Оборотная сторона (СИ) - Гаргулия Ася - Страница 19

— Никого не тащил, — цедит сквозь зубы. — Ты должна была думать головой. Их все пьют, но конечно же не ты. Ты же у нас особенная.

Ах это я должна была! Вскипаю, ору пуще прежнего.

— Никому, ничего не должна! У меня никого нет, что бы я их пила. По твоему должна таскать презервативы с собой, а вдруг кому-то захочется затащить меня в машину.

— Никого я не тащил! — рычит прямо мне в лицо, едва не касаясь носа.

Дыхание спирает, жадно пытаюсь вдохнуть. Упираюсь обеими руками ему в грудь, пытаясь хоть на миллиметр отодвинуть, не сдвинеш громадину.

— Отпусти!

— Я и не держу.

Нырнула под руку выбираясь из капкана, но не успела и шагу сделать к двери, меня поймали за локоть. Изо всех сил уперлась ногами, он не тянул, просто держал.

— Сколько у тебя задержка?

— Какая задержка⁈

— Не прикидывайся идиоткой.

Тут я вообще выпала в осадок. Откуда знает, он подслушивал⁈

— Да не могу я залететь от тебя!

— А от кого?

— Ни от кого!

Тянет на выход.

— Да куда ты меня тащишь⁈ — брыкаюсь из последних сил.

— В аптеку поедем. Ещё не поздно.

— Тебе надо, ты и езжай!

Отпустил и я чуть не полетела на пол, с трудом удержалась на ногах, а его уже и след простыл, даже дверь за собой не закрыл. Тупо пялюсь, не могу поверить, сердце гулко стучит в висках.

В доме все собрались для просмотра фильма, только я одиноко сижу за баром и пытаюсь отыскать то кино, которое мне нравится, а не им. Планшет не мой, я даже не знаю чей, Игорь дал, чтоб скучно не было, мой то без сим карты бесполезен, а вайфая здесь к удивлению нету. Конечно хотела сбежать в комнату, но Игорь с Машей сказали хватит и я согласилась, глупо, хватит прятаться. Напряжно находиться с ним в одном помещении, тем более после сегодняшнего инцидента, и тем более дважды отвратно, потому, что наглаживает ноги своей девки, не могу этого не замечать, меня будто обдаёт кипятком. Должно мало волновать, но по факту, ещё как волнует. Произошедшее между нами предстаёт перед моими глазами с более чудовищной стороны.

Сижу одна, в обнимку с чужим планшетом, но все же лучше, чем в общей куче толкаться и делать вид, что мне интересен отстойный фильм, а не то какие части тела блондинки наглаживает монстр. Потираю лоб, гоню эту дрянь из моей головы, могу думать только об этом.

Так ничего интересного и не нашла, ясно почему, не о том думала. Как бы по привычке заглядываю в галерею, как бы, отговорка слабая, мне просто любопытно. Фоток особо нет, только собаки. Три добермана, огромных таких. Один из них полностью чёрный. Разве подобного окраса бывают. Я не спец, в породах не разбираюсь, но всё же. Заинтересованно рассматриваю, красивая.

— Это Дин, — подпрыгиваю от голоса над ухом и дёргаюсь внутри от его обладателя.

Кожей чувствую нарушенное личное пространство. Переворачиваю планшет закрывая обзор.

— Тебя кто звал? — шиплю полушёпотом.

Перевернул планшет обратно и сел рядом совсем близко, касаясь меня бедром и локтем. Отбираю у него чужой девайс и отворачиваюсь, как маленькая обиженка, заодно отодвинувшись. Спиной остро чувствую его присутствие, до мурашек, желудок сжимается в спазме. Чудится словно сейчас обнимет, крепко прижимая в груди. Напряжение с желудка сползает ниже, разливаясь теплом.

— Это моя собака.

— Ну и что? — оборачиваюсь на него.

— Ведёшь себя как глупая дура.

— Я тебя не трогала и ты меня не трогай. Сижу никого не трогаю.

У, Миланочка, что-то ты в неадеквате. Мысли путаются, язык несёт неразумный бред.

— Вы с ней копия. Обе дуры.

— Сам дурак. С кем? — не выдерживает любопытство.

— С ней, — кивает на планшет.

Смотрю на фото чёрного добермана, потом на него.

— Вообще некрасиво лазить по чужим альбомам.

— Тебе-то какое дело? Вообще, — передразниваю, — кто бы говорил, что красиво, а что нет.

Слегка удивлён, редкая эмоция на лице.

— Это мой планшет, — и так проникновенно смотрит в глаза.

Вот я тупая! Сейчас ударюсь лбом, чтобы мозги на место встали. Идиотка!

Неторопливо закрываю все вкладки, неизмеримо насколько идиотка, и как сразу не догадалась, блокирую, аккуратно кладу перед ним. Знала бы, не взяла бы. Ни за что! Руки предательски дрожат, сердце бьётся быстро-быстро, в горле пересохло. Не успеваю убрать руку, он хватает за ладонь, слегка сжав отпускает, что-то оставив в моих пальцах. Разжимаю, блестер, в нём две таблетки.

— Как пить надеюсь знаешь? — слегка склоняется ко мне, говорит полушёпотом.

Дёргаюсь от него, соскочив с табурета на пол.

Бросаю в него таблетками, ловит на лету и пячусь задом, боясь повернуться спиной. Поймает. Его глаза грозно сузились или мне уже кажется со страху.

— Сам пей, — бросаюсь бежать, развернувшись натыкаюсь на его девку.

Эта дылда моргает глупо глазами, пялится на меня, обхожу и убегаю. Поднимаясь по лестнице слышу:

— Что это?

— У неё голова болит. Сама просила купить, а теперь швыряется в меня. Больная дура.

На самом верху лестницы оборачиваюсь на него, встречаюсь глазами, его взгляд ничего хорошего не обещает. Скандал не в мою пользу, лучше притормозить, не желаю огласки. Всё равно дайте мне сейчас хоть что-нибудь в руки и я запущу ему в голову, но под рукой ничего нет, а он уже забыв обо мне, целует в шею дылду, облапав за задницу. Обдаёт жаром и сама того не осознавая всхлипнув, бегу в комнату. Горю заживо в адовом пламени.

Глава 21

Глубокая ночь, валяюсь на кровати, через открытое окно по коже волнами пробегает бриз. Смотрю на звёздное небо, чем дольше, тем больше видишь, их настолько много, что становится страшно. В голову лезут мысли о Сергее. Скучаю, чего бы не говорила, как бы себя не убеждала, а всё равно скучаю. Скучаю по серьёзным глазам, по собственнической жестами, даже по тому, как ругал меня. Постоянно чему-то учил, каждый день пытался что-то донести. Я делала вид, что мне интересно и старалась, чтобы ему угодить.

В доме давно тихо и скоро уже утро. Половина обитателей уехали веселиться и тусить, вторая спит. И я, ни то, ни другое. Покоя нет внутри, хочется сорваться и нестись и нестись, кажется только тогда обрету душевное равновесие. Но этот монстр не оставил мне ни единого шанса на покой и душевное равновесие.

Порывисто вскакиваю с кровати, у двери теряю часть решительности. Ну это разве жизнь⁈ Прислушиваюсь прежде, чем выйти. Тишина. Выбираюсь из убежища, стараясь не шуметь, быстрый взгляд на дверь напротив и бежать. Спускаюсь по лестнице, торопясь, темнота не мой друг. Сердце несётся, ощущения, как в детстве. Всегда боялась неизведанного, до чёртиков. Щелкнув кнопкой подсветки, выдыхаю. Идиотка!

Включаю чайник, сразу зашумел, да так громко, испуганно осматриваюсь, чудится будто слышит весь дом. Стараясь не греметь достаю кружку и ложку, а всё равно разносится звон металла о стекло.

Щёлк, закипел, заливаю и почти сразу чувствую запах чая, вдыхаю аромат прикрыв глаза. Вздрагиваю и замираю не дыша, по обе стороны от меня вижу ладони, упёршиеся в столешницу. Смотрю в кружку и жду приговор, спиной ощущая близость чужого, волнующего тела, дыхания, которое шевелит волосы. Молчит, лёгкие сводит от нехватки кислорода, сосредоточенно дышу, боюсь ненакором коснуться. Прошибает электричеством, лёгким толчком прижимает к столу и кладёт подбородок на моё плечо. Передёргиваюсь из-за мурашек по спине. Он издевается!

— Чего молчишь? — Тихий, стальной голос отдаёт внутри вибрацией.

Напряжение достигает пика, ещё чуть-чуть и не знаю, что будет.

— Сама выпьешь или придётся заставить?

— Не надо…

— Боишься? Правильно делаешь, — различима ухмылка, даже могу представить его лицо при этом. — И не только боишься…

Теснее прижимается и отпускает так же неожиданно, как и появился. Быстро оборачиваюсь, он всовывает мне в пальцы таблетки.

— Пей.

Тяжело сглотнув глазею на эту гору, возвышающуюся надо мной.