Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех! (СИ) - Королева Анастасия Юрьевна - Страница 45

– Замечательно, – потом оглянулась на Аделию, которая уже сползла с рук старшей девочки и сидела на высоком стуле, размахивая ногами. – Вы не знаете, почему она не разговаривает?

Девочка была… Прелестной. Только сейчас я рассмотрела и огромные глаза, в обрамлении пушистых ресниц, и тугие тёмные локоны, пусть и плохо расчёсанные, и идеальный овал лица… Но помимо внешней красоты она имела красоту другую, ту, что таилась внутри, и которая привлекала куда больше идеального личика.

– Да кто ж мне расскажет такое сразу? – с грустью бросила служанка. – Они хоть и тянуться ко мне, внимают каждому слову, да расцеловать готовы за стряпню, но всё одно – опасаются.

Ничего удивительного. Совсем ничего. Но как же мне хотелось, чтобы они вмиг забыли всё плохое, оставив в своей памяти лишь крохи доброты, что мы пытаемся им дать.

– Ясно, – выдохнула с грустью. – Мне нужно наведаться к директору, а потом я постараюсь вернуться к вам и помочь здесь.

На том и сговорились.

Что же, теперь осталось уговорить Зака поехать со мной, хотя бы ради того, чтобы показал мне этого мистера Коллинса. Уж очень мне хотелось посмотреть в глаза этому гаду, а лучше не просто посмотреть, но и хорошенько встряхнуть его, чтобы в голове заработали извилины.

Глава 14-3

На удивление, Зак отказываться не стал. Согласился сразу же, без промедления. Вот только когда в карете он хотел сесть рядом со мной, его деликатно, но довольно настойчиво опередил Ханс. На мой немой вопрос, что застыл во взгляде, охранник не посчитал нужным ответить. Тут же обратился к мистеру Брайту с каким-то глупым вопросом, да и на протяжении всего пути так и не дал мне вставить хоть слово.

Почему-то мне поведение парня показалось подозрительным, и при этом смешным. Это что же? Саймон уехал и перепоручил блюсти мою честь Хансу? А ничего, что с этой задачей я и сама неплохо справляюсь? Или веры мне нет, потому что женщина, слабое существо, неспособное пресечь поползновения мужеского пола?

Чудеса, да и только.

Раз мне представилась такая возможность, то я погрузилась в свои мысли. Что я имею? Власть в поместье меня по-прежнему не волновала, да и вся их мышиная – тоже. Пусть делят шкуру неубитого медведя, меня же вовсе не трогают.

Алекс, Тайт и Рея – ещё одна головная боль. По-хорошему стоило отправить брата с сестрой обратно в приют, где жизнь, не без помощи сворованных мистером Саташи средств, непременно наладиться. Но… Я просто не могла объявить детям, чтобы они выметались из поместья. Не могла, да и не хотела. Да и была у меня одна мысль на их счёт, только прежде чем воплотить её в жизнь, стоит хорошенько обдумать.

Вистера… С ней было сложнее. Болезнь, если я правильно поняла мистера Ллойда, была абсолютно непредсказуема. Я, конечно, прослежу, чтобы у неё всегда было необходимое лекарство, но разве сможет это предотвратить приступы? Как было бы замечательно, если бы она смогла оставаться с детьми неотлучно, но я не имела права взваливать на неё эту обязанность, ради её  же блага. Значит, нужно продавить этого мистера Коллинса, чтобы обеспечил детей и поварихой, и сколь-нибудь достойными наставниками. Тот, с кем мне довелось познакомиться сегодня, просто не имеет права работать с детьми. Или же над ним должен стоять тот, кому небезразличны судьбы ребят.

Город за окном показался внезапно. Вот мы поднялись на горку, а тут он – стоит, словно солдат на посту. И что интересно, с дороги, откуда мы ехали, его вовсе не было видно. Даже никакого намёка – ни встречных карет, ни телег. Да и людей видно не было.

Правда, это было лишь до того моменты, как мы не пересекли городскую черту. Стоило колёсам застучать по неровной брусчатке, как со всех сторон нас окружили голоса и разные звуки. Как то скрип колёс, стук молотков и лязг железа. Всё это сопровождалось отборной бранью, настолько заковыристой, что я бы при всём желании не смогла бы повторить эти обороты.

Дома выглядели прилично. Без излишнего лоска, конечно, но вполне себе добротно – аккуратные дворики, обнесённые изгородями, где-то цветники, где-то маленькие огородики, где-то просто коротенько подстриженный газон. Несмотря на то, что дома эти находились на окраине, да и люд по улице сновал не самого благонадёжного вида, а всё одно, не производил этот район тягостного впечатления. Единственное, что мне не понравилось, так это раскалённый воздух, который пах пылью. Но и этому было логичное объяснение – город стоял в чистом поле, отрытый всем ветрам и палящему солнцу.

Так мы проехали ещё парочку улиц, вывернули на ту, что по всем канонам должна была считаться центральной – здесь и брусчатка была ровнее, и цветов в клумбах больше, и будто бы не так душно. Последнее, конечно, было преувеличением, но от мысленного сарказма я удержаться не смогла.

Мужчины, наконец-то, замолчали, предоставив мне возможность спросить о насущном:

– Зак, скажи пожалуйста, какой он, этот мистер Коллинс?

Оторвала взгляд от нарядной улицы и посмотрела на парня. Он, как мне показалось, замялся на пару секунд, а потом честно признался:

– Знаете, госпожа Аннэт, я про него ничего и сказать не могу. Виделись мы лишь однажды, когда я привёз ему бумаги о назначении. Больше повода у меня приезжать к нему не было, а в приюте он не показывается.

М-да, исчерпывающая информация. Ладно, и так справимся. Наверное.

Карета остановилась и первым вышел Ханс. За ним на землю спрыгнул Зак, и в этот раз он оказался хитрее охранника – первым подал руку мне, так что отказаться я уже никак не могла. Пришлось вложить свою ладонь в его. Отпускать вот так сразу он меня не стал, задержал цепкие пальцы дольше положенного, я же сделала вид, что вовсе не заметила в этом жесте никакого подтекста.

Странные у них тут нравы. Что Зак, что Саймон прекрасно знали о моём замужнем статусе, но вот поди ж ты – что один, что второй отчего-то решила, что имеют право компрометировать меня.

Из дома, который был больше похож на дворец в миниатюре, выбежал плюгавый мужичок. Низенький, коренастый, с маленькими глазами-бусинками, который смотрели слишком внимательно.

– Чем могу помочь, господа? – натянув приветливую улыбку, произнёс мужчина, и поклонился так, что едва головой не уткнулся в землю.

– Я бы хотела встретиться с мистером Коллинсом, – произнесла, опередив Зака. Не маленькая, сама за себя ответить способна.

Плюгавый вновь окинул меня взглядом, будто прикидывая, сколько стоит моё платье и простенькие туфли. Отдельное внимание уделил закрытой шее и запястьям, видимо, выискивая драгоценности, которым там положено было быть. А не найдя искомого, едва заметно скривился и вроде бы вежливо, но при этом с толикой равнодушия, произнёс:

– Извините, господин не может вас принять, – ещё и подбородок чуть вверх вздёрнул, будто давая понять, что переубеждать его бесполезно.

А я и не собиралась переубеждать, просто шагнула вперёд:

– Это вряд, – жёстко усмехнулась, позволив телу действовать на инстинктах. Была же настоящая Аннэт аристократкой? Была! Вот пусть и проявит свою аристократическую сущность – побудет немного стервой. – Меня ваш господин примет, а если нет, то последствия этого отказа ему очень не понравятся.

Видимо, тело помнило куда больше, чем я думала, потому что плюгавый ершиться перестал, переменился в лице и, заикаясь, выдавил:

– Госпожа, но ведь у него важный гость, велено никого не пускать…

– Ничего, – отмахнулась, двигаясь дальше, –  я подожду, пока он освободиться.

В доме было прохладно. Приятно пахло какими-то цветами, а ещё светло и уютно. Всё в противовес обстановке, в которой жили дети, оставленные ему на попечение. Злость вспыхнула и погасла, заменившись чем-то таким… знакомым…

На мгновение меня пришибло к полу от потока чувств. Странных. Знакомых и незнакомых одновременно. Своих, чужих, общих…

А вслед за эфемерными ощущениями я услышала голос, от которого по позвоночнику прокатилась волна мурашек.