Элирм VII (СИ) - Готлейб Владимир - Страница 42

— Я не согласен. Но даже несмотря на это, я был готов уладить все миром. Зарыть топор войны. Помнишь, что я сказал тебе там, у порталов? «Верни мне „Возмездие“. Отдашь мне щит по-хорошему, и обещаю: я и мои люди постараемся забыть о случившемся досадном недоразумении».

— Ты бы не забыл, — ответил я.

Затем наклонился и подбросил пару поленьев в камин.

— Нет, не забыл, — подтвердил Фройлин. — Но я бы сделал вам скидку на то, что на Эль-Лире вы новички. И если бы вы проявили должное почтение и вели себя без всяких нареканий, то я…

— И что бы нас ожидало? — перебил я. — Камера? Пытки? Годик-другой на одной из тех «ферм»?

— А даже если и так? Это бы помогло избежать большого кровопролития.

— Нет, не помогло бы. Твой отец хотел войны. Искал повода. Взрыв пятьдесят четвертой арки портала, убийство наследного принца Аламара Аль-Шакти, покушение на жизнь Менэлия Налима Первого, закон «об особом статусе „двадцать первых“». Как он там говорил? Заманили в ловушку и попытались обезглавить Небесный Доминион? Убить бога Зилота? Того, кто, отправившись зачищать Землю, знатно огреб, после чего обозлился и хорошенько промыл вам мозги? — я почувствовал, что начинаю закипать. — Твой отец инициировал децимацию! Уничтожение каждого десятого космического корабля! Более двухсот тысяч человек на его совести! Ты это понимаешь?

— Вы — недолюди. Не жалко.

Отвернувшись, пару раз я глубоко вздохнул. Достаточно быстро вернул себе спокойствие и продолжил, краем глаза заприметив показавшегося из-за угла гостя: крошечного мышонка, заинтересованно поглядывающего на нас глазками-бусинками.

— Уверен, это не твои слова. И не твои убеждения. А люди… люди всегда безжалостны к тем, кто не как они. И в этом плане вы ничем от нас не отличаетесь. Те же чувства, те же эмоции, те же проблемы.

— Отличаемся.

— И чем же?

— Тем, что спасение надо заслужить. А вы схитрили. Прорвались на Эль-Лир словно беженцы. И хотите иметь те же права, что и остальные? Нет, Эо О’Вайоми, вы просто жалкие слабаки, которые, сами того не зная, ухватили удачу за хвост. И к сожалению, тотчас же позабыли о своем месте в иерархии.

— М-да… а ты, я так понимаю, заслуживал… — хмыкнул я. — Ну вот теперь ты стал человеком первого уровня. Более здоровым и сильным, нежели подавляющее большинство землян, но несмотря на это без конца ноешь и скулишь. Беспомощный как ребенок. Так и кто слабак?

Белар не ответил. Лишь сурово нахмурился, пристально рассматривая языки пламени.

— Но это не важно, — продолжил я. — Важно то, что сейчас с высоты набранного опыта я бы поступил иначе. Я бы проглотил обиду и пошел дальше подметать улицы. А что бы сделал ты? Приложил максимум усилий, чтобы раздавить нас на месте?

Как и прежде, паладин не ответил. Долго, очень долго молчал и наконец насмешливо покачал головой.

— Какая же ты дешевка.

— Дешевка?

— Вся твоя слава произошла из противостояния мне и моему отцу. А каждый наш промах был для тебя удобной ступенькой на пути к возвышению. Не будь нас, ты бы так и остался никем. Поэтому нет. Ты бы не стал ничего менять. Слишком длинная череда удач, чтобы разменивать их на обычную жизнь, — усмехнулся эльф. — Богатство, признание, нахождение среди тех, кто влияет на судьбы. Ты на Эль-Лире всего ничего, но уже общаешься с Аполло и Кайном в статусе равных. Как и позволяешь себе то, что не позволил бы ни один. Поэтому нет, Вайоми, ты — всего-навсего гребаный лицемер, оправдывающий себя тем, что якобы ты всего этого не хотел.

— Чего именно я не хотел? Боли? Смертей? Переживаний за друзей и человечество в целом? Бесконечных ранений и рек крови? Лично я бы с удовольствием променял все эти прелести на спокойную жизнь.

— Которой у тебя не будет. Ведь как я уже сказал, ты перешел черту. Примирение невозможно.

— Что ж, рад послужить твоим Рубиконом… — съязвил я и, бросив взгляд на окончательно пропитавшийся «тортик», спросил: — «Медовик» будешь?

— «Медовик»?

— Десерт. Вон стоит, — указал я.

— Не понимаю… — Белар удивленно склонил голову набок. — Только что я угрожал тебе жестокой расправой, но несмотря на это ты все равно готов поделиться со мной десертом? Да что ты за человек такой?

— Не знаю, — пожал плечами я. — Русский, наверное.

— Какой?

— Не важно. Тебе не понять. Да и нет, честно говоря, желания поддаваться твоему настроению.

Разрезав торт на четыре части, я передал Фройлину половину.

— Кстати, ты вкусно готовишь.

— Ну, если понравилось, то в следующий раз обязательно приготовлю тебе эвтаназию. Под сливочным соусом.

Улыбнувшись собственной шутке, я отщипнул край лепешки и бросил его мышонку, однако тот неожиданно повел себя странно.

Поначалу я подумал, что это аберрация зрения, либо банальная усталость, но когда зверек подбежал к еде в третий раз, а затем снова «откатился» назад, понял: что-то не так. Грызун «фризил». Более того, влекомый чувством голода он подбегал к кусочку лепешки, вдруг оказывался в метре позади и заново повторял весь этот путь, словно действовал в бесконечно замкнутом цикле.

— Что это с ним⁈ — как и я, Белар сильно напрягся.

— Это баг. Ошибка в системе, приводящая к неожиданному поведению программы и, как следствие, выдаче некорректного результата, — догадался я. — Одна задача ожидает завершения другой, но последняя завершается с ошибкой или не завершается вовсе.

— И что это значит⁈

— Что-то с Диедарнисом…

Резко сорвавшись с места, я подбежал к окну и оторвал лист фанеры. Да так и застыл, ибо ночное небо, насколько хватало глаз, гремело и полыхало одновременно жутким и грандиозным светопреставлением. Мириады огней, мигающих и переливающихся на черном фоне словно куски битых пикселей, и пульсирующая высоко в стратосфере гигантская брешь. Светящаяся дыра, из которой под чудовищным напором бил поток воды равный размеру этой самой дыры! Мощнейший водопад диаметром в сотни метров, появившийся вблизи того самого места, с которого я стартанул.

Понятно, что настолько далеко человеческий глаз видеть не может, но я будто бы знал, что, с грохотом низвергаясь на землю, потоки воды ударялись о невидимую преграду и текли по кругу, стремительно заключая всю нашу карту в кольцо. То, которое впоследствии будет сжиматься. Поглощать все больше территории, пока не останется крохотный пятачок.

— Боги, ну конечно! — неожиданно обрадовался эльф. — Пять дней!

— Что «пять дней»⁈

— Я говорил! Перед тем, как отправиться на дно океана, офицерам Небесного Доминиона были даны четкие указания: если мы не покажемся на поверхности в течение пяти дней — они начнут сбрасывать на титана глубинные бомбы! То, что ты видишь — это не гром и не молнии! Это бомбардировка!

— Да неужели? — кисло поморщился я. — Тогда какого хрена ты радуешься, придурок? Лучше молись, чтобы они прекратили! Или чтобы подводные течения снесли все эти бомбы к чертовой матери! Иначе Диедарнис сделает все, чтобы мы остались с ним навсегда!

Удивительно, но услышав мои слова, улыбка действительно сползла с лица Фройлина. А затем и вовсе сменилась на гримасу испуга: мы осознали, что оба определили расстояние неверно — границы кольца оказались значительно ближе. Где-то на уровне той теплицы, где выжившие люди сражались с армией Омуд-Хая.

Испытание «Бездна Диедарниса». Количество участников: 25

Испытание «Бездна Диедарниса». Количество участников: 24

Испытание «Бездна Диедарниса». Количество участников: 23

Глава 10

Глава 10

— Проклятье… как же ты меня задрал… — выругался Белар. — Да что опять тебя не устраивает⁈

Как и я, паладин стоял на вершине холма и пристально изучал взглядом округу: далекие покатые скалы справа и слева и простирающуюся между ними долину из хвойного леса. Не мертвого и не лысого, что уже было привычно, а вполне себе вечнозеленого, да и к тому же залитого солнечным светом.