Хозяйка таверны. Сбежавшая истинная (СИ) - Алдар Алана - Страница 6

Я поднялась с кровати, желая увеличить расстояние между нами, отошла к окну. Совран следил за мной взглядом, как будто глаза его по клеились к моему лицу. Я старательно избегала заглядывать в них. Боялась увидеть там что-то. Ещё больше не увидеть ничего, кроме чудовища, способного хладнокровно убить семерых родных братьев просто ради власти.

— Баст жил в Халдее, и к детям Фирса относится точно так же, как и последователям Илларии. — Я взглянула на Соврана через плечо, — никак. Я намеренно не прививала ему любви к кому-то из богов... — запнувшись, не стала озвучивать причину, что столкнувшись со всеми чудесами этого мира, повстречав ЕГО бога, только благодаря ЕГО богу вообще получила сына, возможность познать материнство и встретить любовь. Дочь Илларии благодарившая Фирса. Трехлунный перевернулся бы с ног на голову. Вздохнув, продолжила, — он знал о моих проблемах с оборотом и думал, что такой же. Так что не бери на свой счет.

— Крайне благородно с твой стороны, — в спокойном голосе появилась сталь. Так лужи, улыбающиеся тебе днём отражением солнечного света, каменеют в вечерний час, схваченные коркой бесчувственного льда. — А мог бы жить при отце. Быть готовым к этому всему, — Совран кивнул на тяжело вздымавшуюся грудь сына. Голос его тут же потеплел. Когда-то он и со мной так говорил. — И пройти свой первый оборот легко. Как ты верно заметила, все вокруг результат наших выборов. И воли богов, конечно.

Побарабанив пальцам по подоконнику, я снова на него посмотрела и предложила: — Распоряжусь, чтобы тебе приготовили комнату. Соседняя с Бастом пустует, Лиам навещает нас все реже. Думаю, он будет не против. Ты так и не сказал, что делаешь в Халдее, Совран.

— Кто такой Лиам? — его взгляд стал острым, как марканский клинок и таким же ядовитым, как песчаные змеи. — Я бы предпочел комнату для постояльцев. Семейные покои оставь для членов семьи. Свой постой я оплачу по тарифу.

— Сам не ответил на мои вопросы, но ждешь, чтобы объяснилась я? — хмыкнув сложила руки под грудью. — Семейные покои... вот и ответ, да? Лиам заменил Басту отца. Хочешь гостевые, а не семейное крыло, будут гостевые. Как пожелаете, Мастер.

Совран поднялся. Медленно, как падают первые снежинки перед страшной метелью.

— В Халдее я по личному делу, Тира. Вряд ли теперь мои дела тебя касаются.

Он подошёл ко мне. Так близко, что я ощутила запах его любимого аромата. Все того же, что и много лет назад.

Помню, как сказала ему однажды:

— Ты пахнешь надёжностью и свободой.

Сегодня мне этот аромат казался обещанием конца света. Так пах крах моих надежд и пепел спокойной жизни.

— И чему же этот заменитель отца научил моего сына? — слова плетью опускались мне на кожу, разрывая ее вспышками воспоминаний. — Лгать и воровать? — Совран поднял руку, рванул с нее цепочку. Звенья посыпались по полу, как осколки прошлого. Оставшийся в пальцах кусок он положил на подоконник рядом с моей рукой. — Ты сделала прекрасный выбор,Тира. Надеюсь, гордишься собой?

Солнечный луч мазнул по символу моих давних клятв, отразился светлым пятном на подбородке Соврана. Он поморщился и сделал шаг назад, все ещё глядя мне в глаза.

— Я свой тоже сделал. Как только Баст придет в себя я расскажу ему правду. И заберу его с собой в Академию. Он двуликий. И будет там учиться под моим присмотром. Заменитель отца моему сыну не нужен. Отец у него есть, Тира.

А потом он вышел. Оставив меня смотреть на блестящие, как слезы, порванные звенья под ногами.

Вот такие дела... Довела мужика? Или сам дурак виноват? Вы на чьей стороне?

Глава 9

Тира Оставив Баста на Мартишу и Реана, я вернулась к себе. Платье взмокло по спине, да и меня саму то в жар, то в холод бросало от осознания, что Баст обернулся и понимания, что прошлое нас все таки настигло.

— Как я могла подумать, что все может сложиться даже не плохо, — шипя, я попыталась дотянуться до шнуровки на спине. Прежде чем сын проснется, прежде, чем гости начнут заполнять таверну стоило привести себя в порядок. Только запутав толстые шнуры, я с силой рванула платье, вымещая на ничем не повинной ткани злость и отчаяние, — Сто раз говорила не отшивать мне модели с фиксацией на спине!

— Тира, ты как тут? Я все сделала, как ты просила. — В дверь проскользнула наша вышибала Айла. Тоже кошка из Исландора, единственное, что осталось со мной из прошлой жизни. Айлу отправили конвоировать меня в Ниргию (в лексиконе Королевы-матери это называлось сопровождать), но дочь начальника дворцовой стражи была моей подругой с детства и выбрала сторону, не задумываясь. Когда я решила умереть для Исландора, Айла умерла со мной.

— Столы расставили, пришлось даже те, что обычно на праздники выносим занести, выпивку приготовили, музыкантов наняли, из тех, что обычно в ратуше подрабатывают, будут на смену нашим... Народ уже повалил, представляешь? Все хотят послушать про первый оборот Баста и узнать о твоем мужике.

— Айла... — прохрипела я, пытаясь извернуться. – Помоги мне с этим проклятым платьем, пожалуйста. И скажи Мартише, чтоб все до единого заменила. Сколько просить! — Я злилась на внезапно упавшего на наши головы ферна, но доставалось всему, что подвернулось под руку. — Совран не мой мужик. Он отец Баста, — руки, продолжающие дергать тесемки задрожали, — и он грозит его у меня отобрать…

– Ого, — Айла отбросила мои руки, чтобы не мешались и стала распутывать узлы. — Этот тот не твой мужик, который полгода тебя обхаживал, дунуть на тебя боялся и смотрел как Хост на Фирса верными щенячьими глазами. Или хочешь сказать я твоего ферна с кем-то путаю? — Платье перестало давить мне грудь, но дышать легче не стало. — Напомни мне, почему мы не сказали это чужому мужику, что у нас , ну то есть у тебя от него сын?

— Спасибо! — платье тяжелой грудой осело под ногами. Переступив через него, я находу избавлялась от нижних юбок и сорочки, шлепая в свою личную ванную комнату. Хотелось под воду, смыть с себя напряжение, выдохнуть.

Подруга пошла следом. Включила магические светильники, завернула шторы.

— Потому что он поехал завоевывать Ферн. Напоминаю, если ты вдруг забыла. Потому что сидеть и ждать, а вдруг он вернется, прежним... а не монстром убившим семью, времени не было. На кону была жизнь моего ребенка. Уж простите, но если на чаше весов стоит мужик или ребенок, я выберу сына. Что я и сделала.

Я шагнула в каменную бадью, вода зашумела по трубам и они задергались, поднимая нагреваемую в подвалах, под таверной воду.

— Опять артефакт нагрева барахлит. Надо написать Марине, чтоб когда будут ехать захватили накопитель, перезарядить бы.

Пар от воды пошел от серого каменного днища, наполняя лёгкие жаром. Я закрыла глаза и сделала три глубоких вдоха.

— Ты знаешь, как я отношусь ко всем этим демонстрациям силы. Меня никогда не интересовала власть, трон и корона. А он... я думала, что его тоже не интересует. Этого мало?

Я развернулась к воде спиной и застонала, когда первые капли забарабанили по плечам. Как будто вместе с этим звуком из тела могло выйти напряжение и страх.

— Я раньше об этом как-то не думала, ты знаешь, я не из этих, которые мыслители, — Айла протянула мне мыло, — но вот сейчас… Я все пытаюсь понять, а почему ты не связалась с ним потом?

— Потому что это было одним из условий! Я не могла. И даже если бы захотела, вряд ли бы у меня это вышло. Фейри такие фейри.

Я замерла, развернувшись посмотрела на свою подругу с осуждением. Та вытянула по-утячьи губы и выгнула бровь, явно ещё чего-то ожидая.

— То есть то, что он расправился со всем своим семейством не аргумент, да?

— Ну я никогда не была такой миролюбивой, как ты. А ферны вообще воинственный народ. Когда его брат пришел бы к власти, мог его тоже убить. У них там такие порядки. На троне только один. Ты бы предпочла, чтобы умер твой ферн?

— Он не мой ферн, Айла! — зарычала я. Ойкнула и тут же прикрыла рот ладонью. Лицо подруги прямо искрились ехидством. — Он говорил, что отказался от гонки за престол. Его интересовала наука.... — я подставила лицо под тугие капли воды.