Обратный отсчет (СИ) - Лебедев Евгений Николаевич - Страница 27

Я был очень доволен своей игрой. Получалось всё, за исключением забитых голов. Заработанный пенальти и три результативных паса за час игры — это тоже отличный результат. Особенно приятно было видеть, как полный стадион провожал меня бурными аплодисментами. Зрители встали и не опускались на свои места, пока не возобновилась игра.

Покидая поле, я пожелал удачи Майклу. Это был его дебютный выход за основную команду.

— Отличная игра, Алекс! Я вижу, Танке вернулся! — Сэр Алекс приобнял меня и свободной рукой взъерошил мои мокрые волосы.

— Он никуда не уходил, — с улыбкой бросил я и направился на скамейку запасных, где начал отбивать «пятюни» довольным одноклубникам и сотрудникам команды.

Матч закончился нашей уверенной победой со счётом 7:1. Все были в восторге от результата, за исключением немногих болельщиков «Портсмута» и их игроков. После финального свистка стадион взорвался аплодисментами, и болельщики стоя выкрикивали имя сэра Алекса. Вы хотели праздника — и вы его получили!

На следующее утро Лена с Женькой умотали на машине в Ливерпуль на какую-то художественную выставку какого-то знаменитого скульптора, а может, и художника, фамилию которого я даже не пытался запоминать. Меня, конечно, приглашали присоединиться к их дружной компании, куда записалась их новая подружка Бетти (сам был в шоке от такой новости), но я вежливо отказался, решив посветить этот выходной написанию новой песни. Девочки отнеслись к моему решению с пониманием и попросили вечером услышать готовую композицию под аккомпанемент пианино, который стоял в просторной гостиной на втором этаже наших апартаментов.

Работа над песней заняла много времени. Пока придумал новые строки в припеве, пока вспоминал мелодию и подбирал нужные ноты, мой организм успел сильно проголодаться. Взглянув на часы, ужаснулся — было уже начало третьего.

Быстро одевшись, спустился на лифте в ресторан и заказал обед, который схомячил минут за десять. Только начал наслаждаться чаем с бергамотом и выковыривать из зубов остатки мяса, как мой мобильный телефон, лежавший на краю стола, завибрировал (я специально отключал звук мелодии), и на экране появилась надпись на русском: «Уазза Шрекович».

— Алекс, привет! Чем занят?

— Сижу в ресторане, в зубах ковыряюсь, — спокойно ответил я, разглядывая в панорамное окно соседнее здание.

— Слушай, я тут подумал, а не устроить ли нам маленький праздник в честь моего вчерашнего покера. Посидим, пожарим мясо на углях, пивка выпьем.

Я не спешил с ответом. По его слегка нагловатой интонации я сразу понял, что он уже успел выпить, и, скорее всего, это было не пиво.

— Алекс, не молчи, давай подкатывай со своими девчонками, а то мне скучно. Колин ещё с утра умотала к родителям. Её бабушка при смерти. Ну что скажешь?

— А Неце будет? Ты ему звонил? — сломав зубочистку, уточнил я.

— Он почему-то недоступен. Дрыхнет, наверное, — усмехнулся Уэйн.

— Ага. Это дело он любит, — хмыкнул я. — Ладно, дружище, я приеду, но только один. Мои красавицы умотали с раннего утра на выставку в Ливерпуль.

— Отлично! — завизжал от радости Руни. — Я знал, что ты меня не бросишь. В магазин заезжать не нужно. Уже всё куплено.

— Тогда жди. Примерно через полтора часа подъеду. До встречи, юный алкоголик, — усмехнулся я и отключился.

Дорога до деревни Престбери, где в двухэтажном особняке жил Руни, заняла примерно сорок минут. Проехав мимо небольшого озера, я свернул направо и через пару минут уже подъезжал к парадному входу его огромного дома. Достав мобильный телефон, я позвонил Уэйну.

— Я на месте. Иди открывать ворота и встречай дорогого гостя. Надеюсь, ты ещё не сильно напился? — усмехнулся я, вылезая из машины и глядя на окна. Практически по всему дому горел свет. И это мне показалось очень странным. Он что, темноты боится?

Вместо ответа я услышал подобие хрюканья, потом громкий смех и пьяное: «Ты приехал? Это хорошо. Подожди. Я щас. Только спущусь». Прошло несколько минут, но никто не спешил открывать двери.

Он что, издевается? Спуститься со второго этажа — минутное дело, даже меньше. Позвонил на его мобильник, но трубку никто не брал. Я ещё подождал пару минут, так как понимал, что Уэйн принял на грудь изрядную порцию спиртного. Затем начал ломиться в дверь и громко его звать. Но и это не принесло мне положительного результата. Я снова набрал номер друга, и снова пролетела рядом птица обломинго. Я стал заглядывать в ближайшие окна, где горел свет. Но никого не увидел в доме.

— Сука! — заорал я, уже понимая, что с этим алкоголиком что-то случилось. Дверь закрыта, на окнах первого этажа встроенные металлические решётки. В дом я при всём желании не попаду. Колин дома нет. Её номер мобильника мне неизвестен. И встал извечный русский вопрос: «Что делать и как быть?».

Я посмотрел на часы — прошло уже двенадцать минут с момента последнего разговора с другом. Я был в полном замешательстве и начал паниковать. В России в подобной ситуации можно было бы обратиться в полицию, скорую помощь или службу спасения, объяснив им, что произошло. Но здесь, в Англии, что делать? Где искать помощь?

Я подумал о том, чтобы взять что-нибудь тяжёлое и попытаться сломать дверь, но, увидев прочные двери, сразу отбросил эту идею.

— Так, для начала нужно успокоиться и всё хорошенько обдумать, — произнёс я, прислонившись к капоту своей машины. — Необходимо связаться с кем-нибудь из местных и объяснить ситуацию… Кажется, это будет Бетти.

Я тут же набрал её номер, гудки шли, но она не брала трубку.

— Сука! Что за непруха, — заорал я и набрал номер Лены.

Не сразу, но она взяла трубку.

— Да, Сашуля, мы скоро уже будем…

— Лен, где Бетти? — взволнованно спросил я.

— В машине, с нами, — растерянно выдала она и тут же добавила: — Что случилось?

— Лен, потом. Дай трубку Бетти.

Спустя пару секунд я услышал взволнованный голос своей неудачной соблазнительницы.

— Алло, Алекс! Слушаю.

— Бетти, я приехал к Уэйну и… — на мгновение замялся я. — По ходу, с ним случилась беда. Он в доме и не открывает. Хотя, когда я подъехал, мы с ним общались по телефону, и он пошёл открывать дверь, но до сих пор этого не сделал. И по голосу он был сильно пьяным. Жопой чувствую, с ним что-то случилось…

— Я поняла, Алекс. Успокойся и оставайся на месте. Я сейчас всё решу. Будь на связи. Всё будет хорошо, — уверенным голосом сказала она, и я с облегчением выдохнул.

«Всё, что мог, я для него уже сделал. Теперь остаётся надеяться, что мой друг жив и с ним ничего не случилось… И на хера я вообще к нему поехал? Не хотел же. Но поехал», — подумал я и, обхватив руками голову, стал ждать приезда экстренных служб Англии или какого-нибудь чуда. Открывается дверь, и трезвые Руни и Неце весело орут: «Ну что, повёлся? Это был розыгрыш!».

Глава 9

Англия. Манчестер. 5 — 6 ноября 2006 года.

После разговора с Бетти я остался наедине со своими мыслями и почти сразу почувствовал себя немного подавленным. Я искренне переживал за своего британского друга и не мог успокоиться. Мысль о том, что из-за меня он мог получить какие-либо повреждения или, не дай бог, погибнуть, не давала мне покоя.

Я ещё не знал, что произошло с Уэйном, но меня уже одолевало чувство вины. Ведь это я приехал к нему, и именно для меня он поспешил открыть двери своего дома. С другой стороны, это он пригласил меня к себе, и я не заставлял его пить столько алкоголя…

Так, стоп! Что-то я слишком сильно себя накручиваю. Нужно успокоиться. Ситуация с Руни — это лишь неудачное стечение обстоятельств, которое никак не связано со мной. Я же не виноват в том, что он напился до беспамятства и не контролировал себя. Мог бы дождаться меня, и мы бы культурно посидели и отметили его вчерашний «покер» и моё участие в его голах.

Но почему мне так хреново? Почему?