Фиктивное счастье дракона (СИ) - Рэйн Мона - Страница 29

Я обрадовалась за Стейнара, но моё сердце сжал страх. Теперь наш контракт окончен. Что ждёт нас дальше?

Глава 43

Никто не успел сказать ни слова после объявления наследника. Анук вскочила со своего места, переворачивая лёгкое плетёное кресло.

— Он всегда был твоим любимчиком! — прорычала она. 

Отголоски дыхания хаоса, исходящие от неё, как будто сгустились. 

— Как ты можешь на него рассчитывать? Он так же одинок, как и я! Их брак фиктивный! Они же дурачат тебя! 

— Анук, дорогая… — попыталась успокоить её бабушка.

Та не стала слушать и с рычанием бросилась прочь, с треском ломая кусты и на ходу обращаясь в дракона. Когда хлопанье крыльев стихло вдали, кьяра Айвинн огорчённо вздохнула.

— Похоже, ритуал придётся провести в неполном составе.

— Она смирится, — негромко отозвался Стейнар.

Он встал с кресла и опустился перед пожилой драконицей на одно колено.

— Спасибо. Я не подведу вас с дедом.

Бабушка ласково пригладила его волосы. 

— Я знаю. Ты справишься. Вы справитесь.

Она сверкнула глазами в мою сторону, и я в очередной раз почувствовала себя злостной обманщицей и предательницей.

Кьяра Айвинн поднялась и прошлась по площадке, выходя на открытое место.

— Будет больно, — предупредила она внука. — Насколько — не знаю. Ещё никто не проходил через ритуал в человеческом обличье.

Стейнар последовал за ней.

— Я готов.

— Думаю, ты сможешь помочь нам, дорогая, — обратилась бабушка ко мне. — Встань вот здесь и помести свою чудо-магию прямо между нами.

Я послушалась, тревожно поглядывая на Стейнара. Его, кажется, совсем не волновала возможная боль.

Кьяра Айвинн попятилась от нас, затем замерла, будто прислушиваясь к себе. На пару секунд её силуэт, и так плохо различимый в мечущемся свете факелов, совсем исчез. Вместо него появился другой — драконий, большой и изящный, с отблесками огня на чёрной коже.

Драконица улеглась на снег, опускаясь так, чтобы быть ближе к Стейнару, стоящему напротив неё. Я, как и было велено, разделила их золотым облачком своей силы.

Огромный зверь выдохнул клубы пара, прикрывая глаза. Сначала ничего не происходило. Затем я заметила, как в драконьей груди что-то приглушённо засветилось, словно пробиваясь сквозь толщу воды. Свет становился всё ярче, окрашиваясь из бледно-жёлтого в оранжевый. Воздух вокруг начал дрожать, как это бывает при приближении к сильному магическому источнику. Я судорожно вздохнула, удерживая свою силу на месте. Стейнар стоял, оставаясь невозмутимым.

Грудь драконицы окрасилась в красный. Я успела испугаться до того, как осознала, что это всего лишь свет. Пульсирующий сгусток алых лучей отделился от тела кьяры Айвинн и поплыл в сторону Стейнара. Моя магия, через которую ему пришлось пройти, будто сжала его. Теперь сияющий шар стал размером с кулак, но сверкал так, что на него было больно смотреть.

Красные отблески легли на лицо Стейнара. Приблизившись к нему, Сердце дракона на несколько секунд зависло, будто изучая своего нового владельца, а затем резко ударило прямо в центр груди. От неожиданного толчка Стейнар качнулся, затем выгнулся, сжимая кулаки.

С его стороны не раздалось ни звука. В ушах лишь гудело ровное напряжение от присутствия невероятно сильной магии. Лицо Стейнара исказила гримаса боли. Иллюзия рубашки и пиджака растаяла, и можно было видеть как Сердце дракона пробирается всё глубже в грудную клетку, высвечивая изнутри тёмные полосы ребёр. 

Свет начал распространяться по телу дракона. К тому моменту, как он добрался до кончиков пальцев, источник уже почти не было видно. Он медленно затухал, скрывшись в своём новом хозяине.

Когда последние искры погасли, Стейнар со стоном упал на колени в снег. Я бросилась к нему, но он выставил ладонь. 

— Нет! Помоги бабушке.

Огромной чёрной драконицы уже не было. Вместо неё на снегу отчётливо виднелся силуэт кьяры Айвинн, сидевшей с устало поникшими плечами. Я протянула ей руку, и она тяжело поднялась, опираясь на меня. 

Вместе мы дошли до кресла. Здесь было немного светлее, и можно было заметить, насколько глубже стали морщинки пожилой драконицы. Кожа, казалось, сделалась тоньше. Волосы из серебряных стали белыми.

— Чувствую себя на все восемьсот.

Она усмехнулась, заметив, что я её разглядываю. Потом перевела взгляд туда, где стоял Стейнар. Сейчас на этом месте никого не было.

— Не жди его сегодня ночью. Хранителю нужно время, чтобы сжиться с новой силой. А уж если он вернул себе дракона…

— Да, конечно, — пробормотала я.

Сердце снова неприятно сжало. Теперь я на последнем месте в списке важного для Стейнара. Передо мной стоят его долг, его новая сила и его драконья ипостась. А может и не только они. 

Кажется, кьяра Айвинн поняла эти чувства. Она легонько сжала мою руку, заглядывая в глаза.

— Вот, что я тебе скажу, моя дорогая. Фиктивный брак или нет, главное — что ваши чувства настоящие. А они настоящие. От бабушки этого не скроешь. 

Глава 44

Слова кьяры Айвинн меня смутили. К счастью, она не стала дожидаться моего ответа.

— Идём в дом. У нас обеих был сложный день, и завтрашний будет не проще.

Опираясь на меня, она поднялась. Мы двинулись по садовой дорожке. 

— Хорошо, что Стейнар на тебе женился, — шутливо проворчала бабушка. — А то пришлось бы звать на помощь.

Дома её окружили заботой слуги. Я поднялась в отведённую нам со Стейнаром комнату, но, как и велела кьяра Айвинн, ждать не стала. Забралась под одеяло и попыталась уснуть, хотя в голову упорно лезли мысли.

Значит, кьяра Айвинн подозревала, что наш брак ненастоящий. Но всё равно выбрала Стейнара. Поверила в нас, в наше возможное счастье. Кажется, даже больше, чем мы сами. 

Уснула я с мыслью, что мне хотелось бы поверить в него так же сильно.

Сон прогнало какое-то шевеление рядом со мной. За окном светало. Стейнар сидел на другой стороне кровати, рассматривая меня. В его лице было что-то новое. Что-то жёсткое, властное. И совсем не вязалось с этими новыми чертами пробивавшееся через них страдание.

Я приподнялась на руках.

— Получилось? Дракон вернулся? — спросила я почему-то шёпотом.

Он покачал головой. 

— Пока нет.

Теперь понятно, почему он такой хмурый. 

— Сейчас принесут завтрак, сразу после него выезжаем. Теперь у нас много дел.

Завтракала я одна и наспех. Стейнар провёл последние часы с кьярой Айвинн, которая готовилась к своему последнему полёту — за Одинокую гору. На прощание она обняла нас.

— Мне жаль, Стейнар, что приходится оставлять вас в такое сложное время. Наверное, в том, что оно наступило, есть и моя вина. 

— Мы справимся. 

Он крепко прижал её к себе, отчего драконица, ставшая совсем хрупкой, поморщилась.

— Не сомневаюсь. 

Она посмотрела на меня с ободряющей улыбкой, будто говоря, что всё будет хорошо. Такой я и запомнила её навсегда.

По пути в Блэкингард мы со Стейнаром не разговаривали, обсуждая только дела, касающиеся непосредственно путешествия. Я украдкой рассматривала его. Казалось, что дракон стал выше и шире в плечах. Каждый его жест, даже незначительный, дышал какой-то силой, отчего я чувствовала себя ещё более незначительной рядом с ним.

Дома меня утешил соскучившийся раттоск. Стейнар закрылся в кабинете. Я достала наш договор, который вот-вот должен потерять силу. Посмотрела на дату. Послезавтра контракт закончится. 

Бельчонок то и дело пытался забраться мне на плечи, сунуть свой маленький носик в документ, но я, помня о том, что случилось в кабинете, держала договор подальше. 

Под вечер Стейнар улетел, и я совсем скисла. Похоже, кьяра Айвинн ошиблась на наш счёт. Чувство, сжимавшее сердце, теперь добралось до горла. И наш разговор на следующее утро сделал всё только хуже.

Первым делом в кабинете я заметила на стене новую карту. Теперь угольные пометки на ней соединяли линии. Они складывались в спирали, ураганом закручиваясь в точке у Вестервига, неподалёку от острова, где мы побывали.