"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 1402

Оставив детей, мы поехали в администрацию. Она располагалась в двухэтажном домике с двухскатной крышей, возле круглой площади с ёлкой. Тут было довольно людно: постоянно подходили люди, многие в рабочей одежде, решали какие-то вопросы, уезжали обратно по своим делам…

Отдав пару распоряжений, директор провёл меня в свой кабинет — небольшое помещение на втором этаже с изящным деревянным рабочим столиком, отдельным столом для совещаний и диванчиком, разместившимся у стены, под картиной, на которой были изображены горы.

— Кофе хотите? — спросил директор.

— Не откажусь, — улыбнулся я. — У вас всё-таки есть секретарь, да? А то что-то приёмной я не заметил…

— Ну какой секретарь, — улыбнулся Пётр. — Всё сам!

От открыл дверцу одного из шкафов, стоявшего по правую руку от директорского места. За ней оказалось что-то вроде бара, только с разными кофейными и чайными приблудами вместо алкоголя.

— Жаль, семенной материал не достать, — вздохнул он, запуская небольшую кофе-машину. — Кофе мне будет особенно не хватать.

— Вы его собирались здесь выращивать? — улыбнулся я, поглядев за окно, на белую от снега площадь и сосну.

— Конечно, — кивнул директор. — Почему нет? Современные агротехнологии способны на многое, а у нас отличная база… вам молоко добавить? Капуччинатором пользоваться не умею, но, если хотите, можете сами попробовать.

— Нет, спасибо, — ответил я.

Сделав по паре глотков кофе (который, кстати, оказался отличным!) мы переглянулись. Я, конечно, понимал, что директор притащил меня в свой кабинет не просто так. Разговор будет. Даже предполагал, о чем именно, но давал возможность хозяину начать первым.

— Вы… довольно неплохо подготовились к этому всему, — заметил Пётр. — Нужные вещи, горючее, припасы… вам, конечно, всё равно невероятно повезло, как и нам. Что забрались так далеко. Что не угодили по ЭМИ. У нас тут есть неплохая радиостанция, и я следил за передатчиками. Так вот, за Волгой на запад — зона полного радиомолчания. Скорее всего, где-то в том районе был воздушный взрыв со всеми последствиями для электроники… скажите, вы заранее узнали да? За день-два? Хватило, чтобы спастись, но недостаточно рано, чтобы успеть комфортную жизнь обустроить или выехать в Южную Америку?

Прежде чем ответить, я посмотрел на Петра внимательнее. Всё-таки недооценил я его при первой встрече. Решил, что обычный испуганный управленец, выдвиженец из местных элит, «крепкий хозяйственник», что называется. А у него-то, оказывается, мозги ого-го варят. Да и наблюдательность как у разведчика.

— Понимаю вашу настороженность, — директор сделал ещё один глоток кофе. — Что ж, пожалуй, вы правы. Сейчас не время для сиюминутной откровенности. Поэтому я начну первым. Расскажу немного о себе. Думаю, это будет правильно.

Он задумчиво посмотрел в окно. Там небо стало хмурым, начал падать мелкий снежок. На западе, над холмом, облака чуть тронулись розовым: закат уже не за горами.

— По образованию я физик, — начал Пётр. — Мехмат МГУ. После выпуска попал в одну из компаний «Большой четвёрки»… вы ведь знаете, что означает этот термин, верно?

— Консалтинг? — ответил я. — Прайсы и прочее?

— Верно, — кивнул директор.

— Слышал от жены, — зачем-то добавил я, будто оправдываясь.

— У неё широкий кругозор, — заметил директор. — Впрочем, успешные врачи они умные, верно…

Сказать ему сейчас? Специально на откровенность вызывает? Сам догадался давно, но проверяет меня таким образом? Вполне может быть. Очень уж умён.

— Мы с Ольгой не женаты, — ответил я. — И вообще познакомились только вчера.

— Я так и подумал, — кивнул Пётр. — Но спрашивать напрямую было невежливо. Кстати, ваша рубашка ей идёт… однако же, продолжим про меня. Итак, я попал в одну из компаний «большой четвёрки». В то время они активно искали способных студентов из математиков и физиков на инвестиционные направления. Так что, если есть мозги — сделать карьеру было не так уж трудно. Я прошёл стажировку в Лондоне. Получил МБА там же, в колледже. Была даже возможность остаться, и я её всерьёз обдумывал. Но потом всё же вернулся в Москву, в родной офис.

— Могу я спросить почему? — спросил я. Честно говоря, эта его проверка с Ольгой меня не то, чтобы разозлила, но напрягла. Не люблю я такие тесты.

— Да как сказать… — Пётр вздохнул. — Что ж, откровенность за откровенность. Уже тогда я видел, что проект глобального мира даёт трещины. За всем парадным лоском проявлялось такое… это видишь, когда долго живёшь на Западе, а не приезжаешь туристом. И мне совершенно не нравилось, куда всё движется. Не могу сказать, что в то время я как-то особенно симпатизировал какой-то из сторон, но, рассуждая логически, пришёл к выводу, что во время глобальной схватки предпочтительно находится там, где ты лучше всего социализирован. Где ты родился. Если, конечно, для этого нет непреодолимых идеологических препятствий… но я вообще в идеологии не особо верю, а вот земля и кровь — это дело другое.

Он снова поднял чашку кофе, пригубил его и поставил обратно, глядя мне в глаза сквозь линзы очков.

— Конечно, что дойдёт до этого вот всего, я тогда и подумать не мог. Был уверен, что всё закончится экономической зарубой. А у нашей страны, при всех моментиках, которые надо бы учитывать в бизнесе, были очень неплохие шансы в такой схватке.

— Тем более интересно, как вы оказались в этой глуши, а не в кресле топа какого-нибудь крупного холдинга. Я слышал, «Газпром» одно время охотился за талантливыми «лондонцами», — заметил я.

— Было дело, да, — улыбнулся директор. — Но как раз где-то через год после моего возвращения случились первые серьёзные санкции. Я видел все возможности для агросектора, которые вместе с ними открылись, ну и целенаправленно искал точку приложения усилий на этом направлении. Собственно, насчёт топа вы не так уж и неправы: я дорос до финдира нашего холдинга. Или правильнее будет сказать, что я вырос вместе с нашим холдингом. Если представить, что вся наша огромная контора одним махом оказалась бы в прошлом, и мы бы готовились к ай-пи-о — уверен, на старте мы бы превысили капитализацию ярдов в двадцать, — не без гордости произнёс он, но тут же добавил: — Впрочем, в прошлом никто и не дал мы нам такое построить.

— Большая контора, — кивнул я. — Даже удивительно, что не слышал. Тот же «Мираторг», например — он на слуху, например…

— Мы своего рода их главные конкуренты, — улыбнулся директор. — По крайней мере, на внутреннем рынке. Но у нас другая публичная стратегия: диверсификация по брендам. Наверняка вы их знаете, просто не в курсе, что это наша продукция…

— Здорово. Но как всё-таки сюда вас занесло?

— Тут всё просто: борьба с выгоранием, — улыбнулся Пётр.

— С выгоранием? — скептически заметил я. — На землю?

— Да, именно так. На презентации я загорелся этим проектом. Мы не так давно купили тут землю, держали её в резерве. Бывший совхоз-миллионник, со своей историей. Мы даже музей сделали… в общем, наш департамент планирования решил, что пора расчехляться. Ну и ребята сделали такую модель, что любо-дорого… главный вызов, впрочем, как и везде по стране, заключался в кадрах, и тут уж пришлось мне постараться, чтобы вот это всё стало реальностью, — он показал рукой за окно. — Пронимаете, простыми деньгами народ сманить уже было трудно. Особенно, если хотите, чтобы люди выкладывались. Вахтовых вакансий на вполне приличную зарплату вон, пруд-пруди, а производительность в том же майнинге как стагнировала, так и стагнирует. А тут я хотел перспективу показать. И, в общем-то, не хочу хвастаться, но у меня вполне получилось… даже городские к нам охотно повалили. Даже из столиц! Кофе будете ещё?

Я поколебался секунду. С одной стороны, перебор с кофе да на фоне стресса не даст выспаться толком. А я ведь и без того спал мало. С другой, день ещё далеко не закончен. И что там Ольга ещё скажет, когда вернётся? Да и до сути разговора мы пока не дошли.

— Давайте, спасибо. Получается, вы им жизнь спасли. Работникам своим.