Иномирная супруга дракона 2 (СИ) - Коротаева Ольга - Страница 26

Он помрачнел и сильнее прижал меня к себе, а я всё выводила круги, занимая ими весь лист, а потом начала сглаживать пересечения, как привыкла в нейрографике. Муж вздохнул:

— Ты задела болезненную тему. Мы с отцом спорим уже три года, но он настаивает на том, чтобы как можно дольше сохранять видимость мира. Я же считаю, что нельзя закрывать глаза. Война давно идёт, Дана. И я хочу вскрыть этот нарыв до того, как он взорвётся, залив земли всех королевств кровью разных рас.

Я сменила брусочек и, взяв оранжевый, позволила себе бездумно водить им по бумаге. вырисовывалась белка, как на гербе людей.

— Войну начал король Лан? — спросила Гордэра.

Он кивнул:

— Отношения между драконами и людьми всегда были натянутыми, и теперь ты знаешь причину, но когда трон Эбрнст взошёл на трон, всё усугубилось. Он начал выдвигать оскорбительные требования, но владыка драконов каждый раз уступал, и человечишка стал жаден. В конце концов, он потребовал, чтобы князь драконьей крови взял в жёны человеческую девушку.

— Да, я помню, — смеясь, я поцеловала его в щёку. — Так мы и обручились.

— Лан хотел вбить клин между мной и отцом, — едва заметно улыбнувшись моим словам, продолжил Гордэр. — Его цель уничтожить Шиер, а отец этого не понимает.

Я нарисовала белке ещё один хвост.

— Кстати, а почему на гербе людей у белки три хвоста? Что это значит?

— Хм, - муж выглядел озадаченным.

Я с трудом сдержала улыбку, понимая, что всё внимание дракона отвлекало яйцо, один вид которого вызывал едва укротимый гнев, и на большее князя не хватало.

— Почему именно белка символ, тоже не знаешь? — без надежды спросила я.

— Я знаю, — прозвучал знакомый голосок.

38.

Мы посмотрели в сторону двери. Муж нахмурился:

— Ллея? Что ты делаешь в супружеских покоях владыки? Разве не знаешь, что рискуешь своей жизнью?!

— 0й-ой! — беспечно отмахнулась его сестра. — Ты ещё не официально владыка, так что не грози мне казнью. К тому же я не к тебе пришла, а к Дане. Вот!

Она подошла к нам и, не обращая внимания на недовольного брата, протянула мне браслет из небольших, с горошинку, магических бусинок. Они отличались от тех, что я видела до сих пор. Те, что дарил мне супруг, были крупнее и ярче, а внутри каждой будто переливалась немыслимыми огнями маленькая вселенная.

В подарке Лаллеи они были похожи на мерцающие чёрные опалы, но, прикоснувшись, я ощутила исходящую от бусин сильную магию. Другую, но очень знакомую, — тёмную и давящую.

— Только что получила, — похвасталась девушка. — И сразу принесла тебе. Пригодится!

— Зачем Дане магические бусины харгов? — процедил кагхан. — В них заключена сила Драргура.

— Верно, — кивнула Ллея и хитро прищурилась: — Во дворце, где каждый первый обладает силой Метэстеля полезно иметь подобное оружие, не считаешь? Особенно человечке, лишённой магии!

— Не смей называть мою кагханию человечкой, — зло процедил Гордэр.

Я положила ладонь на его предплечье и мягко пожала.

— Ноя действительно просто человек, дорогой супруг. Прошу, не злись. Спасибо, Ллея. Я ценю твою заботу.

— Вот видишь, — девушка торжествующе посмотрела на брата и села за стол. — Твоя жена мудрее тебя, будущий владыка драконов!

— Тебе пора уходить, — огрызнулся тот.

— Я ещё не рассказала про белку и хвосты, — напомнила Ллея и дотронулась до моего рисунка. — Люди считают этого зверька сообразительным и запасливым.

— Знаю, — кивнула я. — В моём мире тоже есть белки. Шустрые существа, набивающие дупла орешками. Но три хвоста им не рисовали. Впрочем, восточные народы верили в мифологических девятихвостых лисиц. Хитрые и коварные, они могли оборачиваться красивыми девушками, чтобы соблазнить мужчин и ради забавы завладеть их телом...

замолчала, заметив, как каменеют лица Гордэра и его сестры. Растерянно закончила:

— И душой.

— А утверждала, что в вашем мире нет магии, — пожурила меня Ллея и поочерёдно показала на хвосты белки: — Совесть.

Чувства. Долг. Так люди показывают, что ради умножения богатств и расширения королевства разделяют эти понятия, не позволяя себе подчиняться им. Это лишь хвосты! То есть то, чем можно поступиться.

— Звучит неприятно, - поделилась я.

— Выглядит мерзко, — согласилась Ллея.

Гордэр многозначительно промолчал, а я подхватила синий мелок и нарисовала очертания небесного дракона. Поменяла на тёмно-фиолетовый и добавила подземного. Начала скруглять пересечения, подытожив:

— То есть герб людей означает, что ради магии они способны на всё. Это напоминает мне нашу помолвку, Горди. Помнишь? С одной стороны король требовал от князя драконьей крови взять в жёны простую человечку. С другой, всячески мешал этому осуществиться.

— Не желал подписывать мирный договор, — скривился супруг.

— Или, — я приступила к округлению пересечений, где рисунки белки и дракона наложились друг на друга, — они так же держали яйцо, оставив хвосты позади.

Кагхан слышно скрипнул зубами, но промолчал, а Ллея нахмурилась:

— Ты о чём?

Я посмотрела на девушку и пояснила:

— Люди готовы на всё ради магии. Но получить её могут лишь от драконов. Сначала способы были варварскими, но после, с рождением полукровок, магия начала распространяться среди людей. Своим требованием король, возможно, выразил желание своего народа.

Выбрала брусочек жёлтого цвета, но кагхан перехватил мою руку и спросил с самым серьёзным видом?

— Что ты имеешь в виду?

— Может, камень преткновения как раз в том, что было невозможно узаконить отношения драконов и людей? — пожала я плечами. — Это лишь предположение.

— Интересная мысль, — задумчиво протянула Ллея и повернулась к брату. — А ведь верно! Раньше считалось, что небесный дракон благословит лишь кагханию из сильно рода и способностью обращаться во вторую ипостась. Отношения с человеческими женщинами считались ничего не значащими интрижками. Когда рождался ребёнок, его отбирали у матери. Если второй ипостаси у малыша так и не появлялось, то отправляли обратно к человечке. Хотя полукровки обладали магическим даром, отцам-драконам они нужны не были.

— Печально, — вздохнула я и принялась разукрашивать получившийся рисунок.

Из двух драконов, белки, её хвостов и кругов получилось нечто удивительное, яркое и красивое.

39.

Гордэр.

Дана рисовала странные завитушки, разукрашивала их в разные цвета, и, если вначале по венам струился огонь от одного только взгляда на белку с тремя хвостами, то в конце, когда дракон, белка и круги слились в единую композицию, в голове будто что-то щёлкнуло.

«А ведь верно! - глядя на буйство красок, нахмурился я. — Лан едва не пошёл на открытую конфронтацию, но мой союз с Валинрой остановил его».

Позже оказалось, что за Валинрой стояло Солнечное божество, и меня беспокоило поведение притихшего кузена, который всегда загребал угли чужими руками, а вот Эбрнест Лан открыто говорил то, что желал. Я же, привыкнув к изящному кружеву интриг, всегда видел в требованиях людей больше, чем они говорили.

Но они всегда хотели одного — магии.

Люди боялись драконов, ведь каждый из нас в истинной ипостаси при достаточном везении может уничтожить целый город!

Маги обещали защиту и быстро богатели в то время как драконы и не думали нападать. Древний страх въелся в кости людей, и со временем перерос в отчаянное желание стать равными тем, кого долгое время боялись.

— Хм, — я побарабанил по столу пальцами.

— Смотри, — шепнула Ллея и дёрнула кагханию за руку. — Обычно после того, как у Горди появляется вот такое выражение на лице, дворец вставал на уши. Страшно представить, что будет теперь, когда мой брат стал владыкой!