Между добром и злом. 2 том (СИ) - Кири Кирико - Страница 11

— Так, я понял, к чему вы клоните. Вайрин заверял меня, что вы отличный сыщик.

— Надеюсь, что это так.

— И дальше этой теории… вы не сдвинулись?

— Боюсь, что я не всесилен. До сих пор не известно, кем были эти девушки. Из-за этого невозможно сказать, по какому принципу он их выбирает. Это определённый круг лиц, девушки лёгкого поведения или те, что в поисках пары на ночь, кого он находит в барах? Пока это не выяснится, большая часть нам будет недоступна. Однако мы можем выяснить, зачем он это делает.

— Зачем-зачем… затем, что он больной ублюдок, — фыркнул Яклев. — И это не он, а она, как я уже и говорил, мистер Оттоберг. Она вырезает их органы и части тела для своих зелий, а потом вешает труп на всеобщее обозрение, чтобы запугать честной народ!

­— И много вы видели ведьм, мистер Яклев? — поинтересовался Кондрат. — Как часто они появляются, как часто это делают, что вы так уверенно говорите, что это ведьмы?

— А вы их защищаете что ли? — прищурился он.

— Я пытаюсь понять, на чём основаны ваши предположения, потому что основы… я для них не вижу, — пожал плечами Кондрат.

— То, что ты не видишь основы, это не значит, что её нет. Жестокость, ритуалы, отсутствие частей тела — всё говорит о ведьмах, — приподнял он голос.

— Ты тыкать будешь пьяницам на улицах, — внезапно встрял в разговор Вайрин. — Для тебя он мистер Брилль.

— А ты мне указывать будешь? — окрысился тот.

— Буду. И укажу ещё на кое-что. Ты говоришь, что она пытается запугать честной народ. И поэтому не развешивает тела на главных улицах, где ночью даже людей не встретишь, а днём не протолкнёшься, а оставляет их чёрт знает где?

— Захотелось!

— Да мало ли зачем она бросает тела…

— О, уже мало ли! — всплеснул руками Вайрин. — То есть уже о причинах уверенности нет, а? А потом, у первого трупа были внутренние органы. Чего же она их не забрала? Забыла? Что ж там за ведьма, которая убивает ради ингредиентов и забывает их забрать?

— Самая обычная и тупая! И похоже, она не единственная в этом городе!

— Это точно, потому что такого же я вижу сейчас перед собой!

— Да ты…

— ЗАТКНУЛИСЬ! — и тут же последовал удар по столу. Голос главы отдела, был как гром. Непонятно, как в таком маленьком теле так много силы. Его взгляд вновь устремился на Кондрата. — Устроили тут балаган… Мистер Брилль, что вы можете нам вообще сказать, раз стали консультантом? Проконсультируйте нас.

— Если хотите план действий, то я могу вам его дать, — невозмутимо ответил он. — Первым делом надо выяснить личности жертв. Второе, надо выяснить, случались ли похожие убийства, на которые не обратили внимание. Сейчас в архиве уже ищут совпадения.

— Почему?

— Потому что маньяк, ведьма это или нет, мог убить кого-либо до этого. Зачастую есть первое импульсивное убийство, прежде чем маньяк начинает методично убивать. И, если это окажется правдой, вычислить убийцу будет намного легче. Так же надо разузнать о жестоких убийствах домашних животных. Возможно, кто-то помнит период, когда и где те вдруг начали пропадать или умирать.

— Хотите сказать, что ребёнком он тоже занимался подобным?

— Да, только с животными. Возможно, что кто-то жаловался раньше. Потеря любимца, особенно когда находишь его замученным до смерти — очень яркое воспоминание. Такое не забудешь. Люди сразу вспомнят. Тогда мы сможем точнее сказать, где жил тот, кого мы ищем. А может он и сейчас делает это. И тогда есть вероятность, что это наш клиент. И третье — мы с Вайрином собирались в храм старообрядцев, чтобы точнее узнать о том, зачем убийца устраивает… это.

— Зачем вам знать это? — спросил мистер Оттоберг.

— Потому что на данный момент это единственная зацепка, — ответил Кондрат. — И да, как консультант, я бы хотел вам порекомендовать ещё одну вещь…

Глава 6

Отпечатки пальцев и фотографическая зарисовка мест преступлений — одни из столпов криминалистики.

Это были те самые два фактора, которые могли поднять эффективность местных стражей правопорядка, выведя их на совершенно другой уровень, и помочь в будущем раскрывать куда больше преступлений в этом мире. Кондрат считал своим долгом рассказать об этом и принести эти знания в массы.

Однако их, казалось, это волновало куда меньше, чем план, который был озвучен Кондратом, и к нему тут же появились ещё вопросы. Например, с чего он взял, что должна быть ещё одна жертва и почему её в таком случае до сих пор не нашли.

Они словно не умеют правильно расставлять приоритеты…

— Я не говорил, что вы не нашли самую первую жертву, — ответил Кондрат невозмутимо, когда речь зашла вновь про «нулевую» жертву. — Как и не утверждал, что она сто процентов должна быть.

Ему пришлось провести краткую лекцию по поводу фантазий маньяков и триггеров, которые могут заставить их решиться на активные действия. Что если такое произошло, то убийство будет спонтанным и импульсивным и, скорее всего, несколько отличающимся от его обычного почерка. И лишь после этого, когда воспоминания и ощущения остынут, набравшись смелости после первого убийства, маньяк может продолжить, но уже более осмотрительно.

— Но это неточно, да? — поинтересовался Яклев едким голосом.

— Здесь нет точности до тех пор, пока мы не поймаем убийцу. Есть лишь вероятность, что именно так оно и было, — пожал плечами Кондрат.

— Ага, то есть версия с ведьмой не подходит, а ваша… с маньяком, который внезапно убил не трёх, а четырёх — идеально ложится?

— Что ваша, что моя версии на данный момент ничем конкретным не подкреплены, однако в пользу моей версии говорит статистика преступлений.

— Какая же? — криво улыбнулся он.

— Та, что в подобных убийствах куда чаще замешаны обычные люди и в особенности мужчины, а не ведьмы.

— Ага, а где подтверждения, что это именно тот случай? — оскалился он, будто загнал Кондрата в угол.

— Я ни разу не сказал, что это именно тот случай. Я сказал, что нам требуются улики, которые подтвердят или опровергнут вашу или мою версию.

— Так, ­— прервал их Оттоберг. — Хватит гонять это по кругу. Сыщик Яклев утверждает, что это ведьма, сыщик Легрериан и консультант Брилль утверждают, что это сумасшедший ублюдок. Вантувер, вашей версии вообще не слышно.

Мужчина, что был отчасти похож на самого Кондрата за исключением длинной бороды, в первый раз за время, что здесь был Кондрат, подал голос:

— Мне кажется, что пока преждевременно делать хоть какие-то заявления. У нас есть лишь призрачные теории мистера Брилля, которые не сильно отличаются от теорий мистера Яклева. Но в одном я согласен с мистером Бриллем, собственно, с чем не спорит и мистер Яклев — нам надо опознать девушек.

— И это всё, к чему вы пришли?

— Всё остальное — лишь догадки, но вы, мистер Оттоберг, не хотите их слышать, верно? По факту я сказал всё, что мы имеем и за что можем ухватиться.

Очень консервативно.

Кондрат был не против консерватизма, однако в любом расследовании требовалось всё же капелька воображения и полёта фантазий. Нет, он правильно расставил приоритеты по поводу жертв — когда нет ни свидетельств, ни улик, ничего, по факту, это единственный путь.

Однако Вантувер считает совсем необязательным копать в сторону целей, которые преследует убийца. Ему плевать, что происходит в голове у маньяка, чем он увлекается, чего хочет. Узость рождает неполноту картины. Так можно ловить лишь заурядных убийц да мелких преступников, но сейчас не тот случай.

— Это особенности нашего обучения, — сообщил Вайрин, когда они покинули совещание, по факту, ничего не добившись и каждый вернувшись к своим делам. — Нас в универе учили, что надо основываться на голых фактах, которые мы имеем, а не теряться в догадках и строить неподкреплённые гипотезы.

— Но это не гипотезы и не догадки. Мы говорим о целях убийцы, чего он добивается.

— Да, но у нас это преподносится, как самоцель.

— Прости, что? — не понял Кондрат.