Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй - Страница 306

— В реальности меня зовут Е Няо.

Жуань Наньчжу кивнул.

— Когда выйдем из этой двери, я с тобой свяжусь.

— Ты знаешь, где я живу? — удивился Гу Лунмин.

— Конечно, — сказал Жуань Наньчжу. — Иначе я бы не отпустил моего Линьлиня с тобой за дверь. — Он не только знал адрес Гу Лунмина, но и его имя, а спросил только для того, чтобы проверить, насколько тот искренен.

Гу Лунмин на какое-то время потерял дар речи.

Из-за случившегося пару дней назад сегодня в столовой собралось ещё меньше народу, за столом сидело всего несколько человек.

Все ели без аппетита, но вели себя довольно спокойно.

Никто из троих не притрагивался к рыбе, но Линь Цюши всё же заметил одну странность: остальные, похоже, перестали испытывать к рыбе отвращение. Даже парень, страдающий морской болезнью, сегодня съел пару кусочков.

— Тебе не противно? — не выдержав, спросил Гу Лунмин сидящего рядом члена команды.

— Не так уж противно, как казалось на первый взгляд, — несколько дней подряд Шэнь Цзюэсиня тошнило так, что он уже и на человека не походил. Но сегодня ему стало лучше, по крайней мере, цвет лица от воскового стал более живым. — Хм… даже намного лучше.

Линь Цюши предостерёг:

— Лучше всё-таки не ешь. Эта рыба явно несвежая.

Но тот почесал затылок:

— Да вроде бы, ничего, — и отправил в рот ещё кусок, нисколько не поморщившись.

Глядя на Шэнь Цзюэсиня, Линь Цюши сделался задумчивым. Ранее он пробовал рыбу, которая показалась ему омерзительной до жути. Теперь же, уловив гнилостный запах, Линь Цюши почти наверняка был уверен, что вкус не изменился. Но почему Шэнь Цзюэсиню рыба начала казаться не такой уж отвратной…

Пока Линь Цюши был поглощён этими размышлениями, прямо на его глазах Жуань Наньчжу тоже взял палочками кусочек рыбы и медленно отправил в рот.

— Чжу Мэн?! — Линь Цюши перепуганно уставился на Жуань Наньчжу, он совсем не ожидал, что тот вдруг решит попробовать рыбу.

Жуань Наньчжу чуть нахмурился:

— Но рыба правда не такая уж противная.

— Не противная? — Линь Цюши его слова показались странными, поэтому он и сам взял немного рыбы из тарелки, отправил в рот и убедился, что вкус остался по-прежнему мерзким. — Но ведь она воняет так же, как и вчера… Погодите… — Не веря своим глазам, он посмотрел на Жуань Наньчжу. — Но ведь не может быть, чтобы «вино» разливалось рандомно…

Жуань Наньчжу молчал, тыкая палочками в рыбу на тарелке.

В живых осталось одиннадцать человек, семеро из них сейчас сидели в столовой. И по крайней мере, трое, кроме Жуань Наньчжу, уже схватились за палочки и принялись поглощать рыбу. Причём по выражениям их лиц было ясно, что никто их не заставляет, они ели даже с аппетитом.

Линь Цюши посетило нехорошее предчувствие.

— Чжу Мэн, не ешь ничего, пойдём в комнату.

Но Жуань Наньчжу не сдвинулся с места, он сидел, опустив взгляд на тарелку перед собой, как будто рыба притягивала его своими чарами, не давая просто так отказаться от желания её попробовать.

От такой картины Линь Цюши сделалось по-настоящему страшно, он сделал взглядом знак Гу Лунмину, и они вместе, взяв Жуань Наньчжу за руки, вывели его из столовой. Затем вошли в первую попавшуюся комнату, и Линь Цюши, сняв с кровати простыни, крепко привязал ими Жуань Наньчжу к стулу.

К счастью, в процессе Жуань Наньчжу вёл себя довольно спокойно, самое большее — хмурил свои прекрасные брови и спрашивал:

— Зачем ты меня привязываешь?

— Боюсь, что ты пойдёшь есть рыбу, — спокойно ответил Линь Цюши.

Жуань Наньчжу помолчал, озадаченно склонив голову набок, как будто и сам не мог понять, почему ему вдруг так понравилась эта рыба. Линь Цюши думал, он что-нибудь объяснит, но Жуань Наньчжу лишь согласился:

— Ладно.

Эта дверь казалась слишком простой, настолько, что они потеряли бдительность. Линь Цюши ведел Гу Лунмину перенести Жуань Наньчжу на стуле в коридор, чтобы они не исчезли вместе с комнатой, а сам вернулся в столовую, обнаружив, что все, кто там находился, принялись поедать рыбу со стола.

Вонючая и совершенно пресная рыба в их глазах превратилась в какое-то невероятно вкусное угощение, люди с удовольствием набивали рты, совершенно не обращая внимания на Линь Цюши.

Линь Цюши сразу развернулся и направился на палубу, где увидел сидящую в углу совершенно бледную Сяо Мо, которая бросила на него испуганный взгляд.

— Что случилось? — спросил он девушку.

— На кухне… — тихо заговорила Сяо Мо. — На кухне… беда…

— Что? — не понял Линь Цюши. — Что произошло?

— Они все как будто сошли с ума, — Сяо Мо сидела далеко от Линь Цюши, словно опасалась приближаться к другим членам команды. — Они едят рыбу. Как сумасшедшие едят рыбу.

Девушка больше ничего не объяснила, но Линь Цюши понял, в чём дело. Он кивнул ей:

— Хорошо, я понял. Будь осторожна.

— Ты… ты пойдёшь туда?

— Да. Пойду.

Сяо Мо замолчала.

Линь Цюши направился в кухню, которая располагалась рядом со столовой и тоже не меняла местоположения. Ещё издалека до него донёсся резкий запах рыбы.

Остановившись у двери, мужчина не стал входить, уже снаружи услышав странное чавканье. Заглянув через окошко, он увидел жуткую картину, развернувшуюся на кухне.

Несколько человек сидели на корточках, зарывшись в брюхо огромной сырой рыбины мертвенно-бледного цвета, в мясе которой виднелись кровавые прожилки. Но люди явно не обращали на это внимания, они практически не отрывали лиц от рыбы, но всё же можно было разглядеть, с каким удовольствием они её пожирали — будто эта рыба казалась им вкуснейшим деликатесом.

Даже Линь Цюши с его довольно стойким нутром при виде подобной картины почувствовал приступ тошноты.

Он сделал глубокий вдох, успокоился, вошёл в кухню и позвал:

— С вами всё в порядке? — Он хотел проверить, находятся ли эти люди в трезвом уме.

Но от произошедшего далее у него по спине пробежал холодок — люди словно вовсе не услышали его вопроса, всё их внимание сосредоточилось на рыбе. Они даже головы не подняли и явно находились за пределами нормальности.

Линь Цюши сразу же вспомнил о Жуань Наньчжу, развернулся и вышел прочь. Он переживал, что с Жуань Наньчжу тоже случится нечто подобное.

Они с Гу Лунмином вынесли стул с привязанным Жуань Наньчжу в коридор, поэтому Линь Цюши, возвратившись с кухни, застал их на том же месте. Жуань Наньчжу выглядел заметно мрачнее.

— Чжу Мэн, — позвал Линь Цюши. — Потерпи ещё немного, только одну ночь, и всё.

— Я правда очень проголодадась, — Жуань Наньчжу уронил голову на грудь, отчего стал выглядеть слабым и измождённым, а локон волос, повисший у щеки, придал ему жалобный вид человека, которому невозможно отказать. Он поджал губы, в глазах даже как будто блеснули слёзы. — Линьлинь, я хочу есть.

Линь Цюши быстро достал из рюкзака съестное, но когда поднёс сухой паёк ко рту Жуань Наньчжу, тот поджал губы:

— Нет, это я не хочу.

— Ну а что ты хочешь?

— Рыбу, — сразу ответил тот. — Можно мне поесть немного рыбы? — Он приподнял голову, глядя на Линь Цюши умоляющим взглядом.

По правде говоря, в иных условиях Линь Цюши наверняка сжалился бы над таким Жуань Наньчжу, но в этот раз ему пришлось, скрепя сердце, отказать:

— Нет.

Тогда жалобное выражение исчезло с лица Жуань Наньчжу, взгляд сделался ледяным, в голосе прозвучали нотки угрозы:

— Линь Цюши, ты понимаешь, что ты делаешь?

Это был Жуань Наньчжу из реальности — равнодушный, высокомерный, словно бог, взирающий сверху вниз на букашек.

— Знаю, — Линь Цюши, однако, остался непоколебим. Он приподнял лицо Жуань Наньчжу за подбородок и отчётливо произнёс: — Я прекрасно понимаю, что делаю. Хочешь рыбы? Даже не думай.

Жуань Наньчжу смотрел ему в глаза, будто выискивая хотя бы тень сомнения, но в итоге план провалился, а тон смягчился вновь:

— Линьлинь, Линьлинь, мне правда очень хочется рыбы, ну пожалуйста…

Эти метаморфозы повторились ещё несколько раз, но Линь Цюши вёл себя так, словно его сердце превратилось в камень, — никакие мольбы на него не действовали.