"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 249

Но, это получается, что браслеты бракованные? Я снова уклонился от очередного выпада призрачного лезвия. С каждым разом это становилось сложнее. С этим надо что-то решать! После седьмой атаки я вскочил, и, пока не появилось новое лезвие, в прыжке рванул с красивой бестии в наручниках.

Я попытался полностью отвлечься от того, что это красивая девушка, причём полностью в моём вкусе, мать его! За всю свою жизнь я ни разу не ударил женщину. Но в данном случае на кону стояло моё личное выживание.

В полёте, прыжке, я со всей дури вмазал локтём по очаровательной женственной скуле. Глаза магички закатились, и она поленом упала на настил причала. Темнота тут же рассеялась. Из носа красавицы потекла тонкая струйка крови. Мангуст, надеюсь, я её не убил, этого я себе не простил бы.

Но её красивая небольшая грудь вздымалась, показывая, что девушка жива, просто в серьёзном нокауте.

— Что здесь происходит? — раздался голос Алексея Львовича. — Вас что, реально на минуту одних оставить нельзя? Окажите уже помощь этому убогому, нарваться на теневой меч — это вообще реакции не иметь! С краю-то атаки!

Он брезгливо пнул рыжего офицера, которому перетягивали раны на бёдрах пара солдат. Стремительным шагом незаметный мужчина приблизился к девушке и уставился на неё.

— Какой сюрприз! — наконец выдал он, обращаясь ко мне. — Сама Чеснат! Она в розыске в России уже больше ста лет. Красотка, да? Как ты умудрился вырубить Каштанову? Это же легенда! Редчайшая теневая магия, не путать с тенями! Всё её захваты оканчивались бойней. Сотни лучших парней сложили головы в попытках её взять.

— Да просто… — я по-настоящему смутился. Я даже после произошедшего считал, что женщину ударить — огромный зашквар. — Вмазал ей с локтя. А почему негаторы не сработали? Она же, по идее, не могла колдовать?

— Она — могла! У неё восьмёрка в магии. На таких негаторы не действуют. Для подобных есть свои наручи, невероятно дорогие. Кстати! Ты прав, надо, чтобы срочно доставили комплектик. Как ты думаешь, она скоро очнётся? Сколько у нас времени?

— Да я откуда знаю-то? — обалдел я от вопроса. Как будто я каждый день люблю с локтя очаровашек! — Пару минут, думаю, ещё поваляется в отключке. Как замычит, очухиваясь, можно добавить. Но это уже без меня! Без вариантов!

— Без вариантов? — ухмыльнулся следователь. — А как опять начнёт народ вырезать? А у нас, между прочим, с собой даже целителей нет, мы проблем не ждали! И четыре трупа! У троих точно есть семьи, дети, понимаешь? И они больше не увидят папу, мужа. После этого ты собираешься жалеть эту мразь? Да у неё на счету сотни жертв заказных, и тысячи случайных! Что-то мне подсказывает, что сегодня её целью был ты.

— Не собираюсь, Алексей Львович, — поморщился я. — Но одно дело, когда суд и прочее правосудие, другое, когда своими руками женщину бить приходится. Воспитан не так, прости. Если ситуация с угрозой жизни не повторится, ударить не смогу. Да и при угрозе, убить не смог, просто вырубил.

— Похвально, — как-то странно посмотрел на меня следователь. — Почаще бы таких принципиальных воспитывали, насколько моя работа легче стала бы. А то бывает, вызывают на убийство. А там мальчик девочке голову свернул за то, что минет отказалась делать. Впрочем, забей, гражданским это лишняя информация, не буду калечить тебе психику. Как и себе лишний раз.

Мы оба надолго замолчали. Не знаю, о чём думал следак, но я реально задумался. О том, к какому виду я принадлежу. Попав в этот мир, а главное, познакомившись с прижимистыми воинственными гномами, жадными тупенькими ограми, бескорыстными добрыми и бескомплексными дриадами, я понимал, что наш вид — не то, чем можно гордиться. Однако люди моментально покорили бы все эти народы.

Мы злы и безжалостны в массе, за идею, типа крестовых походов, мы вырезали народы под корень, что уж говорить о чужих видах? Достаточно вспомнить чёрных носорогов, благородных туров, десятки видов волков в Америке, включая сумчатых, которых больше нет, несколько видов китов, которых никогда не увидят наши дети. Точнее, дети того мира. Но люди везде одинаковы.

Злые, уверенные в своей безнаказанности и готовые на любую подлость ради пары лишних монет. И после этого лицемерно осуждающие некоего предателя из одной из религий, который продал кого-то там за кучу денег. Да у людей любой продаст любого за пару домиков на берегу моря, и это ещё большая цена! Некоторые готовы убить за бутылку дешёвого пойла, и это тоже те, кто называет себя людьми.

Впрочем, я там больше не живу, к счастью. А вот к несчастью, люди везде одинаковые. Достоинство и честь — редкие гости даже здесь, где это, по идее, возведено в абсолютизм. Но в абсолютизме, как оказалось, лишь лицемерие.

Уф, куда-то меня занесло! Что за юношеский максимализм во мне проснулся? Лишнее это, надо включать мозг. Тело до сих пор командует моими мыслями, да, гормоны такие гормоны!

К нам подбежали две упитанные девочки и невероятно тощий парень. Но, как оказалось, не к нам, а к погибшим бойцам. Белые, чёрные и зелёные вспышки показали работу магии. Трое из павших зашевелились и начали вставать, удивлённо оглядываясь.

А вот с четвёртым вышла проблема. В предвидении я увидел, как тот ожил, огляделся, и впился в горло страшненькой девочке, магия которой имела белый окрас, явно лекарша.

За секунду до того, как это случилось, я подлетел, и с ноги вмазал по черепу ожившего парня, который уже примерялся, куда ему укусить. Позвонки хрустнули, и он снова упал, второй раз мёртвый, уже благодаря мне.

Мня тут же скрутили трое бойцов в чёрной форме. А девчонка, которую я спас, не понимая, чего избежала, возмущённо пропищала:

— Вы что творите? Не мешайте нам, дорога каждая секунда! Уведите его!

— Он труп, уже безвозвратно! Вы вернули зомби! — рявкнул я. — Через секунду он порвал бы тебя, дурилка картонная! Как можно быть настолько тупыми и беспомощными? Да, тебя коллеги оживили бы. Возможно. Если бы сами смогли выжить!

— Он прав, — вдруг тихо сказал парень. — Он абсолютно прав. Я увлёкся, понадеялся на чудо. Души в нём уже не было. Отпустите его, он спас нас. Возможно и вас. Новоподнятые зомби невероятно сильны, имеют нереальную реакцию. Это моя ошибка. Благодарю вас, господин!

Стажа неуверенно посмотрела на Львовича, тот моментально одобряюще кивнул. Меня мгновенно отпустили. Впрочем, я и не сопротивлялся ни разу, через предвидение я уже знал результат повторного убийства бойца. Как и то, что выжил бы я один из тех, кто рядом, не убей я поднятого паренька.

— Спасибо, — ещё раз повторил маг смерти. А это точно был маг смерти. — А теперь, если вас не затруднит, расскажите, что с этими кораблями произошло? Впервые в жизни я вижу столько душ, готовых вернуться в тело, привязанных к ним. За четыре сотни прожитых лет я о подобном даже не слышал.

Вот сейчас что я услышал? Вы серьёзно? Этот тощий нескладный паренёк, совершивший фатальную детскую ошибку, и чуть не сдохший из-за этого, маг смерти с четырёхсотлетним опытом? Да ну нах, не верю! Получается, он старше не только императора, но даже Сергеевича? Да вообще, выходит, он самый старый чел из всех, с кем я встречался.

— Это работа оружия, экспериментального оружия, которое имитирует мага смерти, — вместо озвучивания кучи висевших у меня на языке вопросов, ответил я. — Но что-то пошло не так, и души не освободились. Собственно, потому мы и пришли в порт. Помочь несчастным гадам. Которые хотели нас уничтожить. Личная просьба: не воскрешай их оптом, а я почему-то уверен, что их можно воскресить.

— Можно, причём могу всех сразу, ты прав, — задумчиво протянул парнишка четырёхсот лет от роду. — А почему не стоит? Думаешь, будут проблемы? Они тоже зомби получатся?

Ого! У меня совета спрашивают! У восемнадцатилетнего паренька. Чудеса в решете.

— Нет, не думаю, что это будут классические зомби. Но захотят нас всех убить, это точно. Это их задание. Их цель похода, понимаешь? И их там до хрена, под четыре сотни экипажа! Серьёзная сила, так-то, а если среди них ещё и маги есть? А у нас десять магов и двадцать бойцов. Без шансов, понимаешь?