Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй - Страница 178

Линь Цюши положил себе немного еды, сел за стол и первым делом тоже посмотрел на часы. Затем подумал, что его поведение почему-то походит на поведение Ло Цяньшуй, сам себе беззвучно усмехнулся и подавил порыв поглядывать на часы, вместо этого достал телефон и продолжил играть в судоку.

Спустя несколько минут на пороге столовой появились двое.

Ло Цяньшуй тут же поднялась и радостно позвала «брат!» — вернулся Ло Цяньшань. А следом за ним вошёл ещё кое-кто. И это был Жуань Наньчжу, которого как раз ждал Линь Цюши.

Ло Цяньшань подошёл к сестре, и хотя они разговаривали довольно тихо, Линь Цюши отлично расслышал их диалог:

— Ну что, получилось поменять?

— Получилось.

— На какую? Ту, что в самом конце?

— Нет. Она оказалась проворнее, и нам досталась вторая с конца комната.

Ло Цяньшуй тихонько выругалась, и, судя по использованному слову, объектом ругани была женщина.

— Ты что, не мог проявить настойчивость?

Ло Цяньшань ответил с безысходностью в голосе:

— Я проявил.

— И?

— Её не переупрямишь.

— …

Тем временем «девушка», которую не смог переупрямить Ло Цяньшань, неторопливо прошествовала к Линь Цюши, села, с довольным видом взяла варёное яйцо и начала чистить.

— Получилось поменять комнату? — спросил Линь Цюши.

Жуань Наньчжу вынул из кармана карту-ключ и протянул ему:

— Ага.

Линь Цюши взял карту и увидел, что это ключ от номера в самом конце коридора, то есть — самого дальнего от места возгорания.

— Думаю, это дедлайн, — сказал Жуань Наньчжу. — Мы должны покинуть этот мир до того, как сгорит весь коридор. — Он открыл рот, оставляя на варёном яйце ровную лунку белоснежными зубами. — А этот Ло Цяньшань неплох.

Линь Цюши застыл:

— Вы что, подрались?

Жуань Наньчжу равнодушно кивнул:

— Ага.

Если бы всё происходило в реальном мире, возможно, Ло Цяньшань бы пропустил девушку вперёд. Но когда дело касалось жизни и смерти, ни о какой вежливости не могло быть и речи. И мужчина, узнав, что Жуань Наньчжу заполучил лучший номер, напал на него.

Будь Жуань Наньчжу настоящей девушкой, наверное, лишился бы ключа. Но тот не был, поэтому без капли жалости ударил в ответ и ещё как следует наподдал Ло Цяньшаню.

По выражению лица Жуань Наньчжу Линь Цюши понял, что тому это далось без всякого труда, однако заметил:

— Мне кажется, эти двое тоже довольно сильная команда.

Жуань Наньчжу проглотил яйцо.

— Сильнее меня?

— Нет-нет, сильнее тебя нет никого.

Жуань Наньчжу удовлетворённо покивал.

К тому времени часы уже показывали полвосьмого, снаружи совсем посветлело, и другие живущие на тридцать четвёртом этаже люди постепенно стали спускаться в столовую.

Линь Цюши увидел Чэн Исе.

Тот подошёл к их столу, сел и недовольным тоном спросил:

— Почему вы меня не позвали?

— Детям полезно подольше поспать, — ответил Жуань Наньчжу. — К тому же, ты бы всё равно ничем не смог бы помочь.

Чэн Исе промолчал.

— Что ты хочешь на завтрак? — спросил его Линь Цюши. — Я пойду принесу.

— Не надо, — Чэн Исе отказался и отправился за едой сам.

Жуань Наньчжу, глядя парню вслед, тихо вздохнул.

— Сколько лет тебе было, когда ты попал за дверь? — спросил его Линь Цюши.

Жуань Наньчжу поразминал пальцы и ответил:

— Уже не очень хорошо помню, восемнадцать или девятнадцать, около того.

Линь Цюши подумал: — чтобы пройти двери с первой по десятую, Жуань Наньчжу потратил шесть-семь лет. И никому в мире неизвестно, что он пережил за эти годы.

Когда Чэн Исе вернулся с подносом еды, Линь Цюши хотел было о чём-то с ним заговорить, однако заметил кое-кого, вошедшего в зал. Убедившись, что со зрением всё в порядке, мужчина остолбенел.

Вошедшей оказалась самая обыкновенная, без каких-либо отличительных черт, девушка. Улыбаясь, она подошла к шведскому столу и принялась выбирать себе завтрак. Ничто в её облике не привлекало внимания, и если бы Линь Цюши не увидел её вчера через дверную щель, возможно, для него она так и осталась бы ничем не примечательной.

Ошибки быть не могло — это была та самая девушка, которая ночью разбила зеркало, сгорела заживо и оказалась похищена собственным отражением. Сейчас она вновь появилась среди живых людей, словно всё случившееся накануне — не более чем иллюзия.

Но Жуань Наньчжу тоже её увидел, при этом выражение его лица сделалось серьёзным.

Девушка взяла свой поднос и всё с той же улыбкой направилась к столу Ся-цзе.

Линь Цюши заметил, как переменилась в лице её соседка, во взгляде проявился явный ужас. В конце концов та не выдержала — вскочила и как ужаленная вылетела из столовой. Остальные сидящие за тем столом не поняли, что стало причиной такой реакции, поэтому не выказали такого же волнения — они не знали, что девушка перед ними уже не та, за кого себя выдаёт.

— Вчера она била зеркало правой рукой, — произнёс Жуань Наньчжу.

Линь Цюши застыл, а потом до него дошёл смысл сказанного. Он снова посмотрел на девушку и уже без тени удивления обнаружил, что та держит палочки левой рукой.

— Это её отражение? — Линь Цюши вдруг почувствовал, что кусок не лезет в горло.

— Думаю, да. — Жуань Наньчжу подпёр подбородок рукой и принялся поигрывать прядью волос. — Как хорошо, что я не разбил зеркало, иначе… возможно, сегодня меня здесь было бы двое. — Тут он почему-то заулыбался и добавил: — Впрочем, если подумать, так тоже довольно интересно.

Линь Цюши:

— …

Ты чего лыбишься? И почему от твоей улыбки мне не по себе?

Чэн Исе нахмурился и безрадостно произнёс:

— Она воняет.

— Воняет? — переспросил Жуань Наньчжу.

— Да, воняет гарью. — Он перестал есть, как будто запах отбил весь аппетит, а потом на его лице отразилось сомнение.

Жуань Наньчжу тут же поинтересовался:

— В чём дело?

— Мне кажется, я уже чувствовал этот запах, когда мы оказались здесь, в первый день.

— В первый день? Ночью? — Линь Цюши снова вспомнил ночное происшествие.

Но юноша покачал головой, нахмурился ещё сильнее и чуть поджал губы, потом высказал то, чего Линь Цюши и Жуань Наньчжу никак не ожидали услышать:

— Нет, не ночью. Днём, в фойе.

Жуань Наньчжу мгновенно посуровел:

— В фойе?!

Чэн Исе кивнул:

— Да, запах был очень слабым, я тогда ещё подумал, что мне показалось. — Похоже, ему на ум пришло ещё кое-что, и юноша только открыл рот, когда Жуань Наньчжу приложил указательный палец к губам, чтобы тот не высказывал догадку вслух.

Впрочем, Линь Цюши и так уже понял, в чём состояла эта догадка. Возможно, в первый же день сожжённый человек затесался в их компанию. Возможно, даже не один… Подумав об этом, Линь Цюши невольно облизнул губы, в его памяти всплыли строки: человек станет зеркалом…

Поправить одеяние

Человек станет зеркалом, и прояснится, где найдёшь, где потеряешь.

Линь Цюши до сих пор не мог понять значения фразы «где найдёшь, где потеряешь» из подсказки.

Когда сгоревшая накануне ночью девушка вдруг появилась в столовой живая и невредимая, Линь Цюши заметил на лицах нескольких человек немного неестественные выражения. Должно быть, они проживали ближе всех к её комнате и тоже оказались невольными свидетелями произошедшего в коридоре. Они поняли, что человек перед ними — не человек…

Зато виновница, погубившая несчастную, до сих пор пребывала в полном неведении.

Она даже преспокойно заговорила с девушкой:

— Вэнь Цзин, ночь прошла спокойно? Как вам спалось? Сяо Мянь? Ничего страшного не произошло?

Погибшую звали Вэнь Цзин, а Сяо Мянь — имя её соседки.

— Всё хорошо, Ся-цзе, — с беззаботной улыбкой ответила «Вэнь Цзин», а потом очень медленно добавила: — Вчера ночью ничего не случилось.

Ся-цзе улыбнулась в ответ:

— Ну вот и славно.

Из-за внезапного появления «Вэнь Цзин» в шумной столовой воцарилась жутковатая тишина. Все те, кто знал о ночном происшествии, потихоньку поднялись и покинули зал, перед уходом наградив «Вэнь Цзин» опасливыми взглядами.