Льдинка для огненного дракона (СИ) - Рэйн Мона - Страница 10

Кьяр ненадолго исчез в сумраке среди деревьев. Вскоре оттуда раздался треск, с которым обычно ломается сухое дерево. Дракон вернулся с охапкой толстых веток и с шумом сбросил их на землю. После этого он разложил дрова в каждой чаше, засветил в ладони огонь и зажёг первый костёр.

Всё это он делал в торжественном молчании. Я наблюдала за его действиями, борясь с желанием стряхнуть с его рубашки соринки, оставшиеся от дров. Когда пламя занялось, Кьяр протянул мне пылающую ветку и указал на другую чашу. Поняв его без слов, я зажгла второй костёр. Сухие ветки, потрескивая, с лёгкостью занялись огнём.

Стоять рядом было тепло, но ещё теплее стало, когда Кьяр взял мою руку. Он подвёл меня к каменной стене, уходящей высоко в темнеющее небо, и я ахнула.

Огонь костров осветил то, что я не заметила сразу. На каменной глади были выбиты имена. Длинные столбцы с именами, уходящими вверх и теряющимися в вечернем сумраке. В глаза бросились те, что были мне знакомы.

Вестер Сальгардо. Эйбелин Фирн. Этталь Фирн.

Я невольно стиснула руку Кьяра крепче.

— Здесь имена всех, погибших на Севере?

— Не всех. Начиная с тех, кто не вернулся из сердца Неверина. Я сделал этот мемориал, когда погиб отец. С тех пор список пополняется десятками имён каждый год.

Я окинула взглядом широкую стену, испещрённую письменами, и по моей коже пробежал холодок, несмотря на близость Кьяра. Сколько же человек там уже погибло? И сколько драконов?

— Я подумал, что стоит показать это тебе.

— Спасибо.

Это было так удивительно, знать, что память моих родителей чтит кто-то ещё. Очень странное чувство. Как будто у меня появился близкий человек.

Море и ветер постепенно утихли. В тишине было слышно, как потрескивают ветки в костре. Невольно на ум пришла мысль: может ли на этой скале быть кто-то ещё? Или мы совсем одни?В глазах Кьяра я уловила отголоски похожих мыслей. Он нехотя выпустил мою руку.

— Нам пора возвращаться.

Кьяр помог мне вернуться в клетку, проверил, закрыта ли дверца, и снова исчез в тенях, перевоплощаясь в дракона. На город уже опустилась тёплая ночь, полная запахов и огней. Вскоре мы приземлились на крыше дворца.

— Прости, это было не похоже на романтический вечер с императором, — улыбнулся он, помогая мне выйти наружу.

Его слова напомнили, что мы ещё не обсудили самое главное — что будет со мной дальше.

— Ваше Величество, — подавив нервную дрожь, я выпрямилась перед ним, — вам ведь уже рассказали о моём даре?

— Да, — Кьяр оставался на удивление спокоен.

— И что ты… что вы думаете об этом?

— Пока что я не намерен ничего менять.

Я вскинула на него удивлённый взгляд.

— Но как же? Говорят, что мой дар может повредить вам.

Он шагнул ближе, одной рукой обнимая мою талию, другой приподнимая подбородок. Жар от этих прикосновений растекался по телу, заставляя колени подгибаться, делая дыхание прерывистым.

— Я должен убедиться в этом сам.

Сердце часто забилось. Где-то под моей ладонью ему в такт отвечало гулкое сердце дракона. Разум кричал, что нам надо остановиться, но вместо этого я лишь прикрыла глаза, ощущая, как тепло его губ приближается к моим.

Глава 11

Наши губы встретились. Тело будто совсем расплавилось от прикосновений дракона и без стыда подалось вперёд, прижимаясь к нему. Пальцы сами зарылись в волосы Кьяра, не желая отпускать его. Дракон зарычал. Мы оторвались друг от друга, прерывисто дыша.

Кьяр нехотя разжал объятия, сделал несколько шагов назад и провёл ладонью перед лицом. Ничего не произошло.

Хмыкнув, он повторил жест. Дракон не отозвался.

Я попыталась сотворить лёд, но и у меня ничего не вышло. Внутри всё сжалось. Значит, это правда! Нам нельзя быть вместе. В отчаянии я сделала шаг назад, но Кьяр заметил это и снова прижал к себе. Я спрятала лицо на его груди.

— Не надо, Мариан, не убегай, — зашептал он мне на ухо, — я уверен, что это поправимо. Мы что-нибудь придумаем. Не отчаивайся. Что мне сделать, чтобы ты мне поверила?

Я подняла лицо к нему.

— Отпустите меня домой, Ваше Величество.

Он разжал руки и покачал головой.

— Нет, об этом не проси.

Я вздохнула. Что же, убегу и без высочайшего дозволения. Но как же хочется иметь с собой хоть что-то от него на память.

— Подарите мне прядь ваших волос.

Кьяр улыбнулся.

— Ты колдунья, Мариан? Зачем тебе мои волосы? Приворожить меня ещё сильнее не получится, — он нежно провёл рукой по моим волосам. — Это я должен просить у тебя такой подарок, но мне слишком жаль твои прекрасные локоны.

Я мягко отстранилась. Огонь, который будил во мне дракон, был слишком мучителен. Ничуть не милосерднее холода.

— Я устала, Ваше Величество. Позвольте мне уйти.

Кьяр нежно смотрел на меня.

— Спокойной ночи, Мариан. И до скорой встречи.

Присев в реверансе, я развернулась и пошла к выходу, с каждым шагом чувствуя, как в тело возвращается мучительный холод. Холод, который теперь навсегда со мной.

Я следовала за своим провожатым, безучастно глядя на спину в лакейском камзоле, как вдруг она остановилась. Улыбающийся Деро Брунс вынырнул как всегда из ниоткуда, знаком приказал слуге уйти, а сам занял место рядом со мной.

— Уже темно, и звёзды падают с небес. Некоторые прямо в руки императору.

Я покраснела. Интересно, наш с Кьяром поцелуй кто-нибудь видел?

— Как вы похожи на вашу мать, — распорядитель отбора покачал головой. — Stella del Nord — это её прозвание. Мало кто помнит, но так называли при дворе Эйбелин Фирн. Точнее, тогда её звали Эйбелин Райм.

— Расскажите мне о ней, — мой голос эхом отразился в безлюдном коридоре.

Деро усмехнулся.

— Эйбелин была такой… Как если бы бушующий огонь поселился в теле женщины с ледяным даром. Она жила, как хотела, и не боялась пересудов. Вы знали, что она бросила жениха, чтобы выйти за вашего отца?

Я молча кивнула, не желая его прерывать.

— Какой тогда был скандал! Но Эйбелин — чистое пламя — ускользала от всех неприятностей. Даже из лап дракона-императора.

А вот это было для меня новостью! Я изумлённо уставилась на Деро. Он тихо рассмеялся.