил?

— Не могу знать, — раздувал щеки Чижиков, косясь на квиток.

— Ты его использовал, морда бессовестная. В личных целях. Топливозаправщица на тебя указала.

— Ну, знаете ли! Талоны типовые, они все одинаковые, — замахал руками Чижиков, но не очень убедительно.

— Все, да не все. В Зарыбинске не так много предприятий, которые по талонам заправляются. По пальцам можно пересчитать. Я вот запрошу в области проверку по линии БХСС сюда. Вот и проверим, сколько у тебя по учетной документации бьется списаний бензина, выкатки учебных часов, сравним с показанием пробега на учебном автотранспорте. Уверен, нестыковочка вылезет тебе в пару — не сотен или там тысяч, а лет общего режима, как расхитителю социалистической собственности.

— Не надо БХСС… — пробормотал начальник ДОСААФ, весь как-то сдуваясь, — пожалуйста… Я всё сделаю. И клуб организую, и инструктора найду подходящего. Всё, всё, только скажите.