Изгои. Часть вторая (СИ) - Калиничев Иван - Страница 38

— Ну и?

— А вы часом не обленились? Слуг у нас нет. Сами все перетаскаете, невелика тяжесть!

Аппаратуру установили и настроили довольно быстро. Все работало как надо. На звук сразу же прибежали разновозрастные дети. Подготовке они не мешали, просто с интересом глядели на происходящее. Только один раз какой-то лохматый парень подбежал к стоящей на стойке подключенной электрухе и ударил пальцами по струнам. Раздался электрический лязг и он, испугавшись, умчался куда-то вдаль.

В конечную программу выступления пришлось внести изменения. Вычеркнули «Yesterday» и «Let It Be» — получалось уж очень криво. Решили отказаться и от «Царевны-несмеяны» и «Вальпургиевой ночи» — Джей все время забывала слова. Зато репертуар пополнился цоевской «Мамой-анархией».

— Волнуешься? — вполголоса спросила вокалистка у барабанщика.

— А то! Столько лет на сцене не был, — Луцык осекся. — Откровенно говоря, мы вообще мало играли…

— Почти не играли, — уточнила она.

— Особенно перед такой аудиторией.

— Сколько их тут?

— Человек триста.

— По московским меркам для группы-дебютантки триста зрителей — это большая удача! Так что не кисни! Все будет зашибись!

Торжественную часть они решили пропустить. Пришли на творческую — когда начались танцевальные номера. Как и говорил председатель, выступали молоденькие девчата. Отсутствие профессионального хореографа давало о себе знать — получалось у них неважно, двигались они кто в лес, кто по дрова, а синхронность и слаженность и близко нервно курили в сторонке. Шпагоглотатель Ибрагим не появился, говорили, что вчера он получил производственную травму глотки на репетиции.

Наконец вышел Игорь и его зомби. А вот у них вышел отличный номер. Игорь выглядел зловеще, как персонаж готического ужастика. Одет он был в некое подобие фрака, голову украшал картонный цилиндр, в глазу сверкал монокль. В руке дрессировщик держал хлыст. Труппа горбуна состояла из трех зомби в намордниках. Игорь гаркнул что-то неразборчивое и звучно щелкнул кнутом. Рыча и сопя, «артисты» выстроились паровозиком, положив друг другу руки на плечи, а горбун запел противным голосом:

— Как-то ночью по пустой дороге

Грустный со свидания я шел опять.

Верьте — не верьте, почему-то ноги

Сами стали этот танец танцевать.

Снова к милой привела дорожка,

Снова оказался у ее дверей.

Стукнул в окошко, подождал немножко,

Слушай, дорогая, выходи скорей!

Раз, два, туфли надень-ка,

Как тебе не стыдно спать?

Славная, милая, смешная енька

Нас приглашает танцевать!

И зомби, о чудо, стали двигаться в такт песни, прыгая вперед и поочередно вынося ноги то вправо, то влево.

— Офигенно, — восторженно сказала Джей.

— Только вокал подкачал, — заметил Луцык.

— Похож на Павла Яцыну из «Красной плесени», — вынес суждение Кабан.

— Ты имеешь что-то против Яцыны?

— Он плагиатор. «Красная плесень» же косила под «Сектор газа».

— «Плесень» больше косила под Лаэртского. И вообще это русский Хармс.

— А разве Хармс матерился?

— Бывало. И гадости всякие любил описывать.

Выступление дрессированных зомби увенчалось оглушительными аплодисментами. Зрители были в восторге.

— А сейчас, — провозгласил председатель, — сюрприз, дорогие маяковцы! На ближайшее время я и отец Иоанн превращаемся в музыкантов вокально-инструментального ансамбля «Изгои», который сыграет для вас концерт.

Раздались приветственные аплодисменты и одобрительные возгласы. Исполнители заняли свои места, а Кабан сел за микшерный пульт.

Начали с битлов. Все удалось, кроме разве что «Come Together». Луцык не справился с ритмом, а отец Иоанн — с гитарным соло. Впрочем, разгоряченные пуншем и брагой зрители хлопали, кричали «Браво!» и пускались в пляс. Многие подпевали.

На «Love me do» на басу лопнула струна. А пока отец Иоанн натягивал новую, Джей заполнила паузу стихами Маяковского. Народу это не очень понравилось. Из толпы раздался свист и крики: «Даешь рок-н-ролл!». Многие показывали козу и трясли хаером.

После песен из репертуара забугорной группы «Жуки» настала очередь «Сектора газа». Здесь все прошло как по маслу. Особенно удался «Колхозный панк».

Но самый восторженный прием встретили композиции Егора Летова, и в первую очередь — бессмертный хит «Все идет по плану». Равнодушных не наблюдалось! А один дядечка так лихо отплясывал, что вывихнул ногу.

В коммуне было всего шесть человек из России. Это «Изгои», Лаптев, его брат и Кац. Остальные слушали русский рок впервые. Выходит, вопреки мнению критиков

наша музыка могла конкурировать с битлами? А почему бы и нет!

Перед тем как исполнить блок песен группы «Кино», Лаптев, вдохновившись, выдал длиннющее, почти десятиминутное гитарное соло. Ну а дальше, как и планировалось: «Последний герой», «Перемен», «Мама-анархия»… А вот «Звезду по имени Солнце» им не удалось закончить. Едва Джей пропела: «И две тысячи лет война, война без особых причин», к выступающим с оглушительным криком: «Нападение! Зомби! Зомби атакуют!» подбежал растрепанный парнишка. Концерт остановился.

— Зомби, Сергей Леонович! — вновь раздался крик.

— Какие зомби? Откуда⁈ Кто разрешил тебе покинуть контрольно-пропускной пункт? — возмутился Лаптев.

— Их много, и они уже на территории! Я еле ноги унес!

— А где твой напарник? И оружие?

— Кощея. Напарника моего загрызли насмерть. А ружья я забыл…

— Сергей Леонович, смотри, — Луцык показал вдаль, туда, откуда прибежал охранник.

К ним и в самом деле мчалась толпа мертвяков.

18. Финал

Поднялась нешуточная паника. Люди истошно кричали и бежали кто куда. Зомбаков было несколько десятков. Они сбивали с ног своих жертв, набрасывались на них и с наслаждением терзали зубами. Все очень быстро оказалось залито кровью.

«Изгои» и примкнувший к ним Левша в едином порыве бросились в сторону администрации. Вбежав в двухэтажное здание, они прочно закрыли двери.

— Откуда они взялись? — тяжело дыша, спросил Луцык.

— Из Алькатраса, — пояснил Лаптев.

— Как определил?

— По шмоткам. Черные и зеленые робы, такие только там имеются.

— У них там что, зомби-эпидемия?

— Выходит, что так.

В первую очередь позаботились о том, чтобы все ставни были крепко-накрепко закрыты. Для контроля ситуации решили пользоваться окном в приемной председателя на втором этаже.

Картина, представшая взгляду, внушала ужас. Многие маяковцы успели укрыться в домах и на крышах зданий, но жертв было тоже немало.

— Скоро трупы оживут, — пробормотал Лаптев.

Что за этим последует, все и так прекрасно себе представляли.

— И что нам делать? — спросил Кабан.

— Не знаю, — нервно отвечал председатель.

— По идее, можно собрать оставшихся в живых коммунаров, взять из оружейки пушки и перебить мертвяков, — предложил Луцык.

— До оружейки надо еще добраться — это раз. Два — как мы соберем людей? — парировал Лаптев.

— Надо подумать.

— Надо. Как следует и быстро.

— Слушайте, у нас же есть Игорь — укротитель зомби! — воскликнула Джей.

— Был… — вздохнул отец Иоанн и указал на улицу, где лежал труп горбуна, вокруг которого суетились три зомбака.

— А куда делись его дрессированные питомцы? — спросил Кабан. — Смешались со своими собратьями? Или они их не воспринимают за своих?

— Вон ходят, как неприкаянные.

Маяковские зомбаки в намордниках и вправду бродили с каким-то отрешенным видом, как сомнамбулы.

— Ну хоть от этих вреда не будет, — произнес Луцык.

— Кто знает, — пожал плечами председатель. — Им ведь тоже нужно что-то жрать… Проголодаются и последуют примеру товарищей.

— Думаешь?

— Предполагаю.

— В администрации есть оружие? — вмешался Кабан.