"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 136

Блин, прямо почувствовал себя героем женского любовного романа, гадость какая! Не так я представлял себе первые признания в чувствах, совсем не так! Вечер на море, лёгкий бриз, шампанское, которое здесь называют просто игристым вином, половина огромного солнечного диска у горизонта. А не вот это всё. Впрочем, после драки кулаками не машут, а девушке явно нужны эти простые, но важные слова.

Она разрыдалась пуще прежнего, однако истеричные нотки пропали, я бы даже сказал, сейчас были слёзы облегчения. Остальные просто молча смотрели на нас, ни слова не говоря и забыв про еду. Даже официантки испарились из зала, а соседние столики делали вид, что нас не существует.

— Самое время сделать девушке предложение, — неизвестно как подкравшаяся Коброва жарко зашептала мне на ухо. — Она безтотемная, проблем не будет. Этим и себя порадуешь, и её обезопасишь. Главное — старшей женой не делай, я как бы сама хочу, — хихикнула она и испарилась.

Не, ну что за язва? В такой момент и давать ехидные советы. Хотя, если подумать, то совет-то действительно дельный. Теперь точно буду героем ненавистной мной мыльной оперы, стопятисот серийной любовной истории. «– О, Афилия, будь моей? — Конечно, Эрнандо, я твоя навеки!». Тьфу, млядь!

Я поднял голову и оглядел розововолосую язву и Аманду. Они, не сговариваясь, синхронно кивнули мне. Да что вы киваете? Мне духу набраться надо, а не вот эта «женская солидарность», мать её. Ведь я впервые за две жизни собираюсь предложить, как там в этих романах для скучающих дам с кошками? Руку и сердце? Вроде да, но не уверен. Всё, я готов!

— Милая, — тихонько начал я рыжуле на ухо под одобрительными взглядами. — Выходи за меня?

Да, можно было изобрести кучу красивых слов, встать на колени, заказать хор из официанток и прочую дребедень. Но я и так перешагнул через себя, к тому же Надя права, эмоционально лучшего момента, более подходящего, я никогда больше не встречу.

Наташа замерла, её тело напряглось как струна, руки, лежащие у меня на плечах, начали вдавливаться в моё тело, грозя нешуточными синяками. Спустя невероятно долгих десять секунд она подняла на меня свои мокрые глаза, совсем не торжественно и неэротично шмыгнула носом и тихонько сказала:

— А как же колено, колечко? Хор и аккомпанемент? Солнышко на закате? Уверена, ты себе это так представлял, насколько я тебя узнала.

Вот уж тут максимальное попадание, неужели я настолько предсказуем? Я тут же упал на одно колено, стянул с себя колечко, которое не даёт посторонним определить ложь. Кажется, ей оно будет нужнее и важнее, учитывая охоту на её дар, и я, явно переигрывая, напустив в голос максимум пафоса, сказал:

— Милая Наташа! Выходи за меня! И пускай это волшебное колечко будет гарантом наших чувств.

Заржали все, включая меня и Наталью. И лишь спустя пару минут, когда мы, красные от хохота, немного подуспокоились, девушка милостиво протянула мне ладошку. На которое я, почти торжественно, всё ещё подхрюкивая, торжественно, насколько вышло, одел кольцо.

— Это же не украшение! — не спросила, а утвердила вмиг посерьёзневшая Наталья. — Это артефакт, причём чрезвычайно мощный. Это мне? Что он делает?

— Потом расскажу, — отмазался я. — Как-нибудь. На всякий не снимай. Но ты так и не ответила!

— Ты хочешь сказать, что у тебя есть сомнения? — хихикнула Коброва. — Ну-ка, подруга, ответь ему!

— Ну конечно да! — тихонько почти прошептала Наташа и подставила губы. — Самое время поцеловать!

Нулевой уровень изнанки

Владения графа Мангустова, Адлер.

— Анжела, ты всё делаешь не так! — в сотый раз принялась объяснять относительно пожилая дриада, сидящая напротив девушки. Кожа учительницы была покрыта морщинами, но им было далеко до «дубовой коры» старейшей.

— Надо почувствовать потоки, — продолжила она. — Внутри себя, снаружи, везде! Энергия вездесуща, и ты лишь часть мира, крохотная часть его, которая умеет задерживать, накапливать и использовать эту энергию. Сживись с ней, сроднись, стань одним целым! Не пытайся ей насильно управлять, у тебя ничего не выйдет, позволь ей помогать тебе в твоих желаниях!

— Сложно, — пожаловалась девушка. — Вот с бабочкой легко, мы подруги.

— Во-о-о-от! — воодушевилась старая дриада. — Тут то же самое! Почувствуй в этой силе подругу, сестру! А теперь давай по новой. Вот семечка. Проращивай! И постарайся больше её не убить.

Анжела расслабилась, как её учили, и попробовала сродниться с крохотным зародышем жизни. Это было невероятно сложно. Всю свою жизнь семена для неё были максимум исследовательским интересом. И точно не родным чудом природы, близким по духу созданием. Перестраиваться было неимоверно тяжело. Но без единения с природой магией дриад было не овладеть, она старалась, но выходило посредственно. Чувства и аналитический ум вступали в жёсткое противоречие.

Полностью расслабившись, Анжела попыталась почувствовать биение жизни крохотного семечка. На этот раз удалось получить едва заметный отклик, совсем на грани сознания. Потянувшись всей душой и разумом, она попробовала попросить семя пробудиться. Чувство слияния усилилось, впервые за два дня. Стараясь не спугнуть ощущение, она наращивала воздействие, миг — и бедное семечко взорвалось невесомой пылью.

— У меня не получается, — обречённо склонила голову девушка. — Я не могу понять, что я делаю не так. Казалось, что вот теперь точно выйдет!

— Как успехи? — к паре занимающихся выбежала Аива. — Опять взорвала малыша?

— Угу, — угрюмо подтвердила Анжела. — И не могу понять, что же я делаю не так!

— Да всё просто, подруга! — неунывающая дриада протянула ей новорождённого, ещё слепого зверька. — Вот, это детёныш барса. Попробуй пообщаться с ним, так же, как с семечком. Я верь в тебя, его ты точно не уничтожишь!

— Аива, ей рано работать к теплокровными! — возмутилась пожилая дриада. — Это намного большая ответственность, негативный результат ляжет на твои плечи, не стоит этого делать!

— Иначе сестра не поймёт, я уже неплохо знаю их народ, — воспротивилась Аива. — Для них растения — ничто, в отличие от теплокровных. Ей она принципиально не сможет нанести вреда! Я уверена, что всё получится.

Анжела дрожащими руками приняла крохотный, тихонько скулящий комочек жизни и попыталась расслабиться. В этот раз ей было тяжело, давила ответственность за эту новую жизнь. В итоге, ей удалось, и она потянулась к малышке.

Спустя несколько минут она почувствовала биение сердца крохи, его страх, желание вернуться к матери, непонимание происходящего. С неожиданной для самой себя нежностью она отправила посыл спокойствия, и животное замерло, излучая успокоение. Скуленье прекратилось, крохотный зверёк комфортно растянулся на ладони, уткнувшись носом в запястье.

Девушка тут же, стараясь не потерять настрой дала команду роста. Через пару секунд с её ладони спрыгнул всё ещё крохотный, но вполне самостоятельный и зрячий котёнок.

— Получилось! — Анжела вскочила, подняла руки к небу и закружилась в каком-то первобытном танце. — Я смогла, сёстры! Я поняла!

Аива немного снисходительно наблюдала за этим прорывом чувств. После подошла, кратко обняла, и шепнула на ухо:

— Между животными и растениями нет разницы, сестра! Как только ты это поймёшь, у тебя всё получится.

— Благодарю, Аива, мне кажется, теперь я поняла.

Дома нас уже ждал пир. Не знаю, когда Аманда смогла связаться с дедом, но нас встретила огромная толпа, с хлопушками, петардами и огромной, наспех сделанной надписью «Поздравляем!». Конечно, наш скромный домик не шёл ни в какое сравнение с домом Надежды, или, тем более, особняком княжича, но народу влезло прилично.

На улице были расставлены непонятно откуда взявшиеся столы с кучей разнообразных блюд, звучала музыка, и даже было светомузыкальное сопровождение.

В целом, всё прошло неплохо. Если не учитывать этих идиотских криков «горько», после которых мы, как цирковые собачки, должны были целоваться. Было море тостов, но я поднимал строго морс, помня о двух завтрашних боях. Наташа с Надей и ещё с пятком ребят блюли «сухой закон». Кстати, мы так и не узнали, допущена ли виновница сегодняшнего торжества к продолжению испытаний.