"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Сугралинов Данияр - Страница 101

– Ну-ну, – резюмирует Матов и вдруг резко хлопает в ладоши. – Так! Собрались! Чего расселись? Живо в зал! Бехтерев, что копаешься?

Через десяток секунд я остаюсь один и раздеваюсь, чтобы пойти помыться. В третий раз за сегодня.

Наслаждаясь бьющими в плечи и спину тугими струями горячей воды, смотрю, что у меня с силой. За тренировку практически довожу показатель до десяти, остается буквально пара процентов. Есть вероятность, что сделаю ап сегодня.

В нашем спортивном баре выпиваю огромную порцию белково-углеводного коктейля, и это дает эффект.

Уже дома, когда я сижу за ноутбуком, кропая строчки биографии видного регионального деятеля Куцеля, всплывает системное уведомление.

Показатель силы увеличился! Сила: +1.

Текущее значение: 10.

Получено очков опыта за улучшение основной характеристики: 1000.

На текущем уровне (13) набрано очков опыта: 10760/14000.

Поздравляем! Разблокировано одно из требований для героической способности «Скрытность и исчезновение»: сила не менее 10.

Но долгожданное повышение силы не радует. Что-то не так. Мне не пишется. Никак не могу уловить беспокоящую меня с момента отправки данных по Хаккани мысль. Что-то ускользающее и связанное с разыскиваемыми людьми. Стараясь вспомнить или понять, что меня беспокоит, снова открываю Гугл и ввожу ключевые слова «розыск», «поиск», «пропал без вести». Натыкаюсь на паблик поисково-спасательной группы во «Вконтакте»: ижевский отряд ищет пропавшую бабушку, страдающую амнезией. Бабушка старенькая, возможно и Сталина живьем видела, но поиск идет активно. Десятки волонтеров сутками под дождем прочесывают близлежащий лес, но никто в благополучный исход уже не верит – ищут третий день, пропавшая могла просто замерзнуть, лето там в этом году прохладное.

Данных хватает, и интерфейс легко находит бабушку почти в тридцати километрах к северу от места поиска. Она жива, и хотя я ее не вижу – деревья скрывают, но, судя по метке, старушка движется. С фейкового аккаунта, зайдя через Tor[56], скидываю данные о местонахождении администраторам группы, а потом с левой мобилы, одной из тех, что я закупил в переходе, набираю координатора поисково-спасательного отряда.

– Да! – отвечает резкий голос.

– Запишите координаты пропавшей Парфентьевой Анастасии Егоровны.

– Секунду. Диктуйте!

– Широта – пять, семь, точка, ноль, один, четыре, шесть, девять. Долгота – пять, два, точка, девять, два, шесть, один, восемь. Бабушка жива, но счет идет на часы.

– Принято. Сообщите источник информации?

– Филипп Панфилов. Способ определения нахождения пропавшей назвать не могу, все равно не поверите.

– Экстрасенс? Не важно, спасибо!

Координатор начинает раздавать команды, еще не положив трубку. Отсоединяюсь сам.

Чувствую огромное облегчение. Вот что меня беспокоило!

Решив помочь заокеанским спецслужбам, я не скрываясь, не используя прокси и анонимайзеры, самолично ввел свои данные в форму – имя, фамилию, почту и даже номер сотового телефона. А своим помочь слабо?

Не хочу больше таиться, когда люди, которых можно спасти, погибают. Наши люди. Чьи-то родные. Вычислят – пускай!

Закрываю Word с первой страницей биографии номенклатурного Куцеля и начинаю шерстить группы и сайты поисково-спасательных отрядов.

Донской поисковый отряд «Дозор»… Минский поисково-спасательный отряд «Ангел»… Тверской волонтерский поисково-спасательный отряд «Сова»… Новосибирск… Воронеж… Тамбов… Казань… Владивосток… Оренбург… Днепропетровск… Алма-Ата…

Пропал ребенок. Пропал человек…

Я всех найду. Я помогу.

Глава 5

Я, снова я и Марта

Это были самые сложные часы в моей жизни, пропитанные чужой болью, отчаянием, усталостью и неверием.

Заканчиваю с поиском за полночь – исчерпав все запасы духа. Нашел больше сорока человек, семнадцать из которых уже погибли, но по всем остальным я передал информацию с координатами. Часть постов о пропавших за давностью стала неактуальна, а судя по отсутствию сообщений об успехе или новостей о прекращении поиска, смысла заниматься этими людьми не было, но я искал и таких. И находил. По большей части останки.

Система, равнодушно показывая на карте метки пропавших, в остальном за все время поисков никак себя не проявила. Никаких поощрений, выполненных задач или уведомлений за важные социальные деяния.

В Америке день только начался, и реакции на мое сообщение по террористу никакой не было. От Вики тоже никаких вестей.

После десятков созвонов и перезвонов с незнакомыми мне координаторами и волонтерами поисково-спасательных отрядов, в усталых голосах которых слышались раздражение и недоверие много повидавших людей, спать я ложусь опустошенным и с легким беспокойством перед грядущими последствиями моего поступка. Но засыпаю мгновенно, сказывается вчерашний недосып и посаженный в ноль дух. Единственное, что догадываюсь сделать, это выключить засвеченный телефон.

В сбивчивом сне снова вижу странности, но, проснувшись, не могу вспомнить деталей. Тщетно пытаясь ухватить ускользающие образы, один из которых – снова та незнакомая девушка из прошлого сновидения.

С утра не смотрю телефон, с которого звонил, и не проверяю компьютер, побаиваясь снова окунуться в бесконечные диалоги и сообщения с неудобными вопросами.

Так что после завтрака звоню Кире, хотя бы ради того, чтобы почувствовать, что я не один.

– Привет, братишка! – я рад слышать ее теплый голос. – Как дела? Как Вика?

– Привет! Вика… Вика нормально… Поссорились мы.

– Да что такое? Все же у вас хорошо было!

– Расскажу при встрече. Сама как? Как Кирюша?

– Да нормально, как всегда. Вчера ходили с ним в кино, и знаешь, что он мне заявил?..

Сестра рассказывает о том, как они с сыном провели выходной, а я слушаю ее журчащий голос и собираюсь с духом, который, кстати, за ночь почти восстановился.

– Кир, слушай, как насчет предков навестить?

– Э… Дай подумать, – Кира умолкает. – Хорошо, давай только ближе к обеду, у меня дома дел скопилось – стирка, глажка, уборка… Хорошо? Я заеду за тобой.

– Отлично. Все, жду!

Попрощавшись с сестрой, думаю, что все дела на утро сделаны и можно сходить побегать, но гложет любопытство – как там поиски? Нашли хоть кого-нибудь?

Я долго смотрю на телефон, с которого звонил координаторам, потом, глубоко вздохнув, резко выдыхаю и включаю его. После активации сотовой сети проходят бесконечно долгие несколько минут, а потом телефон заваливает сообщениями. Большинство о пропущенных звонках, но много и текстовых. Видимо, не дозвонившись, люди писали мне SMS:

– Нашли девчонок там, где вы и указали! Спасибо!

– Пропавшая обнаружена по указанным вами координатам. Благодарим за содействие!

– Не смогли до вас дозвониться. С радостью сообщаем, что мальчик найден близ того места, что вы указали. Состояние тяжелое, но выкарабкается!

– К сожалению, только сегодня получили ваше сообщение. По указанным координатам объект не обнаружен, прочесываем окрестности. Есть ли новая информация?

– Доброе утро! Мы тут пообщались с иркутскими коллегами, и знаете что?..

Знаю. К концу дня все поисковики страны будут знать, что таинственный помощник у всех – один и тот же. А может, и нет, и я просто паранойю. Вчерашний кураж угас, особенно в свете результатов моих поисков.

Всего отписалось четырнадцать человек. Не везде прислушались к моей информации, многие просто проигнорировали, кто-то стал задавать вопросы, но семь человек найдено благодаря мне и спасателям, в том числе та первая старушка, заблудившаяся в лесу под Иркутском, девятилетний мальчик из Подмосковья, пара подростков, мужчина и две девушки. Пятеро из них даже толком и не терялись: мужик загулял в многодневном запое в каком-то притоне, девушки оказались подружками и, никого из родных не предупредив, сорвались автостопом в путешествие – доехали почти до Питера. Подростки, так те вообще просто сбежали из дому: один от тирана-отчима, второй – просто из бунтарских побуждений… Так что фактически я спас только старушку Егоровну, подмосковного мальчика и, может быть, с большой натяжкой – забухавшего ростовского мужика.