Между добром и злом. 2 том (СИ) - Кири Кирико - Страница 38

Короче, единственная ниточка была оборвана. Теперь оставалось трясти остальные компании, и Вайрин отправился в путь. Сначала в южную компанию извоза, потом в северную, повторяя раз за разом один и тот же вопрос — есть ли не зарегистрированные выезды?

А их не могло не быть. Всегда кто-то хотел выехать без регистрации, чтобы не отстёгивать комиссию, и так как ночью начальство спит, это был шанс немного подзаработать. Платят ночью больше, и деньги можно забрать себе, отстегнув охране, которая закроет на это глаза.

И когда ему в северной ответили, что такого у них нет, Вайрин усмехнулся.

— Глава северного отдела, а вы работаете, я напомню, в северной части города, дал мне чёткие инструкции. Если вы будете продолжать это отрицать, мне придётся нагнать сюда стражей правопорядка проверять каждый экипаж на наличие крови или любой подозрительной ерунды. Мало ли что мы найдём.

— Вы угрожаете мне? — насупился охранник. В отличие от амбалов в восточной компании этот был хлюпиком, которого мог снести сильный ветер.

— Прямым текстом предупреждаю о последствиях. А вдруг вы наркотики перевозите? Или девушек лёгкого поведения? А незаконная деятельность по ночам… — покачал он головой. — Вот начальство ваше-то обрадуется. Но!

Он лучезарно улыбнулся, заставив того поморщиться.

— Но что?

— К вашему счастью меня не интересуют работяги, которые работают в тёмную. Меня не интересуют наркотики и развоз проституток. Мне нужно лишь знать, кто выезжал не зарегистрированным. Имя и фамилию. И поговорить с ними.

Работа была не сложной. Просто сравнить имена из списка тех, кто брал книги и работал в извозе, с теми, кто мог нелегально взять экипаж на ночь, миновав регистрацию маршрута. Да только никто из предложенных не подходил.

Двое пока отпадали, так как Кондрат верно заметил — убийца бы не стал регистрироваться, чтобы не спалиться. А те семь оставшихся работали исключительно днём и по заверениям охраны, не брали экипажи ночью. Создавалось стойкое ощущение, что убийц покрывают.

Но это лишь до того момента, пока Вайрин не приехал в западную станцию. Охранником здесь оказался приятный старик, добродушный на вид и, к удивлению Вайрина, очень отзывчивый. Самый приятный персонаж из всех, кого он встретил в охране.

— Проверьте ещё раз, вы точно уверены, что эти люди не выезжали отсюда ночью, не зарегистрировавшись? — спросил Вайрин.

— Молодой человек, я работаю здесь уже пятьдесят лет, — улыбнулся он. — Знаю всех по именам, и этих двоих тоже знаю. Один с бородой, такой низкий и коренастый. А второй худой как палка и лысый.

— А ещё кто-то выезжал ночью кроме них?

— Все иногда берут смены ночью, да. И что ж греха таить, иногда я их отпускаю немножко заработать без отметки в журнал. Наши начальники такие, как яблоню обирают честных трудяг, потому нет ничего плохого иногда честно поработать и никому не отдавать свои деньги, когда нас так обкрадывают.

— Ясно…

— А дело небось важное, а? Расследуете, раз интересуетесь, — прищурился старик.

— Да, — кивнул Вайрин, пряча список. — Расследуем убийства девушек. Вы, наверное, слышали.

— Да, слышал-слышал… — закивал он. — Ужас творится. Люди совсем озверели. В наше время такого не было…

— Полностью согласен. Мы знаем, что один из экипажей видели на месте убийства. И предполагаем, что тот человек мог быть извозчиком.

— Вот оно как… — протянул старик. — Говорите, ночью выезжал?

— С вечера на ночь, — уточнил Вайрин. — И пользовался экипажем одной из компаний извоза.

— Ясненько… но знаете, что я вам скажу, молодой человек. Может это сущая мелочь, конечно, но иногда у нас берут экипажи.

— В смысле? ­— прищурился он.

— Ну приходит человек и берёт экипаж.

— Можете пояснить? Человек просто приходит и берёт экипаж, но он не работает извозчиком, я верно понял?

— Да.

— И это не запрещено?

— Конечно запрещено брать кому-то постороннему экипажи компании, однако некоторые работники иногда позволяют кому-то из своих знакомых прокатиться и подзаработать заместо себя. Знаете ведь, ночью никто не следит кроме охраны за этим, да? Приходит наш работник, говорит, так-то и так-то, другу моему заместо меня немного подзаработать не дадите, ночью выехать?

— То есть экипажем может разъезжать и не извозчик вовсе, я всё правильно сейчас понимаю? — подался Вайрин вперёд.

— Всё так, как вы и сказали, господин сыщик, всё так, как вы и сказали, — закивал старик.

Вообще, практика была понятной. Ночью, когда с охраной можно договориться выпустить без какой-либо регистрации выезда, выходил не ты, а твой друг или ещё кто поработать заместо тебя. Ты просто временно отдавал своё рабочее место другому ночью, когда никто не спалит. Если тот умеет управлять упряжью, конечно.

Вайрин прикинул, какой фронт работ его ожидает сейчас. Заново объезжать все компании и выпытывать, уступал ли своё рабочее место кто-то или нет.

— Вы спрашивали про людей, которые выезжали в ту ночь, и сотрудников, которые в тёмную работали. Один такой в ночь ту и выехал. За него поручился наш работник, Проктар. Подошёл да говорит, деда, по-братски, не оставь в беде, человеку честному поработать ночью дай за меня, людей повозить. Я и закрыл на это глаза.

— Проктар сейчас здесь? — уточнил Вайрин.

— Проктар к матери уехал.

— А человек вы запомнили? Как он выглядел?

— Да не могу сказать, господин сыщик. Укутался в плащ, да цилиндр на голову нацепил так, что лица не видно. Только рука у него была чёрной.

— Чёрная рука?

— Да. Без перчаток был он, когда вернулся. Мою долю малую старику отдавал. Так одна рука чёрной была.

— Это шрам был татуировка? — уточнил Вайрин.

— Да зрение у меня слабое, господин сыщик, утром и не разглядел так, — пожал он плечами. — Но Проктар пару раз просил за него, говорил, умеет обращаться с экипажем, дай поработать ему сегодня на ночь.

— Этот человек у вас работает?

— Нет, ни разу не видел. Да даже лица его не видел ни разу.

Что получалось — кто-то через знакомых просил поработать экипаж в ночь убийства. Он не работает в компании извоза, а значит его будет и не найти даже по спискам работников. Только через человека, который ему одолжил своё место, позволив заступить вместо себя, так ещё и нелегально.

Почему вообще все такие умные пошли? Нет, чтобы облегчить задачу, работать самому в извозе, чтобы было проще его поймать, но нет, выдумывают всякие странные схемы, лишь бы скрыть следы. С другой стороны, а ведь хорошо устроился: соучастник, который развозит тела и подбирает жертв, или же сам убийца через подставного человека выезжает, делает дело и возвращает экипаж. Почти что невидимка, которого хрен поймаешь.

Даже все и будут искать его среди извозчиков, его попросту там не будет, а его товарищ вряд ли выдаст, что позволил кому-то сесть заместо себя. То есть его в принципе будет не найти.

— Благодарю вас за вашу помощь, мистер, — слегка поклонился Вайрин.

— Да не за что, — отмахнулся тот. — У меня у самого внучка есть, у которой уже дети. Я понимаю всё…

Человек с чёрной рукой…

Вайрин насчёт этого даже съездил к патологоанатому посоветоваться, и тот сказал, что чёрная рука бывает разве что при некрозе, а значит тому осталось жить недолго, но надеяться на это не приходилось. Поэтому, скорее всего, речь шла о татуировке на кисти. Возможно, он снял перчатку, проявив неосторожность, потому что та была запачкана кровью.

Хотелось тут же броситься в отдел и разослать всем ориентировки на подозреваемого, однако… Если там крыса, то всё очень быстро спустится на тормоза или будут искать вовсе не того. К тому же, если они напали на Кондрата, то где гарантия, что не нападут на него самого, чтобы скрыть правду? То есть, по-хорошему, даже заручиться поддержкой не у кого!

В самых расстроенных чувствах Вайрин поехал к Кондрату поделиться своим негодованием, а заодно просветить насчёт того, что ему удалось выяснить. Да и совет бы не помешал. Просто совет, что делать дальше, а с остальным он уже сам справится.