Каратель из погибшего клана (СИ) - Обухов Максим Эдуардович - Страница 35

— Так он был закрыт, я лично его закрывал на ключ.

— То, что не смог открыть один человек, может открыть другой. Или ты, дядя, думаешь, что мне для этого нужен ключ? Отмычка и пара ловких движений.

— Мы с тётей всё перерыли и никаких документов не нашли. Слушай, Миша, я всё понимаю, что ты зол, что мы хотели продать землю твоего отца. Это нам нужно было сделать из-за огромных долгов. Да, мы, может, и неправильно поступали с тётей… Что свои долги приписали тебе… Наверное, ты из-за этого зол. Но другого варианта нет. Мы это сделали, зная, что на другое ты вряд ли согласишься. Поэтому прошу тебя забыть старые обиды.

— И что, я забуду и разрешу вам продать землю? Альберт Константинович, вы ведь теперь не хуже меня знаете, что эта земля больше никому не нужна. Сколько вы рассчитываете за неё получить? С другой стороны, смысл мне с вами иметь какое-то дело? Скоро вся эта собственность станет моей.

Я увидел, как в его глазах блеснула злость. Он нажал на газ, и машина свернула на ещё более просёлочную дорогу. Он гнал быстрее, видимо, хотел уйти от машин и шумной дороги. Видимо, дядя был на пределе, я ждал этого момента.

— Хорошо, давай забудем старые обиды и немного отдохнём. Нам всем нужен отдых, особенно мне. После такого нервного дня… Кстати, твой отец ни разу не брал тебя на охоту. Представляешь, мы с ним вдвоем далеко уходили в лес. Это были незабываемые моменты. Я вообще часто думаю об этом.

— Простите, но у нас с вами не получится забыть старые обиды, — проговорил я, повернувшись к дяде. В моей руке появилась игла, которая могла причинить невероятную боль.

Дядя, крутя руль, повернулся ко мне с удивлённым взглядом.

— Ты про что?

— Я знаю, что вы заказали меня убить двум отморозкам, которых я отправил на тот свет, ещё знаю, что вы украли Веру.

Глава 15

Дядя резко посмотрел на меня и сжал руль. Сразу стало ясно: он причастен к похищению Веры.

В его глазах не было удивления, которое обычно проявляется, когда обвиняют человека в несовершённом преступлении. Нет, там был настоящий страх разоблачения.

Он сильно напрягся, и я понял, что он способен на любую глупость. Например, резко крутануть руль, чтобы я потерял контроль над ситуацией.

Но я был готов к такому повороту событий. В моей ладони уже была игла.

— Давайте без глупостей, и никто не пострадает. Вы говорите, где держат Веру, проваливаете из моего дома и больше не появляетесь. Я закрою глаза на всё, что вы сделали, — сказал я.

Дядя лихорадочно огляделся. Наверное, искал способ избавиться от меня, но это было бесполезно. Я схватил руль и крикнул:

— Тормози!

Дядя явно не ожидал такого поворота. Он резко нажал на тормоз, и машина остановилась.

— Миша, ты с ума сошёл! Я не воровал Веру! Как тебе вообще могла прийти в голову такая мысль? Убить тебя, своего родного племянника? За кого ты меня принимаешь? — воскликнул он, но я его не слышал.

Дядя перешёл в полное отрицание — это плохой знак. Он пытается прикинуться дурачком.

Со мной шутки плохи. Я не люблю шутить, особенно когда девушка в беде. Поэтому созданная мной игла боли моментально вошла в его колено. На лице дяди отразилась боль.

— Нога, нога! — удивлённо повторил дядя, сжимая колено. Его лицо исказилось от боли, и он посмотрел на меня. Альберт Константинович мгновенно понял, что я — причина его мучений.

Это было видно по его яростному лицу. Ну, ничего, мы продолжим с вами иглоукалывание.

— У меня нет времени слушать ваше враньё. Либо вы сейчас говорите, где Вера, либо вторая нога вообще отнимется.

Его лицо перекосилось от злости. Он понял, что спорить и сопротивляться бессмысленно. Хотя, похоже, у него ещё оставалась надежда.

— Говорите, где Вера! — приказал я.

— Какого чёрта мне нужна эта девчонка? Ты сам подумай!

— Выкуп. Вы поняли, что с теткой вам мои земли не получить. Тогда вы решили содрать деньги с Гудковых, чтобы оплатить свои долги.

Дядя внимательно разглядывал моё лицо, несмотря на боль от иглы. Не знаю, что он пытался там увидеть, каким образом я раскрыл его план? Так это было не сложно.

Потом Альберт Константинович рассмеялся в голос.

— Ты всё это сейчас придумал! Ты, правда, думаешь, что я пойду на такое? Альберт Константинович Строгонов способен на такие мерзкие вещи?!

— Для вас это пустяк. Я слышал ваш разговор с тётей, когда вы рассказывали ей, что заказали меня каким-то отморозкам. И да, если вам интересно, я их убил. Поверьте, если вы будете продолжать строить комедию, я вас тоже прихлопну, и плевать, что вы мой дядя.

— Юноша, это неправда, — проговорил дядя, несмотря на боль, пытаясь найти выход из ситуации.

— Я это уже слышал. У меня нет больше времени. Я готов убить вас прямо сейчас, если вы не скажете, где Вера!

— Я вёз вас к ней, — рассмеялся дядя.

— Что?!

— Да, это я украл Веру ради выкупа. Ты доволен? Слишком уж ты стал смышлёным в последнее время, Михаил Романович. Твой отец гордился бы тобой. Да, я и правда заказал тебя этим идиотам. Хотел ли я тебя убить, Миш? Нет. Поверь, это всё из-за долгов. Я не могу отказаться от игры. Вот долги меня и загнали, что я был вынужден заказать своего племянника. Прости.

— Мне ваши извинения не нужны.

— Слушай я тебе говорю, где находится Вера, а ты мне даешь уйти, — сказал дядя.

— Я согласен, — сказал я, глядя на дядю. На его лице появилась улыбка.

— Ваша Вера дальше по дороге, там тебя ждут. Сколько — не знаю, может, трое, а может, больше. Так что если поедешь на машине, попадешь в засаду.

— Понял, а теперь отдайте мне телефон, — сказал я, протянув руку.

— Зачем? — спросил дядя, непонимающе глядя на меня.

— Живо! — скомандовал я, и аппарат тут же оказался в моих руках.

Я взглянул на лесную дорогу. Значит, вот какой был план: он везёт меня к ним, а дальше они со мной разбираются, а Вера там ждёт выкупа.

— Вон из машины, — сказал я, и дядя, мотнув головой, вышел. Его лицо было переполнено злостью, и вдобавок он хромал. Мне хотелось на прощание запустить иглу, чтобы он рухнул. Ладно, хрен с ним.

Я пересел на водительское место. Память моментально подсказала, как управлять этим аппаратом. Машина тронулась, и я поехал прямо в ловушку к наёмникам. Сейчас я им устрою тёплую встречу.

В боковом зеркале я посмотрел на дядю, провожавшего меня недовольным взглядом. Если честно, он ещё легко отделался. Боль в колене не в счёт. Пусть живёт, всё равно карты его добьют.

Машина неслась по дороге, я думал, как поступить дальше. Первая мысль была — разнести всё это гнездо. Протаранить машиной ворота и остудить горячие головы.

Но от этой идеи пришлось отказаться. Ещё неизвестно, врал мне дядя или нет. Вот я ворвусь, разнесу всё, а там окажутся невиновные люди. Так резко нельзя, надо всё проверить, а потом применять силу.

Поэтому я решил не подъезжать к базе охотников, а припарковаться где-то поблизости и разобраться на месте. Как только замелькали впереди строения, я нажал на тормоз.

Оставив машину на обочине, я огляделся: дорога грунтовая, глухая, ни одной машины. Хорошо, затеряюсь в лесу, приближусь к базе и разузнаю обстановку. С этой мыслью я отправился в лес.

Прогулка по сосновому лесу была полезной. В воздухе стоял хвойный запах, я дышал им полной грудью. Кругом возвышались муравейники и щебетали птицы — красота.

К сожалению, моя прогулка закончилась быстро, когда появились строения: несколько домиков и большой сарай. Похоже на охотничьи домики.

Я прошёл несколько метров, приближаясь к сараю, рядом с которым стоял припаркованный минивэн. Про один минивэн я уже сегодня слышал. Правда, он сгорел на парковке.

Моё любопытство усилилось. Конечно, можно догадаться, что именно в этот минивэн Веру посадили и привезли сюда. Машина достаточно удобна для похищения людей.

Но это лишь моё предположение, мне нужны доказательства. Я тихо пробирался вперёд, пока не услышал смех. Мой взгляд зацепился за двух людей в камуфляжной форме, смеявшихся у костра. Один, видимо, рассказывал анекдот, другой ржал в голос.