Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй - Страница 146

Линь Цюши так и не узнал, за сколько конкретно клиенты купили подсказки, но число наверняка было больше восьмизначного.

Обменяв товар на деньги, Жуань Наньчжу махнул рукой и без лишней вежливости произнёс:

— Прошу, господа, можете идти. Не провожаю.

Покупатели снова ответили с горькими улыбками:

— Жуань-гэ, ты так бессердечен. Мог бы хотя бы до дверей проводить!

Жуань Наньчжу равнодушно бросил:

— Вы мне за это доплатите?

Больше ничего не сказав, гости удалились.

Когда они ушли, Жуань Наньчжу сразу переключил внимание на Линь Цюши, как бы между прочим спрашивая:

— Куда ездил?

Линь Цюши, понимая, что обмануть Жуань Наньчжу не получится, честно ответил:

— Встретился с Тань Цзаоцзао.

— А, из-за Чжан Ицина?

— Да. Она попросила, чтобы я уговорил тебя ему помочь.

Жуань Наньчжу приподнял бровь:

— И как ты собираешься меня уговаривать?

Линь Цюши:

— …

Что это за вопрос?

Жуань Наньчжу:

— Ты же должен показать всю искренность своих намерений?

Линь Цюши, посмотрев на Жуань Наньчжу, а потом на терминал на столе, и вдруг понял, что тот имеет в виду:

— А-а-а, ясно, — и достал из кармана банковскую карту. — Сколько?

Жуань Наньчжу:

— …

В комнате надолго воцарилась тишина, а потом Жуань Наньчжу так посмотрел на Линь Цюши, что тот до смерти перепугался и тихонько пискнул:

— Наньчжу?..

Жуань Наньчжу схватил терминал, поднялся и ушёл.

Глядя ему вслед, Линь Цюши погрузился в полное недоумение и позвал:

— Если не хочешь картой, могу отправить на Алипэй3! Я же знаю, что с карты снимется комиссия…

3Алипэй — система электронных платежей в Китае.

Жуань Наньчжу поднялся на второй этаж, а через пару секунд Линь Цюши услышал грохот захлопнувшейся двери.

Следующие три дня Жуань Наньчжу не сказал Линь Цюши ни слова и смотрел сквозь него, будто мужчина был прозрачным.

Линь Цюши:

— ???

Да что, в конце концов, произошло???

Заметки от автора:

Жуань Наньчжу: Линь Цюши, если бы твой EQ (коэффициент эмоционального интеллекта) был бы хоть вполовину таким, как твой IQ, наши дети уже в школу бы пошли.

Линь Цюши: …

Сегодня Линь Цюши осознал себя? Нет.

Подготовка к работе

Тань Цзаоцзао хотела, чтобы Линь Цюши помог ей уговорить Жуань Наньчжу, но сам Линь Цюши вовсе не считал, что способен на это. Всё-таки поход за дверь — это вам не весёлое путешествие, и не важно, принадлежит она вам или клиенту, каждый раз нужно брать на себя огромный риск. Если что-то пойдёт не так, все прошлые старания окажутся бессмысленными, ведь на кону собственная жизнь.

Поэтому Линь Цюши больше не пытался заговорить с Жуань Наньчжу о Чжан Ицине.

Лето очень скоро закончилось, наступили холода, за ними — зимние каникулы в школах и университетах, а там и Новый год не за горами.

Несколько обитателей коттеджа разъехались по домам, чтобы отпраздновать Новый год со своими семьями. Линь Цюши было решил, что останется в коттедже один, но Жуань Наньчжу сказал, что тоже никуда не поедет.

— Ты не вернёшься домой на праздник? — Линь Цюши был несколько удивлён. Он знал о реальной жизни Жуань Наньчжу крайне мало и даже не представлял причины, по которой тот попал за дверь.

— Нет, — ответил Жуань Наньчжу. — Из родных у меня никого не осталось.

Линь Цюши понимающе охнул, но не стал вдаваться в подробности, вместо этого вновь склонил голову над новогодним меню. Жуань Наньчжу не перебирал еду, ел практически всё, что подадут. Таких людей легко прокормить.

Глядя на список блюд, Линь Цюши вдруг кое о чём вспомнил и, поколебавшись немного, сказал:

— К слову… Ты не против, если я задам тебе один вопрос?

Жуань Наньчжу сидел за ноутбуком. Не отвлекаясь от экрана, он отозвался:

— Спрашивай.

— Какова твоя причина смерти?

Жуань Наньчжу замер, закрыл крышку ноутбука и посмотрел на Линь Цюши.

От его взгляда тот немного испугался и даже хотел начать оправдываться, что спросил просто так, из любопытства, если не хочет говорить, то и не нужно… Но Жуань Наньчжу всё же ответил:

— Я не знаю.

— А?

Он говорил об этом так просто, будто вопрос его совсем не беспокоил и не касался.

— Не каждому известна конкретная причина собственной смерти.

Линь Цюши, поразмыслив, пришёл к выводу, что такое действительно возможно. Ведь по сути никто не знает, как именно умрёт, до самого момента. Если так, то Линь Цюши ещё повезло — он узнал причину собственной смерти, поэтому в его душе стало меньше неопределённости.

— Да и что хорошего в этом знании, — Жуань Наньчжу посмотрел на часы. — Пора.

Линь Цюши понял, что «пора» означает «пора за дверь», и только хотел попросить Жуань Наньчжу передохнуть хотя бы день, ведь сегодня канун Нового года… Но сказать так и не успел — мужчина на его глазах испарился.

Линь Цюши:

— …

Эх, ну ладно.

Он спустился на первый этаж и занялся приготовлением новогоднего ужина.

Сейчас в коттедже остались только трое — кроме них ещё И Маньмань, который как раз готовил на кухне фарш для пельменей. Несмотря на утончённую внешность, фарш он рубил с видом заправского мясника — сразу двумя тесаками довольно быстро размельчил мясо в кашицу.

Линь Цюши не знал, что у них принято есть на Новый год, поэтому решил приготовить и пельмени1, и что-нибудь ещё в придачу.

1Китайские пельмени считаются новогодним блюдом.

Он выловил из мойки живую рыбу, купленную накануне, быстро и аккуратно умертвил и принялся очищать от чешуи.

— Вам больше нравится рыба-белка2 или рыба с маринованной капустой и овощами в остром бульоне? — Линь Цюши помнил, что Жуань Наньчжу ест всё, главное, чтобы было вкусно.

2Рыба-белка — название китайского блюда, чаще всего — сазан, жареный в кисло-сладком соусе. При подаче блюду придаётся форма, напоминающая пушистую белку. Сходство весьма отдалённое.

И Маньмань ответил:

— Что угодно сойдёт. Давай рыбу-белку, она смотрится красиво.

Линь Цюши кивнул и поставил вок3 с маслом на огонь.

3Вок — глубокая сковорода с выпуклым дном. В Китае для приготовления любых блюд преимущественно используется именно вок.

Пока масло ещё не нагрелось, в дверь коттеджа раздался звонок. И Маньмань не мог отлучиться — замешивал тесто на пельмени, и Линь Цюши отозвался:

— Я открою.

Заглянув в глазок, он увидел Тань Цзаоцзао и Чжан Ицина.

Линь Цюши поколебался немного и всё-таки решил сначала позвонить Жуань Наньчжу. Сейчас тот наверняка не пошёл бы в дверь высокого уровня, а значит, ему понадобилось максимум двадцать минут, чтобы выйти, и теперь он уже мог говорить.

Так и есть — Жуань Наньчжу взял трубку и спросил, что случилось.

— Пришла Тань Цзаоцзао с Чжан Ицином, — ответил Линь Цюши. — Мне их впустить?

— Впускай, — ответил Жуань Наньчжу.

Тогда Линь Цюши открыл гостям дверь.

Тань Цзаоцзао, увидев его, радостно воскликнула:

— С наступающим, Цюши!

Линь Цюши кивнул.

— Проходите, располагайтесь в гостиной. Я готовлю ужин. Он знает, что вы пришли, подождите немного.

— Хорошо, — отозвалась Тань Цзаоцзао.

Чжан Ицин прошёл в комнату следом за ней. Он весь осунулся и оброс щетиной — в целом выглядел ужасно измождённым. Но его спина по-прежнему была прямой как кисть, а выражение лица нельзя было назвать радушным, высокомерие явно никуда не делось.

Едва взглянув на мужчину, Линь Цюши тут же отвёл взгляд. Всё-таки к нему Чжан Ицин не имел никакого отношения, и он не имел права принимать решение о помощи или же бездействии.

Тань Цзаоцзао и Чжан Ицин уселись в гостиной, и очень скоро к ним спустился Жуань Наньчжу. Сегодня он надел чёрный свитер без ворота, а поскольку в комнате было довольно тепло, сверху не стал набрасывать больше ничего. Ткань мягко облегала его широкие плечи и узкую талию — фигуру идеального манекенщика. Волосы мужчины отросли чуть длиннее обычного, однако он не спешил стричься, просто зачёсывал их назад и завязывал в маленький пучок.