Тайны портового города (СИ) - Крылова Катерина - Страница 53

— Там в любом случае на тропе, что он указал, будут ведьмачьи сигналки. Раз уж он больше ничем не пользуется и из слуг у него один мальчишка. Кстати, вот тоже странно. Он столько денег из казны Сарагосса потянул, а охраны нет? Либо слишком самонадеянный, либо мы чего-то не знаем! — это включился Табола.

— Он самонадеянный! — раздался слабый и глухой голос от двери.

Все обернулись. Рийна стояла бледная до синевы. Опиралась на дверной косяк, упрямо глядя прямо на мага. Табола решил, что раз его женщина хочет геройствовать, то кто он такой, чтобы получать проклятья за заботу. Но все равно обиделся. Говорил же, отдыхать! Без нее разберутся!

Один из магов из отряда Карна, кажется тот, который был с ней в разведгруппе, вскочил со стула иподошел к женщине, ЕГО женщине, помог устроится за столом. Что-то шепнул ей на ухо. Она так же тихо ответила, тот оскалился или это улбынулся, потому что показал в улыбке, кажется, ВСЕ свои зубы и пошел к очагу. Там поставил котелок с водой на огонь. Молча вернулся и встал за спиной Риа. Она откинулась на него как на спинку стула.

Тем временем беседа продолжалась. Это только Таби следил за тем, что там Ри и кто за ней вьется!

— Ты думаешь? — спросил Карн. — Обоснуй выводы. Иначе мы можем принять неправильные решения.

— Да, конечно. Массимо тоже видел и, думаю, пересказал. Но! Почему я уверена, что у него нет больше людей на подхвате. Первое, он все, то есть абсолютно все, охранные нити запитал на руны. Им нужно по капле крови ведьмака с правильным наговором в несколько седмиц, чтобы функционировать. Были бы у него лишние люди, он бы запитал на ИХ крови, не на своей. Да и их рядом бы приставил. Хоть пару человек дом обходить, — она опять шепнула что-то стоящему за ней магу и тот отошел к очагу и начал кидать в котелок какие-то травы, извлекая их из кошеля на своем поясе, — Второе, он поставил проклятийные ловушки, которые уже лет двести как в Империи запрещены, и настроил их на узнавание, то есть не срабатывание, только на трех человек. Себя, графиню и этого мальчика. Кстати, у мальчика магический потенциал, и, похоже, что ведьмак его учит. Ну, как умеет. У нас силы разные, леи нас слушаются по-другому. Но вот, что знает, то дает.

Маг принес Рийне чашку с отваром из того котелка. Она обняла ее ладошками, понюхала и чуть откинулась на этого самого парня, как на спинку стула. Табола ощутил укол ревности. Сам себе удивился, но понял, что это точно ревность. Потому что мага-стихийника хотелось оттолкнуть от нее, впечатать в стену и испепелить. На месте!

Тот перехватил его взгляд и улыбнулся. Нагло так.

— Массимо, — тем временем говорил Карн. — Ты эти ее слова как можешь опровергнуть?

— Да никак! — отозвался Массимо, и Табола проследил, что тот кинул негодующий взгляд на мага, что стоял за Риа. — Думаю, что ведьма права во всем. И да, думаю, что на тропе будут сигнальные нити на рунах, которые будут сообщать магу о том, что пан Казик едет. И вряд ли они запитаны на его кровь. Учитывая, что про эту дорогу даже граф не знал, то там будут ждать только Казика. А потому, нам нужен ведьмак, чтобы это заранее просчитать. Ииии, собственно, действующие лица!

— Ребят, сыграть просто охрану, скрыть свои искры от ведьмака, вы сможете. Я вам зелье сварю. Но пана Казика сыграть будет сложнее. Черный волшебник, а попросту упырь, в обряде же опирается на дату рождения, которую в любом случае надо найти сходную. Он не зря выбрал его из всех претендентов, не зря пригласил заранее, а чтобы перепроверить схемы ритуала по лунным суткам. А ведь нужно подобрать еще и внешность!!! — Рийна, выпив приготовленный магом-стихийником отвар, порозовела и пришла в чувство. Как минимум, перестала быть похожа на мифического кладбищенского живого мертвеца.

— Дядько, а когда родился пан Казик? — спросил Таби.

— Девятого березня, лет как уже 29 назад…

— Тогда подойду только я, — улыбнулся опять во весь оскал маг-стихийник, что стоял за Риа.

— Джесс?! — воскликнул Карн, — нет, ты не пойдешь. Ты же огненный, слишком яркий!

— Ну, Ри же обещала искру спрятать… — пожал тот голыми плечами. Только сейчас Таби понял, что это единственный маг, который стоял босиком в одних кожаных штанах и одной жилетке на голое тело. Огненный, конечно же! Еще и молодой, ему итак жарко. Длинная челка скрывала не поллица, а шрам от ожога в поллица! Ревность при этом никуда не ушла. — и я родился десятого березня ровно 29 лет назад.

— А лицо? — спросил Таби.

— А кто знает, что у маркиза такого нет? — ответил Джесс.

— Никто, — отозвался Богдан. Он вообще фигура такая… без портретов и пиетета даже в родном герцогстве. Говорят люди, что маркиз ущербный получился. Можем как раз на твой шрам и списать.

— Шрам? — обернулась к нему в удивлении Рийна.

— Риа, а ты что, только что увидела? — не смог сдержать ехидства Табола, — что твой друг «меченый»?

— Я и не заметила, — не отреагировала она на него, разглядывая Джесса. Тот даже смутился и отступил от нее, отворачиваясь в темноту. — Да я это уберу в несколько седмиц, если хочешь.

— Не хочу, — ответил тот. Голос звучал жестко и глухо.

— И ладно, ты итак красивый, — отвернулась девушка к своей чашке, не замечая какой радостью и надеждой сверкнули глаза огневика. — А зелье, чтобы спрятать искры ваши, мне надо начинать варить прямо сейчас. Поэтому договаривайтесь быстрее.

— Варить надо в любом случае, — произнес Карн.

Риа вышла, сообщив, что возьмет нужные травы и гримуар в своей комнате. Табола чуть было не вышел за ней, чтобы спросить, что это такое было сейчас с этим огненным. Его остановил вопрос Джоя Сарагоссы.

— А что мне делать? Раз уж я такой простофиля, что упустил жену, деньги и даже собственное графство?

— А ты еще не понял? — вдруг резко спросил дядько Богдан. — Детей спасать! Пока мы с одним ведьмаком едем останавливать твою жену и ее любовника, ты с другим и отрядом стражи, прихватив одного из оборотней, мчишься спасать своих детей!

Для Джоя это, казалось, была отрезвляющая пощечина. До слов Богдана он сидел поникший, упустивший из рук все нити своей жизни. А после них — поднял голову, глаза загорелись и взгляд обрел осмысленность.

— Вы ягхрово правы! Свив с ней с женой! Дети-то мои! Табола, — обратился он к магу. — Вы же возьмете своего ведьмака, пусть Рина поедет со мной за детьми, мало ли там что!

— Нет! — вдруг включился в разговор Тобинг, который до этого слушал все совещание молча. — Я поеду с вами, ваше сиятельство. Рийна там уже была, они уже сработались с разведгруппой. Я поеду с вами. Она даст мне данные лей, чтобы мы смогли тихо забрать детей. Потом я присоединюсь к отрядам в доме, чтобы поддержать.

— Отличный план, Тобинг, — отозвался Карн. — Я дам вам карту местности, чтобы вы сразу от поместья шли к нам на помощь, а граф вывезет детей.

Ведьмак на службе Императора кивнул, соглашаясь.

— Отлично, — отозвался дель Наварра, — теперь по пунктам…

Они начали согласовывать время и расписывать место каждого в этом действии. Пришедшая Рийна прислушивалась и варила свое зелье. Тобинг обсуждал с графом схему их «похищения детей».

Спустя несколько наров Богдан сыграл тупого вояку, Рийна оказалась штурмующей единицей, пан Казик со своим секретарем уложены спать под дерево, а в карете отправился Джесс в казиковых шмотках в направлении Дома Рималя.

Ведьмак Тобинг

Он еще на галере понял, что не сможет противостоять Черному волшебнику. Он пересматривал известные схемы, свои гримуары и даже книги, которые у него были от учителя. Но не мог найти связи, кроме той, которую уже сообщили маги от вестника из Каралата. Поэтому готовился к смерти, не только своей. Он готовился захватить с собой и того ведьмака, который переступил черту. И, да помогут Тобингу леи, он как раз и знал, и безусловно верил в то, что леи покарают отступников, пережить это поручение Ковена.

Ведьма ему не понравилась сразу. Только не сразу Тобинг понял почему. Дело было в его гордости или даже гордыне. Какая-то болотная самоучка была и сильнее, и мудрее него. Она первая докопалась в чем там дело. При этом она была храбрее и готова вступить в противостояние. Она — да, а он — точно нет. Он боялся и даже знал, что проиграет. Но проигрывать было нельзя. Он мог только взять врага с собой! Во имя Ковена и Империи! Поэтому, когда граф Сарагосса заговорил, Тобинг решил, что отправится за детьми. Нет-нет, он собирался потом прийти на помощь, но только если они итак уже выиграют сражение. Если нет, то нет. Жить Тобингу хотелось больше, чем быть героем.