"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 945

– Тебя разозлили те придурки, разговор которых ты вчера слышала. Их дурацкое пари, – голос Повелителя Воды звучал спокойно, но чего ему это стоило, знал только он сам. – Ты обиделась и выплеснула свое раздражение на меня. Ну, что ж, бывает. Но, может, хватит? Хочешь, набью им морду? Скажи, кто они такие, и я…

– Эрхал, ты не понял, – она нетерпеливо тряхнула смоляными кудрями: – Мои слова – не минутное раздражение. Нет. Я действительно не хочу больше жить с тобой.

Ее волосы всегда немного пахли лимонником. Раньше этот запах возбуждал его, дразнил, а сейчас почему-то вызвал глухое раздражение.

– Вот как? – Он снова опустил глаза и принялся водить пальцем по столешнице. – Тебе приглянулся кто-то другой? Хименес?

– Нет. Я больше не буду встречаться ни с одним из Высших.

Эрхал оторвался от созерцания столешницы и удивленно взглянул на нее:

– Ты понимаешь, о чем говоришь?

– Да. Я все обдумала и решила, что откажу любому Высшему.

Ее слова были ударом ниже пояса, и Динантра прекрасно знала об этом. Как только она официально перестанет принадлежать Повелителю Воды, тут же объявится куча желающих занять его место. И пресловутый Хименес возглавит список. А Динантра откажет ему. Откажет-откажет, Эрхал ничуть не сомневался, зная ее характер! Откажет дерзко, смело и потому вдвойне обидно для будущего Бога. В тот же день от нее останется едва ли больше того, что скоро останется от пойманного дейва. Разве что мучиться ей придется сильнее…

Амечи не были поголовно зверями и садистами. Напротив, Высшие искренне заботились о смертных, населяющих подвластные им миры, останавливали эпидемии, усмиряли землетрясения и вулканы. Но… Они привыкли сознавать себя Богами, чье слово – закон, а желания превыше всего.

Тот же Хименес очень нежно обращался со своими любовницами. Выполнял все их прихоти и баловал сверх всякой меры, а, расставаясь, дарил процветающие королевства, обеспечивая безбедную, роскошную жизнь.

Но отказ смертной – личное оскорбление Богу, а такого не простит ни один из амечи. Вернее, один-то простит…

– Динантра, послушай…

– Я сказала тебе «нет», Высший! Что ты теперь сделаешь со мной? Убьешь сам или предоставишь это почетное право другому?

– Динантра, забудь, что я Высший.

– Не могу, ты сам все время напоминаешь мне об этом.

Ее слова показались Эрхалу чудовищно несправедливыми. Он задохнулся от обиды.

– Но раньше тебе нравилось во мне именно то, что я Высший. Не будь я амечи, ты и не взглянула бы в мою сторону! Скажешь, не так?

– Разумеется, так. Каждая смертная девушка мечтает приглянуться Высшему. Еще бы! Вы способны дарить миры как безделушки. Для вас нет невыполнимого. Жизнь с вами – сказка, сон, исполнение всех желаний.

– Так в чем же дело? Я готов по-прежнему дарить тебе миры и выполнять все твои прихоти. Что изменилось?

Несколько мгновений Динантра смотрела на Эрхала со странным выражением то ли ненависти, то ли тоски.

– Динантра, скажи, что?

– Ты никогда не поймешь это, Высший! – Последнее слово в ее устах прозвучало оскорблением, пощечиной – обидной и обжигающей. Она встала и направилась к дверям. – Прощай, амечи!

– Ты куда?

– На площадь Благодати.

– Зачем? – удивился Эрхал.

Динантра не ответила. Ушла, хлопнув дверью. А он остался сидеть. Потом до него дошло, он вскочил и бросился за ней.

4

…Пойманный дейв смотрел бесстрашно и насмешливо, но в глубине его черных глаз Эрхалу вдруг почудилось удивление и тщательно скрываемая надежда.

Дейв стоял посреди площади и тишины.

Его тело было изуродовано до крайности. Лицо походило на страшную кровавую маску. Одно крыло едва висело, срезанное почти до основания, а второе, отрубленное, валялось поодаль нелепой кровавой тряпкой. Дейв стоял вертикально, удерживаемый от падения сильнейшими сковывающими заклинаниями. А вокруг…

Вокруг пленника светилась и потрескивала туманная окружность, в которой Повелитель Воды без труда узнал охранное заклятие из боевого арсенала дарианцев. Эрхал оценил четкость и силу линии и ощутил невольную гордость: его Динантра была очень даже неплохим магом.

Она, разумеется, стояла внутри своего охранного кольца, рядом с дейвом, и настороженно следила за опешившими амечи. Дарианка явно готовилась к бою! С Высшими!

Они не нападали на нее только потому, что растерялись до последней степени. Ну, представьте, что на вас вдруг ополчится, скажем, тапочек – привычный, уютный и родной. Или прикроватный коврик. Или перстень на вашей руке вдруг начнет скрежетать зубами и качать права.

Восемь амечи стояли неподвижные, как статуи, и явно не верили своим глазам. По подворотням жались лакийцы, с опасливым любопытством наблюдая за разыгрываемым на площади представлением.

А Динантра заслоняла собой дейва, и руки ее угрожающе светились красным, извещая о присутствии боевой магии.

В первый момент Эрхал растерялся, а потом ощутил такой ужас, что потемнело в глазах.

Всё. Ей конец. Сейчас ее просто-напросто размажут по брусчатке. Превратят в кровавый блин. И это еще в самом лучшем случае. А в худшем Динантра горько пожалеет, что вообще родилась на свет.

Что же она наделала, дурочка! Зачем?!

Амечи зашевелились, приходя в себя. С глухим ворчанием развалили туманную «охранку» Динантры и…

Эрхал опередил их на долю мгновения – встал рядом с Динантрой и дейвом и окружил всех троих тяжелым черным «Ободом небытия».

Амечи отпрянули – еще бы! – с «Ободом» шутки плохи.

– Эрхал! Ты в своем уме?! – Хименеса можно было понять, действия Повелителя Воды и впрямь с точки зрения амечи выглядели, как сумасшествие.

– Эрхал, не надо! – вмешался Арвин.

Повелитель Воды едва заметно качнул головой: «Извини, друг. Очень может статься, что бывший…», затем схватил Динантру за плечи и встряхнул изо всех сил:

– Ты что, дурочка, смерти ищешь?!

– Уходи, Эрхал, – темно-зеленые глаза Динантры наполнились исступлением и чем-то еще, Повелитель Воды никак не мог понять чем. В нем вдруг проснулось такое бешенство, что он поспешно отвел взгляд, опасаясь смотреть на дарианку: так и прибил бы на месте негодницу. Похоже, она и сама не понимает, во что втравила их обоих!

– Эрхал, давай по-хорошему, – громко предложил Хименес. – Мы же понимаем, ради кого ты это делаешь. Уходи оттуда, и мы забудем о твоей выходке.

Повелитель Воды отмахнулся от него и вновь повернулся к дарианке. Ему было очень важно понять…

– Почему, Динантра? Из-за того, что я не принял твой отказ? Ты предпочитаешь погибнуть, но не жить со мной?

Она не ответила, только взглянула неистово. В ней сейчас ощущалась такая яростная сила, что она действительно была способна сражаться с амечи. Не победить, нет, но разозлить, как следует, и погибнуть под их гневными ударами.

Динантра промолчала. Зато подал голос дейв.

– Ох, и дурак же ты, амечи! Она-то как раз предпочитает жить с тобой, – хрипло засмеялся он. – Девчонка испугалась, что ты бросишь ее, и ей придется стать подружкой кого-то из твоих друзей. Ты найдешь себе другую. А она будет терпеть общество… хм… ну, ты даешь, крошка!.. Какие словечки ты знаешь, никогда бы не подумал!.. В общем, терпеть и смотреть, как тебе хорошо с другой… Так… Так… Вот оно что… Она любит тебя, амечи, и хочет, чтобы ты отвечал ей взаимностью. Но, по ее мнению, взаимности от тебя не дождаться… вот она и решила от отчаяния бросить вызов вам, бездушным сволочам, то бишь амечи… и таким затейливым способом покончить с собой…

Эрхал перевел ошеломленный взгляд с дейва на Динантру. Она не менее ошарашенно уставилась на дейва:

– Откуда… как?! Ты что, читаешь мысли?

– Да. Я – Повелитель Мысли. Это моя стихия. Кстати, ты, девочка, не права. Он отвечает тебе взаимностью. Да еще какой! Он любит тебя, можешь не сомневаться. Вот уж не ожидал подобного от амечи, но…

Динантра едва удержалась, чтобы не задать Повелителю Воды вопрос, а он торопливо поставил на свой разум защитную «Стенку».