Неуловимая Невеста (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 24

– Другими словами, Ваше Величество, вы верите в то, что мы имеем дело с мифическими легионами из легенд? – уточнил звездочет.

– Эти, мифические легионы из легенд, как ты их называешь, Гавин, сегодня бы и мокрого места от нас не оставили, не находись мы так близко к стенам замка. Если ты не заметил, мы не остались сражаться, а позорно сбежали с поля боя, использовав для побега всю магию, что у нас была. И мы всё равно потеряли семнадцать легионеров. Точнее, семнадцать – это только те, о гибели которых я уже знаю, а наверняка есть ещё и те, о гибели кого я ещё не знаю. В то же время наши противники не потеряли никого! Я ранее сказал, что лично видел, как те, кому я размозжил голову и переломал всё рёбра в грудной клетке, улыбались. Так вот я видел также и то, как они через некоторое время вставали на ноги и, как ни в чём ни бывало, продолжали сражение. Я понимаю, что в подобное тяжело поверить, если не видел этого собственными глазами, но, в том-то и дело, что я видел. И поэтому я с полной ответственностью заявляю тебе, что легионы Эреба больше не миф, а реальная угроза. Угроза, с которой лично я пока не знаю, что делать. А что говорят ваши легенды, Вейнар?

Приморский принц тяжело вздохнул.

– Это же легенды…

Лесной король понимающе кивнул.

– Представляю, – хмыкнул он, – но сказка, хотя и ложь, да в ней намёк, поэтому рассказывай.

Вейнар смущенно откашлялся.

– Предупреждаю ещё раз, это всего лишь легенда. И придумал её не я! Поэтому без комментариев, пожалуйста.

– Да рассказывай уже, – практически хором попросили у него лесной король и принцессы.

Приморский принц кивнул, обреченно вздохнул и принялся рассказывать:

– В легендах говорится о том, что легионы Эреба были остановлены не мечом, но сердцем. Точнее, двумя сердцами. Сердцем Лианы, которое было настолько чистым и светлым, что она даже в самые тёмные времена была способна пробуждать в душах других свет, рассеивая туман отчаяния и оживляя надежду. И сердцем Элрика, которое было крепостью, защищающей слабых, и маяком для тех, кто потерял путь. Однако истинная сила Элрика крылась в его способности любить, преодолевая все препятствия на своем пути. Как именно эти двое встретились история умалчивает. Рассказывается лишь о том, что они полюбили друг друга самою великою из любовей, – в голосе принца при этих словах прозвучала легкая ирония. – И когда легионы Эреба спустились с кровавых небес, Элрик и Лиана встали бок о бок и их наполненные любовью сердца стали им не только щитом, но и оружием, поскольку из их груди исторгнулся настолько яркий и чистый свет, что магия смерти не смогла ему противостоять.

– Ясно, – с явным разочарованием выдохнул лесной король.

Вейнар развёл руками.

– Я предупреждал. Наш народ сохранил множество легенд о легионах Эреба. Десятки историй, одна ужасней другой, которые передаются из поколения в поколение. И все они начинаются по-разному, а заканчиваются одинаково: Элрик и Лиана становятся бок о бок и их сердца исторгают свет, который побеждает смерть.

– Ну уже одно то, что эта легенда дошла до нас именно в таком виде, говорит о том, что легионы Эреба не такие уж и непобедимые, – заметила рассудительная Келиан. – Возможно, эти Лиана и Элрик не сами победили легионы Эреба, а были теми, кто вдохновил своих соотечественников на борьбу? По-моему, слова о том, что Лиана обладала даром рассеивать туман отчаяния и оживлять надежду, а Элрик стал маяком для тех, кто потерял путь – именно об этом и говорят.

– По-моему, тоже, – поддержала сестру Арелия.

Вслед за ней согласно закивали и все остальные.

– Что ж, в таком случае, поступим с нашим врагом, как и с любым другим неизвестным врагом, будем наблюдать и изучать, – резюмировал лесной король. Затем вздохнул и добавил: – И надеяться, что заговоренные ещё моими праотцами стены и купол над замком выдержат.

– У меня, кстати, уже есть наблюдение! – подала голос Фей. – Точнее, пока это только предположение, основанное на легенде Вейнара. Но, когда он упомянул о том, что свет победил смерть, я вспомнила о том, что все одержимые были закованы с ног до головы в доспехи. Я знаю, что это обычное дело, – поспешила заверить всех тех, кто уже даже рот открыл, чтобы указать на несостоятельность приведенного ею аргумента. – Но, что, если именно из-за того, что они были закованы в доспехи, мы и не поняли, что они боятся огня? – уточнила она.

– Не все, – отрицательно покачал головой лесной король. – Те, с которыми я сражался, были без шлемов. Иначе бы я просто не запомнил, что они улыбались. А у меня их жуткие улыбки до сих пор перед глазами стоят.

– Они были без шлемов, потому что потеряли их, когда я заставила их несколько раз перекувыркнуться в воздухе в вихре северного ветра, – парировала Фей. – А изначально они были в шлемах. Да ещё и с закрытыми забралами!

– Очень даже может быть, что Фей права, – поддержала сестру магиня огни Бриана. – В пылу сражения я не обратила на это внимания. Однако сейчас, мне кажется, что те одержимые, в которых я выпустила струю огня, после этого либо старались напасть на меня со спины, либо держались подальше. Что в свете отсутствия у них чувства страха и боли, странно… Не находите?

– И как ты их отличила? – удивленно спросила Наина. – Для меня лично они все были на одно лицо! Точнее, на одно забрало!

– По оплавленным доспехам, естественно! – фыркнула Бриана. – Я уж если жгу, то жгу так, что мне никакие доспехи не страшны! Ну почти…

Лесной король при этих словах дочери усмехнулся, согласно кивнул и обратился к своему военному советнику.

– Маркус, передай эту информацию на Стену и отдай распоряжение, чтобы маги-заклинатели огня с этой минуты занимались только заговариванием факелов, а все остальные пусть либо помогают им с факелами, либо занимаются заготовкой масла и углей. Боятся огня одержимые или не боятся, лишней дополнительная огневая мощь всё равно не будет, – резюмировал он. Затем снова обратился к приморскому принцу: – Ваше Высочество, в ваших легендах есть что-нибудь, что помогло бы нам понять, сколько у нас времени до штурма стен и купола над замком?

Вейнар отрицательно покачал головой.

– В легендах говорится только то, что перед приходом легионов Эреба небо всегда приобретает кроваво-красный цвет и что они всегда приходят с неба.

– Хорошо, что только приходят, – хмыкнула Бриана. – Было бы хуже, если бы они были способны в любой момент подняться в небо.

– Да уж, – поддержала Фей. – Если б они были способны ещё и летать, было бы совсем невесело!

– Умницы, – похвалил дочерей лесной король. – Важное наблюдение. Я, например, только сейчас, когда вы сказали, понял, что одержимые действительно только приходили с неба, – признался он и затем обратился к остальным: – Может кто-то ещё что-то заметил?

На сей раз, однако, ответом ему стала полная тишина.

– Хорошо, понимаю, – кивнул король. – Самому больше ничего не приходит в голову. Что ж… предлагаю на этом пока сегодня закруглиться. Я хочу ещё успеть перед приёмом пообщаться с духами земли и воронами, возможно, они наведут меня на мысль о том, что за ритуал использовали шаманы.

– Я с тобой, папа! – тут же отозвалась Наина. – Пока ты будет общаться с духами, я поговорю полёвками, уж они точно что-то знают!

– Может и я тогда с вами? – предложила Дария. – Я, конечно, не с кем поговорить не смогу, но…

– Хорошо, доча, и ты с нами, – кивнул лесной король.

Глава 19

Глава 19

Как ни привычны были горный и приморский принцы и их лорды к роскошным и изысканно украшенным бальным залам, однако, когда они вошли в бальный зал лесного замка, дух захватило даже у них.

Стены зала были украшены живописным переплетением глициний, виноградных лоз, пассифлоры и цветущих лиан клематиса. Ярко освещенный магическими светильниками потолок был скрыт за пышной зеленью, создавая эффект открытого неба под кронами вековых деревьев, в листьях которых, подобно звёздам на ночном небе, мерцая оттенками зеленого, желтого и красного, поблескивали светлячки.